Человек-Фёдор: заметки с тегом архитектура

🧠 Иркутская слобода, факт

Thu, 13 Oct 2022 15:25:52 +0800

Включите для атмосферы аудиосопровождение: прогулка зимним вечером вокруг и внутри квартала (я буду незримо присутствовать в шарканье куртки). Продолжительности должно хватить как раз до конца материала.

Иркутская слобода в девять вечера зимними буднями (четверг, 22 декабря 2022 года)

В предыдущей части я рассказывал о том, что было в квартале № 130 Иркутска до его реновации; как этот проект получил свои названия, какие были варианты и как следовало бы его назвать; какую идею закладывали инициаторы и получали ли за это награды. Сегодня расскажу о том, что же получилось и как развивалось десять лет. Буду использовать результаты исследования, проводившегося к пятилетию открытия «Иркутской слободы», в котором я принимал посильное участие. Работа не была оплачена, опубликована и использована заказчиком, поэтому детали её раскрывать не буду.

Похожие обзоры уже делали и противовластный Иркутский блог, и провластное Ирк.ру, говорят они одно и то же. Так что меня нельзя будет упрекнуть в ангажированности и предвзятости.

Февраль-2017, кварталу уже пять лет. За это время всё незавершённое должно было бы завершиться, а завершённое — начать развиваться или деградировать. Фотографии листайте параллельно с нижней каруселью, чтобы понять, куда был направлен вектор

Февраль-2022, кварталу десять лет. Постарался снять всё то же самое с тех же самых точек, в том же ракурсе.
Здесь подборка, связанная в большей степени с пешеходной средой, но обращайте внимание также и на остальное: как вырастают и исчезают пристрои, реклама, вывески, озеленение

Позиция, которая широко транслировалась и транслируется сми, следующая:

Благодаря 130-му кварталу в центре внимания оказалось сохранение фоновой деревянной исторической застройки. Раньше она считалась мусором и шла под снос. Опыт «Иркутской слободы» доказал, что исторические здания могут быть привлекательны для инвестиций.

А вот Олег Владимирович Беседин в 2011 году высказал иную точку зрения:

Есть подозрение, что этот проект может противоположно отразиться на судьбе старого Иркутска. Искусственное и юбилейно-поспешное создание этого макета в натуральную величину нескольких домов, наподобие показушно-неживой деревни Тальцы, вместо сохранения и восстановления существующей исторической среды даст право «градостроителям» снести под офисы и супермаркеты всю оставшуюся старую застройку лакомой территории центра, как и сейчас, всё более обезображивая и уничтожая пластиковым «евродизайном» историческое лицо города...

И мне кажется, что он был прав. Позиция «ну вот есть же целый исторический квартал в городе и целая историческая деревня за городом — хватит» становится обычной. Отсюда и без особых возмущений проходит очередная «оптимизация» количества памятников (предыдущая крупная случилась накануне постройки обсуждаемого квартала — в 2008 году).

Вот вы знакомы с позицией «Союза архитекторов» по этому поводу, например? Или ещё какого-нибудь ведомства, организации, связанной с архитектурой и культурным наследием? (Похоже, что ситуация такая же, как с Востсибуглём — моя хата с краю.)

В 2018 году Алексей Викторович Петров™ организовывал круглый стол «130-й квартал семь лет спустя: итоги и мнения». Две точки зрения: «надо ли сносить этот квартал», или же «какая удача, что такой проект создан» — защищали Сергей Юрьевич Маяренков и Владимир Севастьянович Демчиков. По ходу дискуссии Алексей Викторович устраивал голосования, чтобы посмотреть, что думают зрители и менялась ли их точка зрения. Не помню, какое было соотношение сил (к сожалению, видеозаписи или протокола текстом найти не удалось), но я точно изменил точку зрения, выслушав аргументы обеих сторон. Карфаген должен быть разрушен.

Вы, возможно, тоже пока думаете иначе. Но давайте я вам расскажу немного об этой территории с разных сторон. Как там соблюдали исходный замысел и что строили на самом деле.

Строительство

Начну с того, что квартал так и не завершён: по соседству с «Модным кварталом» большой пустырь с недостроем и брошеным строительным мусором.

О дальнем углу квартала предпочитают не вспоминать

Реализация проекта пошла не совсем так, как должна была. Выяснилось, что ряд обычных для позапрошлого века технологий невозможно повторить.

Местная промышленность оказалась неспособна произвести необходимое количество деревянных окон. Поэтому в памятниках стоят окна, изготовленные по старинным технологиям, — из ПВХ и алюминия, а не по древним, из дерева.

Брандмауэрные стены и цокольные этажи планировались из местного песчаника, но оказалось, что в Иркутске сейчас вообще не добывают никаких натуральных отделочных материалов. Как я понял из рассказов архитекторов, участвовавших в проекте, даже плитка была не отечественная, а из Китая. Только цоколь планетария облицован отечественной плиткой — из Екатеринбурга. По цвету она близка к тому песчанику, но фактура и размер элементов не те.

Кирпич не везде использовался соответствующий историческому. Понятно, что у него другие пропорции, но ведь ещё и тон отличается. И ладно, если он хотя бы красный, так ведь там использовали и не характерный для исторического Иркутска жёлтый. А кирпич, пусть и жёлтый, не то же самое, что песчаник: тон другой, и фактура, и в кладке массивных элементов из натурального камня нет такой дробности, как в кирпичной.

Иногда плитки не хватало, приходилось идти в типографию

Было много нарушений, и не связанных с материалами. «Иркутская слобода» сильно ушла в коммерческую сторону, а некоторые объекты потеряли контроль в реализации после прихода новой команды и начала второго этапа проекта — летом 2011 года.

Заранее прошу прощения, цитирую Сергея Юрьевича по статье Юлии Ли:

Все существующие иркутские памятники обладают низкими потолками, внутри много перегородок и комнат. Там нет места общественным проектам. Поэтому некоторыми вещами пришлось поступиться: сделать объекты из нового бревна, а не гнилого старого; вкопать сохранённые строения в землю, сделав большие цоколи — благодаря этому созданы крупные коммерческие площади. (Отмечу как человек, который проходил обучение реставрации объектов культурного наследия: никто из гнилого дерева ничего не строит, здесь Маяренков передёргивает, чтобы легитимизировать свою позицию.)

То есть разработчики концепции заявляли об историчности домов, а делалось что-то по мотивам дачного зодчества конца двадцатого века. Вот с таким подходом площади базовых объектов увеличились втрое. Строители (инвесторы) надстраивали дома, изменяли их внешний вид, пропорции, сомасштабность. Например — завышали цоколи. По проекту высота должна быть до 3,3 м. Верхняя терраса состояла из двух уровней, обыгрывая рельеф: от Летне-Байкальской Летне-Байкальской (ныне Седова) был промежуточный уровень, потом перепад в 3,3 м и пешеходный бульвар. Но внезапно верхняя терраса из двух полутеррас превратилась в одну. А стенка выросла почти в 5-метровую.

Хотя эта территория и планировалась как историческая, тем не менее уже с самого начала проектировщики договорились, что сохраняться будут только дома, без дворовых построек. Я думаю, что это в целом допустимо: тут же не музей вроде Тальцов. Но один из элементов усадебной застройки справедливо закладывался в концепцию и в большинстве лотов в смете фигурировал. Речь идёт о заплотах — высоких глухих деревянных заборах (посмотрите на рендеры в предыдущем посте). Оставить их — правильное решение со всех сторон, но чего думать, когда трясти надо: инвесторы не стали строить заплоты, а потом начали придумывать костыли, которые бы решали вот ту самую задачу, решение которой они сами уничтожили.

Заплоты показывали бы людям, которые пришли на территорию квартала, что они находятся в своём особом, замкнутом месте. Это психологически более располагает, расслабляет. Заплоты бы не мешать попадать на территорию квартала: есть определённые точки входа, где ограждения и не предполагались. С глухим забором стало бы меньше шума и пыли у летних веранд ресторанов, что размещены вдоль насыщенных автомобилями улиц. Ну и выглядело бы это более исторично.

Проект предусматривал историческое расположение домов: их не стали ставить более тесно, чем это было в реальности. Но бизнес начал превращать застройку из дисперсной в непрерывную, что и разрушает концепцию, и опасно с точки зрения пожарной безопасности.

Также из-за вмешательства в проект не получились запланированный амфитеатр и универсальная лестница (о ней будет ниже подробнее), «Проект „Байкал“», № 63, 2020.

Здесь должен был быть амфитеатр и многофункциональная лестница. Представьте, что она продолжалась бы вперёд, шла над проезжей частью. Предполагалось, что это стало бы сценой. В каком-то качестве это так сейчас и работает, но не так широко, как планировалось. На фото с сайта областного правительства выступление нашего хора (меня можно разглядеть) на Дне славянской письменности и культуры в 2022 году

Самострои и самозахваты

Неправильное строительство запланированного дало моральное право к потребительскому, хищническому, хамскому отношению к этой территории в будущем.

Когда через пару лет после «открытия» квартал набрал популярность, начали массово вырастать самострои в виде беседок, веранд и даже капитальных сооружений. Например, площадь «Кинзы» вдвое меньше площади «временных сооружений» вокруг неё.

Или вот был ещё случай. Владелец участка своевольно, без согласований, поставил «временную» деревянную постройку — «веранду» ресторана — на канализационный колодец, полностью перекрыв доступ к нему. И когда в соседнем здании возникли проблемы с канализацией и нужно было для их устранения попасть в колодец, он эту веранду разбирать отказался.

Арендаторы и собственники демонтируют элементы отделки, заложенные проектом.

Исходные декоративные деревянные панели меняют на пластик во время официального визита Ильи Варламова в Иркутск, 4:12

С вывесками и рекламой всё плохо не вдруг, кстати, а ещё с 2013 года. Уже тогда 90% вывесок были не согласованы. Это всё тянется годами: вот осенью прошлого года про это говорил мэр, посетивший квартал с официальным визитом вместе с заместителями — главами Правобережного округа и Комитета городского обустройства в сентябре 2021 года. Но у меня есть основания считать, что департамент Анны Александровны Дудкевич сможет изменить ситуацию в ближайшее время. Если бы не специальный режим, введённый после февральского события, это сделать было бы проще.

В таких одиноких каруселях тут и далее будут фотографии, сделанные в 2017 и в 2022 годах, каждый раз — обычный обход вокруг квартала по периметру, вдоль двух основных аллей и по перёк — по лестницам. То есть это обычная ситуация в какой-то один день, у меня не было задачи (и времени) ходить туда постоянно и подлавливать случаи, чтобы у каждого здания было бы что-то не так: с рекламой, с тротуарами, с парковкой и так далее. То есть это всё — рядовое состояние. Может быть, бывает получше, может быть, и ещё хуже

В результате таких вторжений в облик домов среда деградирует. Страдает эстетика, русский деревянный квартал ещё больше начинает походить на среднеазиатский базар; нарушаются пешеходные связи (проходы, лестницы с разных уровней визуально или физически перекрываются верандами). И это снижение просачиваемости снижает посещаемость заведений, находящихся у подошвы холма.

Юрий Коренев рассказывал, что просил мэрию разобраться. Было несколько проверок, в ходе которых выяснилось, что у некоторых торгашей есть договор аренды. Собственники земли так и заявляют: «Это моя территория, кого хочу там, того и ставлю». На этом надзор заканчивается.

Пристрои, веранды в первом и втором уровне (кстати говоря, веранды и террасы не были характерным элементом иркутского дома, они не прижились, об этом попозже расскажу), ларьки и прочие «нестационарные» и нестационарные конструкции, которых не должно было быть

Сгорел сарай, гори и хата — начались отклонения от проекта, чего бы и не поставить ещё и памятник какой-нибудь. И внедрили скульптуру чудовища на могилах (там, где при советской власти планировали поставить памятник декабристам). Сам по себе Бабр как персонаж мне нравится, монумент тоже запоминающийся, но ему место не здесь, хвостом к храму. И это не только моя точка зрения, есть люди и поумнее, и повесомее, кто тоже в своё время говорил об этом.

Анус химеры приветствует иркутян и гостей города

Функциональное заполнение

За границей жить в деревянных домах престижно, ими владеют в основном состоятельные люди. В Иркутске же они стоят как приговоренные: их огородили со всех сторон и ждут, когда они превратятся в гнилушки. Это не вина людей, это наше общее горе — последствия советской власти.

Сейчас в Иркутске появляются люди, которые хотят жить в деревянных домах. В «Иркутской слободе» тоже планировалась жилая функция, и не только гостиничная. Я заранее извиняюсь, но процитирую статью с Ирк.ру о пятилетии квартала:

Изначально в квартале планировалось достаточно много жилья. Но, когда коммерческие функции начали зарождаться, жильё было вытеснено. Мы искренне привлекали и продавали дома под жильё, но их просто никто не покупал, — объяснил Сергей Маяренков. — Во-первых, дорого, а во-вторых, сразу было понятно, что здесь будет общественное пространство. Сейчас те, кто отдыхают в гостиницах, жалуются на шум и говорят, что спать невозможно.

А вот построили бы заплоты, не отходили бы от концепции и проектных решений, сделали бы дизайн-код с регулированием аудиочасти… Отмечу, что я не проводил такого большого исследования по шуму в номерах, как Сергей Юрьевич, из моих знакомых номера там снимали только в «Географии», говорят, вполне себе тихо. Но и если бы там действительно было так шумно, как сказано в приведённой цитате, то, мне кажется, гостиницы и хостелы там бы закрылись давно, но нет.

В предыдущем посте по теме в главе «Проект» я рассказывал, какое функциональное наполнение планировалось. Ожидалось, что будет много объектов, связанных культурой, а не обжорный ряд или торговые развалы. Заранее прошу прощения, но снова процитирую самизнаетекого:

Мы старались задать комплексное разнообразие, чтобы там были не только ресторанные или торговые функции. Проект «держали» до момента, пока 20 % площадей не стали предназначаться для соцучреждений. Там есть несколько музеев, планетарий, галерея — под неё мы землю отдавали бесплатно, муниципальные здания и куча других некоммерческих объектов.

Действительно, на этой территории есть несколько музеев, там даже до 2013 года находилась букинистическая «Книжная лавка» Гольдфарба — говорят, съехала из-за высокой арендной ставки. Ну кому как не Станиславу Иосифовичу знать, почём тут недвижимость: он владеет здесь землёй и зданием. Предпочитает сдавать его не под культурные проекты и соцучреждения, а под магазин шмоток и китайское кафе.

Какого-то прямо уж широкого «комплексного разнообразия функций» здесь не наблюдается. Даже кофейни посъезжали — и самая первая в Иркутске обжарочная «Мастерская кофе», и самая иркутская сеть «Кастро». Зато открылось то, без чего невозможно представить ни один исторический русский квартал в Сибири, — секс-шоп съ самотыками калёными и луноми мягкими для утѣхъ плотскихъ.

Не организована была и эксплуатация «Иркутской слободы». Совсем недавно (в этом году) упомянутый выше Гольдфарб организовал товарищество собственников недвижимости «130-й квартал». Может быть, это и есть та самая управляющая компания, которой так не хватает этой территории. Ну, поживём — увидим.

До этого управляющей компании, обслуживающей квартал, не было. Ну, раньше (2011…2017) было ООО «Иркутская слобода», которое, судя по кодам, занималось тем, чем должна заниматься управляющая компания. Но судя по тому, как территория обслуживалась, и по тому, что ООО обанкротилось, плохо занималось. Хотя и директор, и его заместитель делали всё, что могли.

Юрий Евгеньевич Коренев в частной беседе рассказывал мне, что управляющая компания не справляется. Что не может организовать даже новогоднее украшение территории. И на праздничную иллюминацию скидывались в частном порядке он и ещё некоторые предприниматели.

Ну или мой пример. Дыру в ступеньке лестницы у «Кейк Хоума» ремонтировали пять месяцев. А должны были — в течение пяти дней.

Это всё у меня не вяжется с заявлениями некоторых деятелей о том, что этот квартал только одних налогов генерирует в год на миллиард. Может быть, я просто тупой.

Деревянный декор уже разваливается; облицовочная плитка отпадает от вертикальных поверхностей, отстаёт от горизонтальных; проходы не чистятся; поверхности покрыты надписями; встроенные светильники разбиты; мафы не ремонтируются

Регламент территории

В статье «Есть все права на регламент» (и немного в статье «Принципы разработки и реализации проекта комплексной регенерации исторического квартала Иркутска в границах улиц 3-го Июля, Седова, Кожова») журнала «Проект „Байкал“», № 22, 2009 рассказывается о том, что нужно было бы сделать, чтобы Иркутская слобода не деградировала. Предлагалось воспользоваться европейским опытом и разработать для этой территории отдельный дизайн-код: «Зональный правовой регламент квартала».

Зональный правовой регламент в Дрездене состоит, например, из «Регламента функционального использования», «Регламента образа», включающего «Концепцию по использованию рекламы в исторической среде», «Концепцию цветового решения», «Регламент по реновации архитектурных объектов Фрауенкирхе», а также «Регламента средовых качеств». (Вот такой подход бы нужно положить в основу дизайн-кода всего Иркутска в будущем.) В этом квартале ничего такого не было и до сих пор нет. Даже отдельный вид зданий никак не зафиксирован.

Вот пример. Шёл по своим делам и увидел, как у одного из домов вдруг выпили нижний венец и остеклением закрыли балясины. Мне было очевидно, что это — нарушение исторического облика.

Я сообщил в администрацию и получил от них ответ: «Ну изуродовали здание и изуродовали, у нас лапки».

Письмо №945-70-5155/22 от 08.12.22, авторство Н. Д. Труфановой, подписано Е. А. Харитоновым

Расшифровка скана ответа откроется (скроется) по щелчку.
Резюме: А чо, паспорта фасада у дома не было, пусть делают, что хотят.

Ваше обращение от 10 ноября 2022 года, направленное в адрес администрации города Иркутска по вопросу изменений, произведённых на фасаде здания ресторана «Штоф», расположенного по адресу: г. Иркутск, ул. Седова, 8, рассмотрено. По результатам рассмотрения сообщаем следующее.

Иркутская слобода (130-й квартал) является специально созданной зоной исторической застройки на территории Иркутска, включающей в себя несколько десятков памятников архитектуры и истории города. Рядом с историческими объектами возведены новые объекты, среди них отели, рестораны, художественные галереи, культурные центры и т. д.

В соответствии с решением Думы г. Иркутска от 25.12.2008 №004-20-560950/8 «О Правилах благоустройства территории города Иркутска» (далее — Правила благоустройства) действия, связанные с окраской фасадов здания, устройством, реконструкцией, ликвидацией входов, окон, витрин, балконов и лоджий, окраской и покрытием декоративными плёнками поверхностей остекления, раскрытием ранее заложенных проёмов, изменением габаритов и конфигурации проёмов, приямков, установкой или заменой ограждений, установкой дополнительных элементов и устройств дополнительного оборудования на фасадах зданий (в т. ч. систем кондиционирования и вентиляции), изменением их цветового решения, должны проводиться в соответствии с паспортом фасадов зданий.

Согласование паспортов фасадов зданий на территории города иркутска регулируется постановлением администрации г. Иркутска от 02.04.2019 № 031-06-235/9 «Об утверждении административного регламента представления муниципальной услуги „Согласование паспорта фасадов зданий на территории города Иркутска“» (далее — Регламент), в котором прописан порядо действий, сроки, перечень подаваемых документов и т. д.

Регламент, а также пример паспорта фасадов здания размещается на WEB-портале органов местного самоуправления города Иркутска www.admirk.ru, следуя ссылке «услуги и сервисы — муниципальные услуги — строительство и землепользование — согласование паспорта фасадов зданий на территории города Иркутска» можно ознакомиться с информацией относительно Правил благоустройства.

На дату формирования настоящего ответа запрос о согласовании паспорта фасадов здания по указанному Вами адресу, в рамках муниципальной услуги, на рассмотрение не поступал.

Дополнительно сообщаем, что в архиве отдела архитектуры и дизайна департамента архитектуры и градостроительства комитета по градостроительной политике администрации города иркутска согласованные решения по изменению внешнего вида здания, расположенного по адресу: г. Иркутск, ул. Седова, 8, отсутствуют, в связи с истёкшим сроком хранения.

На Яндекс-панорамах видно, что в 2014 году всё ещё было более-менее (если не учитывать окна). В 2020 уже появилось остекление веранды, но балясины ещё находились перед ними и как-то маскировали это изменение. Теперь же всё. А сделали бы юристы свою работу в своё время правильно...

Соавтор концепции «Иркутской слободы» и проекта планировки Андрей Юрьевич Макаров обратил внимание на основную проблему территории. При разработке проекта планировки не были сделаны правила зонирования застройки, обязательные по градостроительному кодексу. А нет этого документа — всё можно.

Поэтому убрали палисадники, выкорчевали деревья, не построили исторические красивые резные заборы, зато надстроили мансарды. Если бы сделанный проект планировки сопровождался правилами зонирования застройки, где были бы учтены все условия, были бы обозначены даже материалы цоколей и их высота, малые формы, то нарушений при реализации проекта удалось бы избежать.

Только ПЗЗ (правила землепользования и застройки) способны однозначно и жёстко задать правила совместного использования территории, препятствующие своевольному захвату общественных пространств, размещению на территориях общего пользования временных сооружений, самовольному изменению внешнего вида капитальных строений за счёт появления пристроев, уничтожению зелени и так далее.

Эти правила также могут регулировать внешний вид квартала, препятствуя появлению визуального мусора: хаотичной рекламы, не учитывающей окружение; временных торговых киосков, которые внешним видом часто представляют собой примитивные сараи; попыток навесить на торговые киоски самодельный декор в виде примитивных деревянных накладок (не имеющих общего с историческими прототипами), по мнению малообразованных владельцев, украшающих, а на деле — уродующих квартал.

К сожалению, люди, занимавшиеся юридическим сопровождением этого проекта, в своё время его не защитили. И можно было бы поблагодарить кого следует за то, что сейчас происходит шанхайкеизация территории, вот знать бы только, кто это был. А ведь ничего радикально нового в регламенте отдельной территории внутри города нет, к тому моменту в Иркутске уже была ограничена, например, зона исторического поселения и несколько других территорий, с более строгими правилами застройки и размещения рекламных и информационных конструкций.

Лишь спустя несколько лет после «сдачи» квартала вопросом ПЗЗ в какой-то степени стали интересоваться. В августе аж 2017 года Елена Ивановна Григорьева говорила, что заканчивается работа над ПЗЗ, которые определят плотность застройки и другие параметры и укажут буквально 4-5 мест, где могут быть временные сооружения (с чётким определением, что такое «временное сооружение»). Ввод этих правил должен был вернуть ситуацию на уровень, приближенный к первоначальному замыслу создателей квартала. И тогда собственники если и возводили бы некапитальные строения, то именно разборные сезонные сооружения и в тех местах, где это можно. Иначе зачем воссоздавались памятники и средовая деревянная застройка, если они загораживаются стихийными самостроями? (журнал «Проект „Байкал“», № 53, 2017).

В марте 2018 году Елена Ивановна снова говорила про ПЗЗ на дискуссионном клубе в Доме архитектора. При обсуждении реплики о большом количестве в «историческом» 130-м квартале надписей на иностранных языках сказала, что «в прошлом году были утверждены строжайшие ПЗЗ, сейчас городской администрации следует напомнить собственникам об этом и проводить последовательную градостроительную политику, не позволяя нарушать ПЗЗ. В прошлом году политика была такая: собственники и арендаторы дорабатывают летний сезон со своими сооружениями, а по его окончании приведут в соответствие с Правилами зелень, рекламу и всё остальное, строго прописанное». (Журнал «Проект „Байкал“», № 56, 2018.)

А теперь посмотрим, как ещё отсутствие регламента повлияло на развитие (упадок) гордости Иркутска.

Пешеходная доступность

Авторы планировали, что у квартала будет высокая пешеходная доступность и просачиваемость. Ну, давайте посмотрим на доступность и просачиваемость.

С пешеходной доступностью оказалось не очень. Проектировщики были так увлечены идеей пешеходной связи через надземный пешеходный переход, о котором писал выше, что не обустроили достаточное количество наземных переходов, расположенных по линиям желаний.

Переходов не хватает на перегорах между перекрёстками. Также непродуманная система переходов до сих пор на и каждом перекрёстке

Создание надземников — часть древней идеи советских архитекторов, так называемого зелёного луча — ряда разного рода садов от Ушаковки к Ангаре через площадь Конституции и Иерусалимскую гору. После распада СССР городские кварталы вдоль планируемого зелёного луча застраивались без оглядки на эту градостроительную идею, и теперь нужно обладать изощрённой фантазией, чтобы разглядеть неразрывную и прямую линию зелени.

Надземный переход от Музыкального театра нужен, потому что перепад высоты есть, это глупо отрицать и не использовать. Но это вовсе не означает, что не нужно было там же делать ещё и обычный наземный переход для тех, кому нужно перейти улицу с подошвы горы, в одном уровне. Наземный переход здесь общественность пробила только после гибели человека.

Второй планировался как логичное продолжениее первого, он должен был вести над Зимне-Байкальской (ныне — 3 Июля) к набережной. Тогда бы люди, двигающиеся со стороны Музыкального театра, плавно спускались бы с высоты Иерусалимской горы к берегу Ангары, двигаясь всё время по прямой. Это действительно правильное и хорошее решение. Но только второй надземник не построили, и я не уверен, что сейчас получится его аккуратно уместить в уже сформированной среде.

Рендер и современное фото «Модного квартала». В правой части — несостоявшийся второй надземный переход (с сайта строителей — «Золотая капитель»)

Хотя в проекте планировалось несколько входов на территорию квартала и в каком-то виде они реализованы, люди воспринимают как основной тот, что у памятника Бабру. Архитекторы же видели как парадный вход тот, что у надземника. Это искажение возникло из-за зелёного луча, занявшего в их мозгу непропорционально большое место. Нужно было признать, что благодаря «Новому городу» это уже фантом и реальность такова, что никакого луча там нет и не появится, если только не снести немного жилых комплексов. Однако до сих пор на всяких презентациях развития территорий труп «зелёного диаметра» достают, пускают через него ток и заставляют дёргаться, как будто бы есть ещё какой-то потенциал в таком пешеходном маршруте.

Согласно опросу пятилетней давности, большинство приезжающих сюда (71 % всех пользующихся общественным транспортом, 54 % от всех опрошенных) входят на территорию квартала со стороны памятника Бабру. Даже если посетители идут в «Модный квартал», они не стремятся проехать дольше и выйти поближе к нему, им важно пройти по благоустроенной зоне (что полностью не совпадает с замыслом проектировщиков, тут они молодцы).

Вход у Бабра естественным образом стал главным входом: отсюда ближе всего к остановкам. Однако обустроен он был таким образом, что пешеходные переходы не приводили сразу к лестнице и люди пёрли по грунту, меся грязь. Неустроенность пешеходной доступности представляется людям сразу, чтобы они и не ждали ничего лучшего дальше.

А от одной из значимых остановок трамвая — под Крестовской церковью — вообще не было прямого прохода, люди шли через два светофора буквой П, забивая узкий тротуар на углу.

Огромный асфальтовый полигон стрелки 130-го квартала позволял установить островки безопасности десятилетия назад, но они появились лишь осенью 2022 года. Эти островки позволяли бы накапливать пешеходов не только на узком тротуаре, а и на середине пути многополосной проезжей части; канализировать потоки машин; уменьшить пешеходной фазу за счёт устройства безопасной фазы на просачивание. В какой-то степени это всё было реализовано, но реализовано с ошибками. Но это можно будет исправить в будущем (жаль, конечно, что сразу не сделали как надо).

Как было, как надо было бы сделать, как сложилось (как сделали в 2022 году, добавлю позже)

Дальше люди могут идти по окаймляющим квартал улицам или по двум центральным аллеям. Большинство выбирают пути внутри.

Оценим качество укладки плитки и продуманности маршрутов

Вдоль внешних границ квартала людям ходить дискомфортно из-за того, что на тротуарах грязь (из-за неправильно организованного озеленения и дренажа); запаркованные машины; лестницы со ступеньками разной высоты, без перил и с очень крутыми, ненормативными пандусами; бордюры выполнены без понижений; на пути — столбы. Всё перечисленное выше — и недостатки проектирования, и ошибки реализации. Причём для многих случаев усилий, чтобы сделать правильно, нужно было приложить столько же, сколько и для того, чтобы сделать как получилось.

Пешеходная среда должна быть безбарьерной. По-хорошему, человек должен встать та тротуар в начале квартала и видеть его окончание. Здесь же одни препятствия: столбы и столбики, машины, лестницы и бордюры без понижения

Некомфортно ходить и обеими аллеями внутри квартала. Две главные сложности — низкое качество уложенной плитки и находящаяся в разрухе система водоотвода: границы лотков торчат выше уровня тротуара, решётки погнуты или отсутствуют. Такое состояние травмоопасно, но за это никто не отвечает: в 2019 году у меня была встреча на месте с представительницей Комитета городского обустройства, и она объяснила, что сама не рада, но система водоотвода и тротуар в целом у них не на балансе, они им не заведуют, а к ответственности за ненадлежащее содержание привлечь тоже никого не могут. Так как за эти годы ситуация не изменилась, я склонен думать, что сказанное — правда.

Хотя в Российской Империи уже умели отводить воду с крыш под землю, но современные иркутские архитекторы и строители так делать не умеют. Это видно и по свежему проекту ремонта Большой улицы (ныне — Карла Маркса). Воду пробуют собирать в позорные пакеты, но всё равно не получается. Опасная наледь покрывает тротуары. А изуродованные решётки ливнеприёмников вообще не хочу обсуждать

Теперь о заявленной просачиваемости. Все четыре пешеходные дорожки, находящиеся в разных уровнях, связаны между собой лестницами. Но уже довольно скоро часть лестниц оказалась перекрыта «летними» верандами или на них стали складировать оборудование. Несколько лестниц были изначально спроектированы так, что не давали представления человеку о том, что по ним можно спуститься на самый нижний ярус. Поэтому с просачиваемостью дело обстоит тоже не очень.

Давайте тут эту карусель поставлю: ненормативные пандусы, отсутствие пандусов, ступеньки разной высоты, отсутствие перил, отсутствие ступенек (их не чистят от снега), разбитые светильники

Зелень

Говорилось, что «в проекте максимальное внимание было уделено сохранению старых деревьев, а чернозём, накопленный за два века, должен был сниматься, сохраняться и укладываться заново в формируемых зелёных зонах».

На деле же все крупномеры, в том числе и вековые деревья, убрали бульдозером. Елена Ивановна Григорьева в частной беседе рассказала мне, что очень огорчена настолько низкой квалификацией привлечённых подрядчиков: они привыкли работать на ровных полигонах, в то время как в Европе, а уже и в наших столицах стремятся сохранять деревья на своих местах. Нельзя сказать, что для Иркутска сохранение взрослых деревьев при строительстве недостижимая технология: через дорогу, у Дома музыки Дениса Мацуева, не пострадала старая лиственница, а в посёлке «Патроны-парк» умудряются оставлять взрослые деревья на участках десятками. Здесь же поступили как в Купеческом саду — сбрили всё.

Плодородный слой (не чернозём, конечно, это журналисты не разобрались) просто выбросили. Не знаю, имело ли агротехническое значение возвращение местной почвы, но символический смысл в этом действии точно был.

Правила землепользования и застройки через годы после запуска квартала отрегламентировали озеленение: и минимальный его процент, и количество крупномеров с указанием их расположения относительно сетей. Но только на бумаге, в реальности ситуация с озеленением удручающая.

Из опроса пятилетней давности следовало, что большинство респондентов считают качество озеленения низким. Тогда рослые деревья были только в начале квартала (возле памятника Бабру), и в самом конце, в ещё не застроенной зоне (которая не застроенна до сих пор). Внутри квартала деревья встречались, но это были ещё невысокие, в 2-3 метра растения. Также было мало кустарников, не хватало цветников.

За минувшие пять лет ситуация изменилась: высаженные десять лет назад, при застройке квартала, деревья и кусты стали заметны, иногда они уже закрывают фасады или возвышаются над домами. Вот только такие высокие деревья возле домов сто пятьдесят лет назад вряд ли бы росли, об этом свидетельствуют старые фотографии. Так повелось из-за соображений пожарной безопасности. Поэтому раз уж делали лубок, то нужно было придерживаться легенды до конца и не сажать новые деревья вообще.

В разных частях квартала начали появляться цветники. Если раньше они были заметны только у «Модного квартала», то сейчас композиции из камней, одно- и многолетников, декоративных кустарников есть и в разных частях квартала. Но складывается впечатление, что это не комплексное решение, а частные инициативы, это не объединяет территорию, а подчёркивает её разрозненность. Цветники эти мало похожи даже на стилизацию озеленения усадебного типа, это что-то европейское и современное.

С газонами дело обстоит хуже. Внутри квартала уложен рулонный, но настоящего партерного газона не получается: всюду проплешины и сорняки, ведь здесь используют технологии нерегулярного полива и косьбу триммером. Естественный луговой газон, который смотрелся бы здесь органичнее, тоже не получается: в первую очередь из-за неумелой работы тем же триммером.

По склону натоптаны тропинки, которые стали источником пыли и грязи, — в этом вина проектировщиков. В наиболее крутых частях склона есть оползни, обнажающие решётку укрепляющего каркаса. Где-то покрытие сползает само по себе — из-за неправильного дренажа, неправильного состава грунта, неправильного подбора растений, а где-то из-за того, что люди зимой катаются с горки. Всего этого тоже можно было избежать правильным проектированием.

По внешним границам квартала с «газонами» ситуация более плачевная: это не элементы озеленения, а элементы огрязнения. Что по Летне-Байкальской, что по Зимне-Байкальской между тротуаром и проезжей частью есть участки открытого грунта, на которых ничего не растёт, потому что не успевает. Здесь ходят пешеходы, которые не хотят обходить препятствия змейкой, здесь паркуются машины — они всё и уничтожают. Правильнее было бы или совсем замостить эти небольшие участки открытого грунта, или устроить в них живую изгородь, или же сделать контейнерное озеленение. Но пока даже у «парадного входа», у Бабра люди круглый год месят грязь из-за неправильной трассировки дорожек и неправильного озеленения.

Шум

Опрошенные пять лет назад отмечали высокий уровень шума. Это субъективное восприятие.

Измерения показали, что у автомобильных улиц по периметру квартала уровень шума как в московском метро. Внутри квартала, если рядом нет колонок и дороги закрыты с обеих сторон домами, уровень шума комфортный. А вот музыка из колонок может быть очень громкой! Мимо закрывшегося сейчас «Самолёта» невозможно было пройти, поддерживая разговор.

К шуму относятся довольно терпимо, как к неизбежному злу: только треть опрошенных шум не раздражает. Половине из них мешает вполне определённый тип шума — музыка. Кстати, о музыке. Играет там не только из заведений: выходят уличные музыканты и с разным уровнем качества играют на разных инструментах и поют. Пока не было такого, чтобы я остановился послушать, но мне рассказывали, что там выступали молодые джазмены из колледжа Шопена и однажды — великий Марков с «Просёлком». Ну создатели и хотели из Круглой площади сделать «иркутский Монмартр».

Фотографии музыкантов буду добавлять позже

В этом году я прошёл снова с приложением-шумометром, (конечно, лучше пройти из измерить с настоящим прибором, но найти шумомер мне не удалось, если у вас он есть — давайте повторим измерения, я сделаю апдейт поста). Если вы включали трек из начала поста, то заметили, что сейчас довольно тихо, музыка глобально не орёт, есть несколько мест, где она заметна, но это не так страшно. Правда, это зимний вечер, летом чуть иначе (в предыдущем посте по теме можно послушать).

Шума могло быть меньше. Идущий с дороги можно было ослабить средствами успокоения трафика, озеленением и заплотами. Громкость музыки (и даже тип её) можно было отрегулировать регламентом этой территории. Что, впрочем, не мешает сделать отдельный дизайн-код для этого места и сейчас.

Освещённость

Что за последние пять лет однозначно стало лучше — это уровень освещённости внутри квартала, но это улучшение только вдоль центральных бульваров. В предыдущем исследовании не использовались технические средства измерения, уровень комфорта люди оценивали на глаз выколи, в этот же раз я ходил с люксметром, что позволило составить объективную картину.

Света в квартале мало (зимой это не так заметно, снег помогает). И хуже всего, что его мало возле пешеходных переходов, особенно — возле нового, что сделали у Музыкального театра. Вместо того, чтобы освещать пешеходов, гаишники подумали, что хорошей идеей будет подсвечивать фонари. Извращённая логика силовиков: ценность человеческой жизни ниже, чем железного столба. К тому же здесь налицо халатность ГИ(Б)ДД как надзорного органа: уровень освещённости перехода регламентируется стандартом (СП 59, 5.4.10) и должно было быть 50 лк, а тут всего 2,6 (у перехода возле Бабра — 30). Думаю, что Сергею Николаевичу Глызину и в голову не приходило отправить своих ребят проехаться по Иркутску, измерить уровень освещённости пешеходных переходов, чтобы сделать предписания мэрии для установки гостовской подсветки переходов просто везде. Может быть, прокуратура побудит их сделать это. Освещённость лестниц внутри квартала — 0,01…2,8 люкс (при желаемых 20), так как светильники разбиты. Только большие лестницы возле «Модного квартала» достаточно светлы (17,5 и 24,6 люкс).

Визуализация не такая, какую я хотел бы сделать, в моём графическом редакторе нет нужного инструмента, поэтому перерисую потом. Но суть, думаю, удаётся передать. Шкала в помощь: до 1 люкса — темнота; 5 — сумерки; 10 — закат солнца; 100 — день (очень пасмурный). Измерения проводил 7 июля 2022 года с 23:00 до полуночи

Раньше из искусственного света на территории самого квартала был заметен только декоративный: вывески, гирлянды, архитектурная подсветка. У настоящих фонарей, которые должны были освещать тротуар, яркость была как у гнилушек в «Данко»: их мощь была не намного больше, чем у бумажных китайских фонариков, что висели на одном из фасадов. Может быть, авторы проекта хотели добиться полного погружения в старину: светильники и выглядят старомодно, и светят тускло. Но кое-что выбивалось из этой логики: вывески освещали тротуар сильнее, чем установленные вдоль него фонари.

Спустя несколько лет пришлось признать очевидное, и к этим фонарям наколхозили светодиодные прожектора, какие дачники вешают возле гаражей. Уродливо это выглядит, но хотя бы дорогу видно. Однако и на глаз, и по прибору лучше всего тротуар освещён не этими фонарями, а светильниками лоточников (которых концепция, напомню, и не предусматривала).

Я не помню ситуацию, чтобы во всём квартале горели сразу все фонари. Всегда какой-нибудь да не светит — или на аллеях квартала, или в сквере вокруг Бабра. А когда пять лет назад я проводил исследование и зафиксировал ситуацию, когда по границе квартала до надземного перехода муниципальное освещение работало, а после моста — нет. А никакого освещения квартального не было для подстраховки, люди шли впотьмах. Но тротуарами Летне-Байкальской мало кто пользуется. Поэтому чего электричество жечь там, где оно самое дешёвое в стране.

Отдельно стоит сказать про архитектурную подсветку. Сам проект её, видимо, не предполагал, и поэтому её ставили уже сами собственники или арендаторы. Так получались ситуации, когда салатовое здание подсвечивалось фиолетовыми фонарями. Подсветку могли делать гирляндами с не сомасштабными элементам фасада лампочками: китайскими новогодними гирляндами для ёлок; могли — светодиодными лентами. А некоторые здания вообще никак не подсветили. Но архитектурную подсветку в этот раз я разбирать не буду, ей посвящу будущий материал.

Темнее всего было на лестницах. Планировалось, что они будут освещаться светильниками на уровне ступенек и что этого окажется достаточно. Но скоро одни вышли из строя, другие — разбили вандалы. Поэтому некоторые лестницы были очень тёмными, что не побуждало людей ходить по ним, так как это было чревато. Чтобы проиллюстрировать уровень темноты на этих лестницах, добавлю, что на одной из них, ведущей к Летне-Байкальской улице, одна моя знакомая невозбранно занималась сексом.

Безопасность

В опросе пятилетней давности люди отвечали, что чувствуют себя здесь безопасно. Хотя на территории почти невозможно встретить патрулирующих полицейских, большое скопление людей и установленные камеры помогают ощущать себя уверенно.

На вопрос, а где именно люди люди чувствовали себя небезопасно, они отвечали, что в тех ситуациях, когда им нужно пройти тёмными участках квартала, например узкими лестницами с центральной галереи к Летне-Байкальской (или обратно). Так как вопрос с освещением в большей степени решился, спустя несколько лет можно сказать, что с вопросом безопасности здесь справились. Но авторы проекта не делали среду безопасной (в восприятии людей) с самого начала.

Это субъективное ощущение, лучше бы оперировать и данными, которые можно посчитать, и кое-что посчитано. Повышение чувства безопасности (не только здесь, но и в районах типа Рабочего или Копая, которые я изучал в этом срезе специально весной 2022 года) я связываю с «общим смягчением нравов», по выражению Сергея Фёдоровича Шмидта. Что подтверждается постоянным снижением количества преступлений (данные с Портала правовой статистики Генпрокуратуры РФ)

Год	Преступлений
2011	58 488
2016	47 009
2021	39 363

Конечно, в свете обсуждаемого вопроса нас не интересуют вообще все преступления. Во-первых, это те, с которыми выше риск столкнуться на тёмной улице: кража, грабёж, изнасилование, распространение наркотиков — а не аферы с землёй, злостное уклонение от алиментов или хищение леса. Во-вторых, нас интересуют преступления, произошедшие в определённом районе города, а сайт Прокуратуры показывает данные сразу по всей области: там и Ново-Ленино, и Пивовариха, и Усолье-Сибирское. Было бы здорово представить эти данные так, как делали в своё время для Москвы. Я слышал о двух проектах, один уже запрещён: там показывали данные о количестве и типах преступлений в разных районах Москвы. Вот что-то такое бы, но только с привязкой к реальной карте и с возможностью делать выборки по преступлениям разной тяжести, разного типа или ещё по каким-нибудь параметрам.

А ведь есть образец для подражания, который сейчас будет кстати упомянуть. В пятёрку самых популярных преступлений входит нарушение ПДД. По ним есть отдельный сервис, который работает с данными аккуратнее и интереснее, — Карта ДТП.

Официальные данные с сайта ГИ(Б)ДД, ситуация с 2017 по 2021 год

Смотрите, как наглядно представлена информация. Видно, где именно случались происшествия, были ли пострадавшие, погибшие. Но по всем остальным преступлениям такую визуализацию сделать нельзя, поэтому согласимся, что тут и правда стало безопаснее, чем пять лет назад.

Транспорт

Из опроса пятилетней давности следовало, что квартал чаще посещают люди на общественном транспорте, таких половина. Ещё треть приезжает на автомобилях, остальные — приходят сюда пешком (или на велосипеде, в следовых количествах). Но, как и с ответами на предыдущие вопросы, нужно понимать, что выборка может быть не очень репрезентативной. Тем не менее в этом случае распределение мне кажется правдоподобным. Действительно, в городе основной транспорт — общественный.

При этом до сих пор нет остановок общественного транспорта непосредственно на территории квартала. Хотя прямо сейчас ничего не мешает сделать одну остановку возле перехода, напротив перенесённой остановки Музыкальный театр Горпроектов.

Также нужно было сразу запускать троллейбусы и автобусы по выделенке вдоль нижнего края квартала, чтобы те сразу с Академического моста ехали в сторону сквера Кирова. Тогда бы можно было сделать ещё и одну остановку в конце квартала — возле выхода из «Модного квартала», а вторую — в начале, ближе к Бабру. От этого манёвра выиграли бы все: пассажиры бы не стояли в заторах на перенасыщенной Русиновской (ныне — Байкальская); бизнес, который находится вдоль Зимне-Байкальской, получил бы больше гостей (а торговый центр — так ещё и прямо ко входу), водители — более свободные перекрёстки на одной из главных улиц. Позже городские власти признали выгодность решения с запуском общественного транспорта против шерсти по Зимне-Байкальской, по естественно образованной выделенке, и даже вкорячили столбы для контактной сети, но вмешались «специалисты»-«проектировщики» из ГИ(Б)ДД и всё свернули. Я бы, конечно, ещё и столбы повынимал с тротуара и поставил по-человечески: там, где забор, отделяющий будущую выделенку от основной трёхполосной проезжей части.

В 2010 году появилась остановка Академический мост. Но через неё почти четыре года не проходил общественный транспорт. Потом появился автобус 4, дальше — 22. И только в 2016 — 83 и прочие, что начали ходить через новый мост. Этой остановке не хватает парной, находящейся напротив, одноимённая в обратном направлении находится в соседнем квартале, это неудобно.

Трамвайная остановка размещена более-менее нормально, но пешеходного перехода от Крестовской церкви не хватало (он появится только в конце 2022 года). А если её перенесут туда, где она была раньше (и где ей место), к троллейбусной остановке Труд, то это, не ухудшит доступность 130-го квартала, но улучшит систему общественного транспорта в городе вообще (пересадки станут проще). А вот что бы точно улучшило жизнь тех, кто приезжает трамваем (да и ходит пешком) — . О.

Троллейбусно-автобусные остановки (Труд и Музыкальный театр) очень сильно отнесены от точки притяжения. Неграмотный перенос остановки Музыкальный театр в сторону центра сделал неудобно пассажирам (утеряна парность остановок, затруднены пересадки) и привела к гибели человека.

Вместе с реконструкцией квартала нужно было пересматривать маршрутную сеть и размещение остановок. На схемах красное — трамвайные остановки, синее — троллейбусные и зелёное — автобусные. Первая картинка — нынешнее состояние, вторая — более сбалансированное

Проект предусматривал широкое использование подземного пространства. Значительная доля отдавалась для организации подземной парковки. Главная парковка — под «Модным кварталом» (по данным опроса, её выбирали 40 % водителей), она не справляется с количеством машин. Со стороны Зимне-Байкальской есть дополнительные подземные гаражи, но они не используются как таковые. В них хранят инструменты, инвентарь, стройматериалы. Машины паркуют где попало, перекрывают тротуар. Реконструкция этих гаражей позволила бы убрать автомобили с тротуаров, раз полковник Глызин со своей ГИ(Б)ДД с этим справиться не может.

Если нет возможности оставить машину на подземной парковке, водители паркуются в других местах, каждый десятый опрошенный при этом нарушает правила. Нарушения следующего рода: парковка на тротуарах; парковка в крайнем левом ряду Зимне-Байкальской и в правом ряду Летне-Байкальской; диагональная и перпендикулярная парковка там, где разрешена только параллельная.

Десять лет спустя

Выше я в параллельных каруселях показывал фотографии, сделанные в год пятилетия Иркутской слободы, и рядом — снятые с той же точки спустя ещё пять лет. И то и другое — фотографии февральские. Можно сравнить, как изменились тротуары, фасады, озеленение.

Ниже — фотографии, которые я нашёл в домашнем фотоархиве: тесть прогуливался и снимал стройку. Без какой-то особой цели, поэтому иногда кадры слишком общие, некоторые дома вошли крупно, а некоторые — проигнорированы. Если у вас есть фотографии строительства и первого года жизни нового 130-го квартала, присылайте, я дополню этот пост фотографиями 15-летия.

Ну и пока у нас работают яндекс-панорамы, можно полететь в прошлое и с их помощью.

Резюме

Строительство на низком уровне. Некоторые идеи не были реализованы вовсе (амфитеатр, второй надземный переход), некоторые — не в полном объёме (заплоты). Исторический облик домов искажался уже на этой стадии.

Самострои окончательно добили идею авторов.

Функциональное заполнение, что продумывалось в самом начале, пошло по вульвагине. Все забыли, что идея квартала — не только дома, но и то, что в них.

Регламент территории не сделали сразу — и дали зелёный свет на любые изменения. Трём мэрам не хватало воли добиться исполнения хотя бы общих городских стандартов городской среды (правил благоустройства).

Пешеходная доступность плохая.

Озеленение проектировщики и строители не устроили. Некоторые их решния — генераторы грязи, а не поглотители пыли. До сих по вопрос озеленения всё так же решается не комплексно, а заплаточно.

Шум высокий, особенно вдоль границы квартала (от машин). Можно было снизить, да не стали. Шум внутри квартала (музыка) не регулируется.

Освещённость изначально была не очень, потом стало ещё хуже. Теперь туда-сюда, но выглядит уродливо.

Безопасность — нормальная.

Транспортный вопрос решён плохо. Остановки далеко, троллейбус с моста не пускают, парковки не обустроены.

Этому я не нашёл места. И ещё нескольким сотням фотографий

И как вам этот квартал, иркутяне? Москвичи? Комментарии открыты.

☉

В 2022 году я выпустил четыре поста про Иркутск и городскую среду. Если хотите, чтобы материалы выходили чаще, дайте знать об этом через форму ниже (к сожалению, потребуется регистрация в Юмани даже для отправки с банковской карты). А хотите войти в редакционный совет, чтобы выбирать темы и влиять на содержание постов — подписывайтесь на Бусти и привязывайте аккаунт к Телеграму. Подписывайтесь и на канал, это бесплатно и там больше контента.

Ещё кое-что. Когда я делал фотографии для этого поста, один юноша попросил, чтобы я и его снял. Контактов он не оставил, поэтому если узнаете, дайте ему ссылку на этот пост.

Для него и сделали этот квартал

💀 Иркутская слобода, план

Wed, 13 Jul 2022 19:04:40 +0800

В сентябре прошлого года «Иркутская слобода» отмечала десятилетие, так что в этом посте я наконец подведу итоги первых десяти лет этого проекта. Я хотел приурочить его к дате официального открытия (какое-то сентября 2021 года), но редакционная коллегия на нескольких голосованиях выбирала другие темы: о «социальных» «предпринимателях»; удалённый по цензурным соображениям материал; о фильмах про женскую месть; о покраске бордюров; о частных перевозчиках; о том, чем мне люб Иркутск; о том, как красить заборы и спилы на деревьях.

И только сейчас пост о годовщине исторического квартала получил достаточную поддержку. Пусть задержка на десять месяцев вас не смущает: перерезание ленточки осенью 2011 года было скорее техническим. Строительство и внешняя отделка объектов продолжались и в 2012 году, а сам квартал так и вовсе до сих пор не завершён.

Фотографии Лены Мироновой-Ходиной за неделю до официального открытия. Не всё готово

Интересно, что статья об этом квартале в Иркипедии очень маленькая и неинформативная. А статья в Википедии неточная и устаревшая: не обновлялась с мая 2018 года. Хотя, казалось бы, такой выдающийся проект должен быть освещён подробно. Но делать это с каждым годом сложнее: некоторые сайты, на которые были ссылки, не работают, их нет даже в веб-архиве (ряд публикаций, на которые я опирался, доступны только там).

Этот пост состоит из нескольких частей. Сперва расскажу об истории квартала, его названиях и про идею реновации. В следующем посте (черновик почти готов) расскажу о том, получилось ли из этого сделать какую-то франшизу или вдохновить другие города на подобный эксперимент; покажу фотографии пяти- и десятилетней давности и снятые в 2022 году объекты в том же ракурсе, а также порассуждаю что пошло не так и как этого можно был очень избежать.

А пока, для погружения в атмосферу, включайте звук прогулки по этому кварталу. Я обошёл его по периметру кругом и по двум внутренним аллеям насквозь.

Иркутская слобода в девять вечера летними буднями (вторник, 12 июля 2022 года)

История и планы

Предыстория

Этот квартал начал осваиваться в середине 19 века, заселение шло со стороны более пологой Зимне-Байкальской улицы (ныне 3 Июля), постепенно усадьбы поднимались и по Летне-Байкальской (ныне Седова). Хотя в основном здесь были деревянные здания, квартал не пострадал во время великого пожара 1879 года, когда выгорел центр города. Обычно дома имели фасады в три окна, реже — в пять. К ним пристраивались сени. Одноэтажные дома возводились на подклети — полуподвальном этаже. Во второй половине 19 века стали строить двухэтажные усадьбы, часто с мансардами или балконами. Иногда в задней части особняка располагался антресольный этаж — всё это делали для увеличения площадей для сдачи внаём. Самый большой и единственный в квартале трёхэтажный каменный дом Сусленникова (с ювелирной мастерской Алексеева) находился на Летне-Байкальской, 36 (сейчас на этом месте двухэтажное каменное здание).

Основное назначение квартала — жильё. Здесь жили и хозяев усадеб, и арендаторы, в массе — люди невысокого социального статуса: мещане, крестьяне, отставные военные, мелкие чиновники, ссыльные. Располагались в квартале и мастерские (кроме упомянутой ювелирной, ещё портняжная, мебельная), концентрировались они в районе улицы Мастерской (ныне Кожова), на разных её сторонах ещё в начале 20 века работали слесарная, переплётная и две сапожные мастерские. Больше кустарных производств и кузниц находилось ниже, у Ангары, куда и вела Мастерская улица. Разумеется, в квартале были и лавки для обеспечения околотка: бакалейные, молочные, мясные и рыбные, торговали вином.

Ещё царское правительство собиралось изменить назначение части этого квартала. В 1899 году городской плановой комиссией был составлен проектный план города, которым было предусмотрено строительство новых улиц, расширение и благоустройство старых, упразднение некоторых переулков, образование площадей и скверов на месте снесённых построек. Тогда предлагалось ликвидировать «косой квартал между Мастерской, Средней и Верхней Амурской, обратив его в сквер» (современный квартал № 130а — только этот кусочек, а не как думают некоторые краеведы и гиды). Но это не реализовали.

Раньше квартал 130а не был обособлен. Это сейчас он отрезан широкой дорогой: образовавшийся в 19 веке проулок в разное время хотели и ликвидировать, чтобы не разрывать квартал, и расширять. Победил последний вариант — так 130 квартал получил узнаваемую треугольную форму, а принадлежавший ему и тяготеющий к нему до сих пор кусочек оказался исключён из проекта реновации.

В северной части квартала, на месте Бабра, было Лютеранское кладбище с могилой первого губернатора Иркутский губернии Карла Львовича фон Фрауендорфа. Рядом находились требующие восстановления разрушенные коммунистами Амурские ворота. Из сохранившихся памятников поблизости осталась только Крестовоздвиженская (Крестовская) церковь.

Квартал долгое время оставался деревянным одно- и двухэтажным. Он избежал и грубого вторжения советской типовой или павловской застройки, и появления российскофедеративных капромовских уродцев.

Фотографии советского периода с Паствы

Благодаря большой площади, сохранности старого архитектурного фонда, интересному рельефу и близости к центру города этот «заповедник» стал лучшим кандидатом на роль исторического квартала. Второй кандидат, «Декабристский квартал», не такой выигрышный, поэтому проект и обсуждается уже пятьдесят лет.

Резюме
Это единственный квартал, который находится в центре города, где сохранилась традиционная иркутская деревянная одно- и двухэтажная застройка без внедрения застройки другого типа. Квартал был жилым, с вкраплениями торговли, услуг, производств.

Название

Чаще всего люди используют для ориентирования в городе неофициальные, народные названия районов (например, Копай), официальные используются реже. (Это тема отдельного топонимического поста.) У этого проекта реконструкции есть два названия: «Иркутская слобода» и «130-й квартал», и оба они плохи. Они плохие, даже если руководствоваться лишь правилами Сарычевой.

Первое, под которым проект начинался, в числе прочих вариантов предложил член комиссии по топонимике Виталий Барышников (тогда руководитель Службы по охране объектов культурного наследия Иркутской области). (Курсивом обозначаю цитату.)

1. «Иркутская слобода». Хотя это был жилой квартал, здесь исторически присутствовали ремесленные мастерские, лавки. На месте Крестовоздвиженской церкви стояла застава, которая определяла границу города.

Никакой слободой здесь и не пахнет. Потому что слобода — это пригородное поселение или район города с самоуправлением (часто — цеховым). Здесь же был городской квартал, не автономный и не монофункциональный.

Апелляция к тому, что Крестовская церковь раньше находилась на окраине города, несостоятельна. К моменту заселения Иерусалимской горы церковь находилась уже в центре города. И поэтому вспоминать прошлое и называть когда-то бывшую пригородную территорию пригородной сейчас — то же самое, что вместо «гуманизм» говорить «симианизм». Ничего, что этическая позиция появилась только тогда, когда люди уже перестали быть обезьянами и стали людьми, — были же когда-то обезьянами, вот и давайте говорить «обезьянизм».

2. «Заморская площадь». «Заморская» потому, что по улице Седова проходил Заморский тракт.

Почему «заморская» — понятно (хотя лучше бы улице Ленина вернули это название). Но почему площадь-то? Ведь в этом квартале три ряда домов, расходящиеся лучами, в разных уровнях. А площадь — открытое ровное пространство, обрамлённое зданиями и зеленью. Это как если бы дверной или оконный проём заложить кирпичом снизу доверху и продолжать называть это дверью или окном.

Тракт, кстати, проходил здесь совсем недолго, когда Крестовоздвиженская церковь была окраинной, а площадь перед ней (ныне асфальтовый пустырь-перекрёсток) была границей города. Но позже Летне-Байкальская была уже рядовой улицей, которая переходила в тракт дальше.

3. «Амурский парк». Здесь находились знаменитые Амурские ворота, построенные к приезду генерал-губернатора Н. Н. Муравьёва после подписания Айгунского договора. Амурские ворота могли бы стать символом города, его брэндом.

Мне нравится идея с чем-то амурским (лучше всего — с воротами, которые в Прекрасном Иркутске Будущего мы восстановим), но почему парк-то? Парк — это зелень, водоёмы и дорожки. В них могут быть строения — и капитальные, и временные — павильоны, беседки. Но здесь же всё наизнанку: очень много домов и очень мало зелени. Это как если бы Гошу Куценко называть волосатым — как так, волос на голове нет? Нос — часть головы? В нём волосы есть? То-то! Поэтому Куценко — с шевелюрой, а сто домов — это парк: вот у нас три ёлки растёт и два чубушника.

Такие вот члены комиссии по топонимике у нас в Иркутске имеются.

Все три предложенные Барышниковым названия не очень, но хуже всех то, под которым эта территория стала широко известна в городе и за его пределами, — Сто тридцатый квартал.

Есть вещи, к которым нельзя допускать архитекторов. Раньше я думал, что их нельзя допускать только к любой работе с буквами, теперь думаю, что к придумыванию названий их тоже лучше не допускать. А меня, соответственно, можно не допускать к строительству зданий, это будет справедливо.

У каждого нормального города есть кварталы. И эти кварталы для бюрократических целей пронумерованы, обыватели же понятия не имеют, в квартале с каким номером живут. Эта кодификация действительно удобна для проектирования: не надо каждый раз давать длинные описания «квартал, ограниченный улицами Фурье, Маркса, Ленина и Победы Терроризма», достаточно назвать одно число. Но это всё для служебного пользования, обычным людям же нужны нормальные названия, а не числовые. Бывают ситуации, когда люди помещаются в искусственную среду, где город с самого начала делится на нумерованные районы, например, Зеленоград. Когда я туда переехал, мне было дико и непонятно, почему такие длинные номера домов (3- и 4-значные), как люди умудряются в них ориентироваться. Но для того, кто жил в городе давно, такая система была родной, и когда он слышал, что я из 412 корпуса, то мог не только понять, из какой я части города, но и достаточно точно определить нахождение моего дома. Если людей с детства приучать, то им и ангарская система будет казаться верхом логичности.

Пока архитекторы работали над проектом, то они там, внутри группы, вполне могли оперировать номерами кварталов — и 130-го, и всех примыкающих к нему (70, 91, 128, 129, 131, 132, 134, 154, 155). Но они зачем-то потащили это в публичное пространство. Так постепенно служебное название, которое должно было остаться только на чертежах, превратилось в официальное.

Если варианты Барышникова ещё как-то пытались быть историчными, то это — нет. И возникли дополнительные проблемы. Например, как быть с иностранцами. В навигации важен принцип последовательности: название на слух и при чтении должно быть максимально похоже. Цифры обеспечивают совпадение только в варианте с чтением, а если какой-нибудь нерусский поймает на улице обычного горожанина и спросит его про One hundred and thirtieth quarter, то рискует быть непонятым и не найти Sto tritsatiy kvartal, а с нормальными буквенными названиями такой проблемы бы не было: турист бы читал Podgornaya, произносил бы Podgornaya и слышал бы близкое Patgorna.

А вот как название музыкальной поп-группы «130-й квартал» звучит нормально. Клип на песню «Иркутск» снял 10 лет назад «Мотор Видео Продакшн». Посмотрите, как похорошел город при ком надо! Один момент только меня смущает: где памятник царю?

Слушайте 130-й квартал — 130-й квартал на Яндекс Музыке

Олег Владимирович Беседин ещё в 2013 году прозорливо заметил, что квартал переименовывается в «Модный». И действительно, когда я проводил предыдущее исследование этого «130-го квартала» (пять лет назад), заметил, что молодёжь часто говорит «Модный квартал», не имея в виду сам торговый центр, а распространяя это название на весь «музейный комплекс под открытым небом». Происходит это потому, что люди стремятся к экономии языковых средств. И если вместо четырёх слогов можно сказать два без потери смысла, то постепенно вариант с двумя слогами в речи начнёт доминировать. «Модный квартал» занимает четверть площади квартала, это значимый объект. Можно возразить, что так говорить неправильно, ведь это всё равно что называть целую квартиру кухней, спальней или кабинетом: любое из этих помещений может занимать четверть квартиры. Это ложная аналогия: у разных помещений в доме разные функции (в спальне не принимают пищу). А функция всего квартала ничем не отличается от функции отдельного торгового комплекса — это покупки, еда и прочие развлечения. Когда человек говорит, что идёт «в модный», а сам идёт в «сто тридцатый», значит, ему по большому счёту всё равно, куда идти: он хочет кутить. Но если ему нужно в конкретное место, то он вообще не будет оперировать названиями кварталов, а скорее назовёт заведение («Камчатка», «Рассольник»).

Название «Иркутская слобода» плохо по той же причине: оно длинное. Если бы изначально форсили как название территории просто «Слободу», я верю, что она бы прижилась. Ведь «Иркуцкая слобода» длиннее, чем «Сто трицатый квартал» и при произношении (важно количество слогов), и на записи («130-й квартал»). А вот просто «Слобода» выигрышнее. И ещё было бы сложнее выдавить слободу варианту «модный»: разница в длине не такая заметная.

Наименование слободы по названию города, кстати, — недоразумение, обычно их называют по местности или по специализации. Поэтому слово «иркутский» из названия можно безболезненно убрать. (Точно так же, как его можно убрать и из названия «Иркутских кварталов», но о них как-нибудь в другой раз, тема очень чувствительная.) Добавление прилагательного места иркутский может иметь смысл, например, в товарах, то есть в том, что может физически находиться в другом городе: иркутский торт может так называться, по той же логике, что и рижский бальзам.

В хорошем названии должно быть одно слово из двух или трёх слогов. Второе слово может присутствовать в полном названии, но должно без проблем убираться (Российская Федерация — Россия). И название должно отражать символ места, поэтому мне кажется, если уж давать кварталу какое-то отдельное название (чего в Иркутске не делали), то лучшим вариантом был бы Амурский квартал. Вот это было бы со знанием истории, с уважением, а в случае с иностранцами — ещё и немного с любовью.

Резюме
Все предлагавшиеся названия для квартала плохи: в них нет истории или логики. Прижившееся название ещё хуже: в нём нет души. Лучшее название квартала — Амурский.

Проект

К началу нашего века квартал, находящийся в центре города, пришёл без инженерных сетей и благоустройства, в основном с деревянными жилыми домами в ветхом и аварийном состоянии и разрушающимися объектами культурного наследия.

По легенде, инициатором проекта реновации в его нынешнем виде был тогдашний губернатор области Дмитрий Фёдорович Мезенцев. Делалось это к «350-летию» Иркутска. Результат объявили огромной победой, потому что изначально на этом участке планировали вернуть кварталу жилую функцию следующим образом: снести всю деревянную застройку и поставить и зигзагообразный 7…9-этажный дом. Также планировалась и ещё более высотная, убивающая доминанту Крестовской церкви, 13…16-этажная переменная застройка (тоже со сносом деревяшек). На одном из этапов обсуждения проекта с малоэтажной деревянной застройкой предлагалось отреставрировать несколько памятников, а остальную площадь — застроить однотипными коттеджами из калиброванного бревна.

Хорошо, что авторский коллектив: (Елена Ивановна Григорьева, Андрей Юрьевич Макаров и Марк Григорьевич Меерович) — продвинул и защитил идею комплексного восстановления квартала № 130.

На первом этапе в работе над проектом участвовал также председатель Совета национальной гильдии градостроителей Юрий Александрович Перелыгин. Говорят, он работал до того над реновацией одного из кварталов Санкт-Петербурга, мистическим образом тоже с номером 130. Однако его фамилии на странице об этом проекте я не нашёл.

Подход команды Григорьевой-Мееровича в отношении деревянных зданий на территории реконструируемого квартала заключается в следующем (по статьям «Продóлжащаяся жизнь деревянного города. Иркутск. Идеология комплексной регенерации квартала № 130 исторической деревянной застройки [ул. 3-го Июля, Седова, Кожова]» и «Принципы разработки и реализации проекта комплексной регенерации исторического квартала Иркутска в границах улиц 3-го Июля, Седова, Кожова»), № 22, 2009 журнала «Проект „Байкал“»: ценные сооружения должны сохраняться и реставрироваться — это памятники регионального, местного значения (а также вновь выявленные объекты культурного наследия, рекомендуемые к постановке на учёт). Сооружения, достойные быть включёнными в список памятников, и здания, не являющиеся памятниками, но играющие роль средовых объектов, должны по решению органов охраны либо восстанавливаться как средовые, либо заменяться на другие, переносимые сюда с других мест.

Поэтому типы работ предполагались следующие:

Реставрация памятников.
Реконструкция средовых объектов.
Перенос памятников с другой стороны расширяющейся Зимне-Байкальской (и, возможно, с других мест).
Новодел — изготовление деревянных домов в полном соответствии со старой технологией и в полном соответствии с внешним видом исторических построек; по чертежам, снятым с других памятников, может быть, уже уничтоженных.
Новые современные строительные объёмы (подземное эксплуатируемое пространство и надземный переход от Музыкального театра через Летне-Байкальскую).

Юрий Перелыгин ответил тем, кто хотел ввести в этот квартал немножко современной архитектуры: «Я много работаю с европейцами и вижу, что там сейчас специалисты высказывают большие сомнения в новоделах. Чёрт знает что понаделали, теперь приходится исправлять. У нас есть шанс не наделать таких ошибок. Модерн не в том, чтобы построить что-то ультрамодное, а в том, чтобы в старину вдохнуть новые функции».

Планировали оставить тридцать два здания:

семь объектов культурного наследия регионального значения;
восемь вновь выявленных объектов культурного наследия, рекомендуемых к постановке под государственную охрану и включению в Государственный реестр;
семь выявленных объектов культурного наследия, отнесённых к ценным историческим постройкам;
десять исторических построек, являющихся усадебными элементами.

Ещё восемь зданий, не являющихся памятниками, должны были переехать с Большого транспортного кольца.

Восстановить собирались пятьдесят шесть зданий, из которых три каменных, остальные деревянные. Шестнадцать утраченных домов планировали воссоздать по старинным чертежам.

В квартале планировалось возвращение изначальной, жилой функции. Также в разное время анонсировали, что в домах и подземной части квартала ещё должны разместиться кузнечные, гончарные, берестяные и краснодеревщицкие мастерские; сувенирные лавки, магазины; кафе, рестораны; отели; художественные галереи, музей авиации, культурные центры, мастерская Даши Намдакова с выставочным залом, штаб-квартира фестиваля «Звёзды на Байкале», музыкальный салон Дениса Мацуева; амфитеатр — концертный зал на 1500…2500 мест, кинотеатры, каток с искусственным льдом; подземные и наземные автопарковки; искусственные водоёмы и открытый бассейн; детские центры; венчурное кафе; пункт полиции; общественные туалеты.

Нью-Васюки

На депутатских слушаниях выражалось опасение, что «Слобода» превратится в очередной торговый центр. Юрий Перелыгин ответил, что торговля ни в коем случае не будет превалировать. Дмитрий Мезенцев озвучил похожую позицию: «Вложить столько времени, внимания и творчества в 130-й квартал только для того, чтобы он стал местом продажи китайских кроссовок, — по такому пути мы пойти не можем. Квартал должен жить и быть источником радости, приносить новые впечатления горожанам. Никаких супермаркетов и торговых развалов не предусматривается». («Лол, кек», — можем сказать мы из 2022 года.)

Квартал задумывался пешеходным. От стрелки, где сейчас установлен памятник Бабру, веером расходится четыре основных пешеходных пути: два снаружи и два внутри квартала. Их должны были пересекать мелкие, но частые пешеходные же связи: дорожки и лестницы. Эта «потребительская проницаемость» должна была увеличить мобильность и повысить наполняемость заведений.

Мощение предполагалось гранитной плиткой и с устройством традиционных для исторического Иркутска деревянных настилов. Также сми сообщали о велосипедных и колясочных дорожках (я даже не знаю, что это за новация).

Реализовываться проект должен был не только на деньги области или города, а со значительным привлечением частного капитала: 80 % площадей и объектов планировалось восстановить на средства частных инвесторов.

Иркутскгражданпроект в «Проекте „Байкал“» № 43 (2015 год) в статье «День сегодняшний (с 2010 года)» рассказывает, что гордится работой проектировщиков и в той части, что всем видна, и скрытыми от глаз посетителей инженерными решениями. Это единственная в Иркутске городская территория, которая сформирована как единое общественное пространство. Поэтому он получал за этот важный и сложный проект награды.

Чаще всего вспоминают о том, что «Иркутская слобода» заняла второе место из восьми в списке самых значимых архитектурных проектов России 2012 года. Это правда, заняла. Но нужно учесть, что за авторитет составил этот список, а это был сайт про элитную недвижимость «Майндор» (работал с 2010 до 2018 года). Это из серии, когда сми пишут, что храм в Тельме — лучший в Европе (по мнению производителя штукатурки).

Также говорят, что «Зодчество» в 2010 году присудило проекту Хрустального Дедала. Это не совсем так. В тот год никто не получил эту награду, а «Иркутскгражданпроект» получил немного другую.

Однако отмечу, что «Зодчество» действительно наградило Иркутск но дало другой приз, в другом году и другому проекту.

Резюме
Квартал задумывался культурно-рекреационным с историко-краеведческим уклоном, торговая функция планировалась скорее третьестепенной. Архитектурный облик домов должен был строго соответствовать традиционному иркутскому.

По такому же принципу планировалось сделать и несколько других кварталов в центре города

На этом вводная часть закончилась. В следующем посте мы посмотрим, что и как получилось реализовать. Посмотрим и на историчность домов, и на реальное назначение квартала, и на отдельные элементы: пешеходную доступность, освещение, визуальное и шумовое загрязнение. И я порассуждаю, можно ли было как-то иначе. Если у вас есть какие-то соображения о том, про что обязательно стоит написать во второй части, напишите в комментариях. Особенно интересно будет узнать что-то о вашем опыте арендаторов помещений на этой территории.

☉

В Телеграм-канале материалов больше. Можете также подписаться на ежемесячные пожертвования через Бусти, — сможете даже войти в редакционный совет и влиять на темы и содержание будущих публикаций.

📖 Новая жизнь польского общества

Mon, 20 Jun 2022 22:37:56 +0800

Не знаю, как эта книга попала ко мне в дом, но я её прочитал. Она может быть интересна тем, кто занимается развитием городской среды как ответственный горожанин, проектировщик, предприниматель или чиновник.

Мне знакомы ещё две книги, в которых рассказывается о том, как низовые инициативы преобразует города (если вы знаете ещё какие-нибудь, сообщите в комментариях):

«Городские совместности: книга рецептов. Стратегии и идеи для создания и поддержания городских совместностей» — купить или заказать её больше нельзя, можно поискать в библиотеках, у меня есть бумажный экземпляр, могу дать почитать, в ней рассказывается о проектах самого разного уровня, там много вдохновляющего, но не всё может быть приземлено на нашу почву;
«Словарь культурного проекта» — всё в тексте вращается вокруг столицы российской провинции — Урюпинска, тут всё родное, читай-бери-делай. ПДФ книжки можно купить на сайте фонда «Четверг», как добыть бумажную версию — не знаю.

Выходных данных нет

Авторами книги указаны ~~Фонд Центр Архитектуры~~ и ~~Эдгар Бонк Студио~~. Как короток век цифровых объектов — оба сайта уже недоступны. В тексте вы ещё встретите зачёркнутые ссылки — это те, что были упомянуты в приложении к книге. Я что мог, разместил по тексту (и добавил своих, как обычно), но часть остались неприкаянными: Городская урбанистическая мастерская; музей современного искусства в Варшаве; общество «Улучшай Познань»; фонд ~~«Нормальный город Феномен»~~; фонд охраны еврейского наследия; ~~центр изучения истории и культуры маленьких городов~~, я упустил, к каким проектам они должны были относиться.

Также в приложении были ещё ссылки на муниципальные сайты Варшавы, Лодзи, Кракова — видимо, где-то там, в недрах этих порождений бюрократического разума, должна быть информация о некоторых проектах, упоминавшихся в книге, но я это проверять не стану.

Новая жизнь в названии книги несёт два смысла:

изменившийся политический ландшафт — появление после революции новых субъектов: предпринимателей, негосударственных общественных организаций;
ревитализация — изменение функций городских пространств, построек. Чаще происходит с бывшими промышленными предприятиями — как отдельными строениями, так и с комплексами — тогда обычно фасады сохраняются, а интерьеры меняются; реже — с жилыми городскими кварталами или рекреационными зонами.

Во вступлении проводится идея, будто все двадцать проектов (отобранных из сотен им подобных и не менее достойных по всей стране) запускались и успешно реализовались исключительно благодаря активности жителей. Но если внимательно посмотреть описания проектов, то будет видно, что это не так. Да, некоторые проекты продвигались снизу вверх, но некоторые — инициировались городскими властями, а местные сообщества вовлекались в работу, обсуждение. И у меня складывается впечатление, что это было организовано не так бездарно, как «соучаствующие» «проектирования», которые проходят в Иркутске.

У нас проектировщики, мэрия, депутаты не могут доверить народу даже выбрать названия для бассейна или место установки бессмысленной стелы. На этапах принятия решений всё идёт тем же путём: негласно, кулуарно что-то решается, затем неожиданно, без подготовки и широкого информационного освещения, собираются для галочки какие-то люди, которым заранее даже не выслали материалы для ознакомления, потом одно-два коротких выступления со стороны проектировщиков и дальше или людишкам дают возможность высказать хотелки в рамках уже принятых решений (например, наклеить стикеры со скамейками и велосипедами на карту), или позадавать вопросы. В таком подходе нет ни соучастия, ни проектирования.

Или другой пример: решил вот город несколько лет назад реновировать Рабочее и ревитализировать некоторые объекты на его территории. Что об этом знают жители Иркутска и самого Рабочего? Где публикуется информация о ходе работы? Где посмотреть на онлайн- и офлайн-дискуссии? Как поучаствовать в исследованиях и как вынести проектные предложения? Может быть, собираются какие-то круглые столы раз в месяц, может быть, делаются доклады жителям развиваемого района?

Опыт, описанный в книге, говорит, что проектировать общественные пространства, кварталы и районы можно и нужно, привлекая людей по-настоящему, а не для галочки. И такое возможно и в мелких городках, и в столице (Иркутск для сравнения).

Город	Основан	Тыс. жителей	S, км²
Белосток	1691	296	102
Быдгощ	1038	348	176
Бытом	1136	173	69
Варшава	1300	3100	517
Замосць	1580	66	30
Зелёна-Гура	1323	139	278
Краков	965	780	327
Лодзь	1423	683	293
Познань	1253	538	262
Тыкоцин	1425	7	29
Иркутск	1620	617	305

Ниже я кратко перескажу каждую из двадцати глав книги, в конце выложу фотографии не избранных (как обычно делаю), а всех разворотов, чтобы вы могли прочитать о проектах так, как это было написано в самой книге, посмотреть иллюстрации проектов.

Гданьская судоверфь

Важное для современной Польши место: здесь сформировался профсоюз «Солидарность», который сверг коммунистический режим в 1989 году.

Символизм этого места не спас предприятие от банкротства в 1996 году. После территорию начали застраивать. Именно застраивать, а не ревитализировать: сносили старые корпуса. В 2004 году институт искусств «Остров», основанный фондом ~~«Остров Прогресс»~~, начал движение за сохранение оставшегося культурного наследия. Он проводил общественные дискуссии, выставки, мастер-классы. Участвовали горожане, культурные деятели и сами девелоперы. Эта активность привела к тому, что в 2011 году мэрия создала Совет заинтересованных сторон молодого города — в него вошли владельцы и пользователи территорий. Этот совет следит, чтобы инвестиции шли на пользу с урбанистической, социально-культурной точки зрения. В статье не сообщается, в чём это выражается, но как пример приводится создание Европейского центра солидарности — просветительского центра и музея революции 1989 года.

Дом культуры в районе Служев, Варшава

Ещё в 70-е годы это была незастроенная территория, но потом здесь появился микрорайон «советского» типа на двадцать тысяч жителей.

В конце 80-х были уничтожены последние объекты догородского периода. Жители остались без памяти места: прошлое ни в чём не отражалось, как будто ничего до этих многоэтажек здесь не было. А дом культуры «достался» коммерсанту, который ревитализировал его как мог, лишив местных жителей площадки для проведения культурных мероприятий.

Несколько лет активисты проводили что-то во дворах. А в 1993 году муниципалитет сдал им в аренду бараки, которые остались от строительства метро. Следующие двадцать лет культурная жизнь района в них и проходила. Было наглядно показано, что потребность в таком месте есть, что побудило власти построить в десятых годах настоящий дом культуры. Проект опирался на историю места: ДК был не одним бетонно-стеклянным зданием, а комплексом невысоких построек, отсылающих к традиционным сельскохозяйственным строениям. Там есть всё, что бывает в обычных домах творчества: театральные, керамические и прочие кружки, — и кое-что специфическое: общественный огород и выгон с козами.

Деятельность общества «Разблокируй», Варшава

Во время последней мировой войны ⅔ Варшавы было уничтожено. И не все здания восстанавливали в старом стиле. Сейчас большая часть площади города застроена типовыми многоквартирными домами. Люди, живущие в таких домах, точно так же мало знают друг друга, как и у нас в стране. Марлена Хаппах (иногда встречается написание Хаппач) и Общество в пользу улучшения жилищной среды ~~«Разблокируй»~~ решили побороться с этим, чтобы объединять людей для совместной деятельности.

В книге описывается только одна акция, но мне она очень понравилась. Общество «Разблокируй» собрало архитекторов, урбанистов, социологов, построило в зелёной зоне одного ЖК макет трёхкомнатной квартиры в натуральную величину и проводило там дискуссии, кулинарные мастер-классы, а специалисты рассказывали, как лучше зонировать квартиру в имеющихся ограничениях, как озеленить балконы и приспособить их для себя (судя по фото, стеклить их запрещено по-настоящему, а не как у нас). Акция имела большой успех, и в следующем году такой же модуль собрали в другом районе.

Люди не только решали какие-то свои вопросы, связанные с оптимизацией пространства в типовых панельках, но ещё и знакомились друг с другом и решали уже сообща проблемы территории вокруг дома: убирали её, сажали вместе деревья.

Интересно, что хотя все архитекторы, даже те, которые проектируют дома, по сути своей дизайнеры, в России архитекторы-домостроители кривят рылы, если их называть дизайнерами. Потому что дизайнеры — это какой-то низкий жанр, дизайнерами могут быть только ландшафтные дизайнеры, дизайнеры интерьеров и дизайнеры ногтей. А вот архитекторы — это совсем другое дело, поэтому не надо называть дизайнерами тех, кто занимается зданиями и бровями. В Польше же все дизайнеры, кто работает с пространством, — архитекторы: архитекторы домов, архитекторы интерьера, ландшафтные архитекторы.

Деятельность фонда «12 каменный дом», Быдгощ

Быдгощ Быдгощ — Яндекс Карты

Улица Познаньская — часть федеральной трассы, и на ней не было мест для прогулок. Вдоль улицы расположены старые трёхэтажные дома, чернеющие от выхлопов. В доме 12 поселился архитектор Шимон Мушиньский и открыл на первом этаже паб с местным пивом. Место стало популярным, и Шимон среди многочисленных посетителей нашёл единомышленников.

Вместе с ними он в 2013 году организовал фонд и занялся реставрацией дома. Помещения отдали молодым художникам под мастерские или для иных целей. Кто здесь работал, не платил аренду, но часть прибыли отдавал на восстановление. В доме базировались мастерская кооператива ремесленников, ремонтирующих и продающих антикварную мебель и другие предметы быта; фотогалерея; клуб-кафе. Был и бесплатный общественный коворкинг. Со временем фонд вышел за пределы дома и начал организовывать целый ремесленный кластер для объединения предпринимателей, занимающихся проектированием, рукоделием и консалтингом.

Я не смог вспомнить аналогичного проекта в Иркутске, разве что просуществовавший несколько лет Дом А. Расскажите, если знаете подобную историю восстановления дома, в Иркутске или в России вообще, пусть даже и не объекта культурного наследия.

В 2014 году Быдгощ посетил Илья Варламов, в его фототчёте я не нашёл описываемого дома, а было бы интересно посмотреть.

Офф Пётрковска, Лодзь

На месте старинной фабрики тканей, закрытой в 1990 году, в 2011 году сделали пространство, похожее на иркутский Доренберг. Здесь проводятся концерты, ярмарки, демонстрации мод, кулинарные мастер-классы. На территории работает фермерский базар, на первых этажах — магазины с хендмейдом, бутики, кафе-клубы, галереи и рестораны. На остальных этажах — мастерские и выставочные залы.

Проект был инициативой коммерсанта, владельца территории, а не администрации или горожан. В Иркутске было так же.

Скульптурный парк в районе Брудно, Варшава

До 2009 года в этот район города никто не ездил, чтобы «провести время»: смотреть там было не на что. В 2009 году Павель Альтхамер устроил в одном из микрорайонов в зелёной зоне на 25 га скульптурный парк, в котором круглосуточно экспонировались современные работы мирового уровня. Представьте, что в Рабочем или в Ново-Ленино появятся работы Моники Сосновской, Олафура Элиассона, Риркрита Тиравании, Йенса Хаанинга, Сьюзен Филипц, Романа Станчака, Аи Вейвея.

Это не то же самое, что сквер кичёвых скульптур за зданием Русско-Азиатского банка — такой экспозиции не место в центре Иркутска. У иностранного туриста стоящие плотнячком золочёные болванчики вряд ли вызовут такой интерес, что он пойдёт смотреть на них специально, — разве что заглянет в этот зелёный дворик, проходя мимо. А вот если на обширной территории будут расставлены оригинальные работы современных художников со всего мира, это может кого-то побудить даже остаться на лишний день в городе.

Музей промышленной архитектуры «Эксплозиум», Быдгощ

В 1939 году на оккупированной территории Польши немцы построили огромную оружейную фабрику. Площадь — 23 км², множество зданий, тоннелей, сотни километров дорог и железнодорожных путей. После войны объекты были законсервированы. В 2004 году на части территории устроили технопарк, для этого — разрушали военные постройки.

Два краеведа решили сохранить память об этом месте и устроить подземный туристический маршрут. Власти одобрили идею, и через некоторое время появился первый в Польше музей промышленной архитектуры. В него вошло двадцать семь зданий, соединённых дорожками и подземными тоннелями.

Ревитализация Мельничного острова, Быдгощ

В этом проекте, в отличие от большинства других, не прослеживается влияние каких-то общественных организаций или активистов. Видимо, или девелопер сам решил создать такую территорию, или это воля городских властей. Началось с постройки на берегу реки здания банка по проекту мастерской Буланда. А затем начали меняться прилегающие участки.

На одном из островов близ центра города остались объекты культурного наследия: мельницы, амбары и склады — их сохранили, сделав точками притяжения. Реку и остров расчистили, восстановили канал, построили три мостика, три музея (археологии, денег и искусств). Появились велодорожки, амфитеатр, пристань для яхт, рестораны.

Ревитализация района Заблоце, Краков

Тоже проект без упоминания низовых инициаторов. На базе старого промышленного района появился почти Доренберг (почти — потому что здесь планировалось ещё и жильё). Территория должна была развиваться по двум направлениям: восточное — административные здания и гостиницы, западное — жильё и предприятия сферы услуг.

Ключевое место — эмалевая фабрика Оскара Шиндлера. Также здесь разместились музей современного искусства «Моцак» и центр документации искусства Тадеуша Кантора «Крикотека». Появились точки притяжения — появились туристы. Появились туристы — появились деньги. Появились деньги — появились новые инвесторы. Они не сносят исторические здания — ревитализацируют их с упором на жилую функцию, а не на торговую.

В Знаменском предместье Иркутска, вдоль берега Ангары, тоже есть промышленные территории, которые можно было бы ревитализировать с развитием жилой функции. Но у нас застройщики пока ещё не умеют так думать.

Тропа у берега Вислы, Варшава

Проект, который тоже состоялся благодаря муниципалитету, а не активистам. Этот проект имел шансы быть реализованным «официозно», но благодаря активисту, аффилированному с муниципалитетом, получилось по-человечески.

Правый берег Вислы был дик и безлюден. И наступило время, когда решили эту территорию развивать. Драйвером проекта выступил ландшафтный дизайнер Марек Пивоварский (позже он станет уполномоченным мэра по делам благоустройства прибережья Вислы). Он решил обойтись минимумом средств: устроил 8-километровую прогулочную тропу, использовав несколько тонн песка, которым посыпали поверхность дорожек, и ветвей, из которых сплели ограду, укрепляющую побережье. Ну буквально же скато-дендральный (рамусо-фекальный) метод!

Место ожило. Теперь здесь стали проводить время не только одинокие рыбаки, а ещё бегуны, велосипедисты. Стало больше людей — стало безопаснее, стало больше прогуливающихся. Появился трафик — появился бизнес. Так заросшая овражная зона за несколько лет облагородилась: появились три пляжа, летние клубы и кафе, концертные и танцевальные площадки, барбекюшные зоны, волейбольные и бадминтонные площадки, рампа для скейтбордистов.

За то время, что я исследовал городскую среду, я пришёл к выводу, что у людей существует большой запрос на «дикие», «ничейные» территории, и лучшее, что может сделать администрация, это не покрывать всё ровным слоем благоустройства из гранита и фсиновских мафов, а просто убрать весь мусор (настоящий мусор, а не то, что им считают таджикские дворники и колхозники из КГО и управляшек), организовать места для сбора нового мусора и своевременно его вывозить. Этого уже достаточно. И потом нужно смотреть, куда развивается территория, какие у неё пользователи, какие сценарии.

Эти пользователи и есть главные исследователи и проектировщики, от них и нужно отталкиваться. Что Пивоварский и сделал. Без огромных вложений, «самотёком» он создал самое популярное место отдыха в столице. Вот его кредо:

Инвестиции, стоимость которых составляет 1% всех проведённых работ, могут изменить окружающую действительность в 80% случаев.

А ещё он достоин уважения за то, что не миндальничает с захватчиками:

Пивоварский находит время для того, чтобы выслушать все мнения, при этом не боится принимать рискованные или непопулярные решения. Так было, например, тогда, когда в связи с обустройством велосипедной дорожки следовало удалить 1500 самосеек клёна ясенелистного (клёна американского).

В Иркутске подобный подход к проектированию и развитию хочется применить прямо сейчас — к прибрежной территории от Академического моста (в районе спорт-парка «Поляна») и до плотины ГЭС (ну или хотя бы до Кузьмихи, в районе Тёплых озёр) — свежая статья об этой идее на Ирсити.

Приход св. Яцека, Бытом

Как могла бы выглядеть территория у Казанской церкви, например, если бы у настоятеля был вкус. Для тех, кто не был в Иркутске, сообщу, что ночная подсветка куполов этого восстановленного храма как у шапито, во дворе — зверинец с песцом и чёрным лебедем, а также скульптуры цыганского барокко.

Ксёндз костёла св. Яцека вместе с прихожанами отремонтировал храм, затем привёл в порядок кладбище. После чего настоятель решил построить многофункциональный Дом прихожан. В нём разместился, например, музыкальный кружок для инвалидов. Проект подготовило бюро «Медуза Груп».

Реконструкция улицы Тачака, Познань

Улица Тачака небольшая, триста метров, параллельна центральной улице города.

Познань Улица Станислава Тачака, 20 — Яндекс Карты

Первые этажи — кафе и рестораны. Но тротуары были запаркованы, а проезжая часть — разбита. Это не выгодно ни городу, ни бизнесу. Поэтому владелец кафе «Тачака 20» обратился в 2012 году через соцсети с предложением о реконструкции улицы. К предложению присоединились другие рестораторы и бизнесмены, через время к ним подключились и власти. Уже в следующем году улице изменили статус, она стала жилой зоной. Ограничение скорости в 20 км/ч (без возможности превысить её вдвое, как у нас), приоритет — пешеходам и велосипедистам. На улице появились скамейки, кадки с цветами, летние веранды. А ещё через год власти и общественность организовали конкурс и реконструировали Тачака. Улица-парковка превратилась в улицу — общественное пространство.

В Иркутске же год со скрипом идёт устройство всего-то лишь парклета на Немчиновской (ныне — Киевской) (первого парклета в городе, а на дворе 2022 год, уже Урюпинск у себя поставил). А всё остальное, что описано в этой истории, — просто фантастика для наших реалий.

Ревитализация комплекса Ксенжи Млын, Лодзь

Ещё один проект ревитализации старых промышленных зданий: остатков империи Кароля Шейблера. Комплекс ценной застройки на нескольких десятках гектаров, кандидат на внесение в список Всемирного культурного наследия ЮНЕСКО. В 2003 году здесь были офисы, склады и пожарка. Со временем это стало больше похоже на Доренберг, только с уклоном в жильё. Из общественных организаций здесь базируются Центр дизайна Лодзинской академии искусств, творческие мастерские, клуб «Ксенжи Млын», Дом туриста.

Маршрут деревянной архитектуры в Тыкоцине и окрестностях

Главной достопримечательность Тыкоцина была старинная синагога. Но в городке сохранились и другие объекты деревянной архитектуры. Осталось не так много: владельцы часть домов разобрали, часть — покрыли всяким профнастилом и пластиком, чем нарушили их исторический облик.

В 2010 году общественники решили сохранить наследие. Они основали фонд Центр изучения истории и культуры маленьких городов. Они отреставрировали дом 1885 года на рыночной площади, где устроили инфоцентр.

Затем фонд создал маршрут деревянной архитектуры из тринадцати наиболее ценных зданий, выпустил путеводитель с историей домов и людей, которые в них жили. Дома превратились в музеи: в них сохранились интерьеры, утварь.

Сейчас фонд работает над тем, чтобы весь город был признан памятником истории и культуры — как наш Суздаль, например.

Модернизация синагоги в Замосци и создание Хасидского пути, Замосць и Юго-восточная Польша

В 2006 году Фонд охраны еврейского наследия инициировал проект Хасидского пути. На момент публикации книги он протянулся на 1000 км и охватывал 28 местностей. Маршрут объединяет города с синагогами, молитвенными домами, миквами и киркутами. В 2010 году фонд отреставрировал синагогу в Замосце и разместил там Информационно-туристскую службу, организовал культурный центр.

Общественная концепция ревитализации Венглувки, Белосток

Новая жизнь ещё одного военного объекта, площадью в девять гектар. Десять лет его обживают активисты и стартаперы. Здесь разместились частный музей техники, скейт-парк, клуб ныряльщиков, международный культурный центр (сотрудничает с Белоруссией и Украиной), много лет проходит фестиваль клубной музыки.

Пока комплекс работает только в тёплое время, потому что не отапливается. Но то, что место живёт, побудило власти спланировать проведение теплового луча для реализации общественной концепции «Креативное Подлясье». О том, какой должна быть эта территория, обсуждалось несколько месяцев со всеми сторонами: нынешними пользователями, белостокцами, чиновниками, экспертами, инвесторами. Жилья здесь не планировалось, планировался Доренберг со спортивным комплексом, концертным залом, мастерскими, офисными помещениями, научно-технологическим парком и ~~музеем памяти о Сибири~~.

Перестройка парка Тысячелетия, Зелёна-Гура

В 1957 году в Иркутске на месте кладбища построили ЦПКиО (сейчас Центральный городской парк находится на островах Ангары).

В шестидесятые братские социалистические поляки построили в Зелёна-Гуре на месте кладбища парк культуры и отдыха.

В 2012 году поляки подумали, что с территорией в своё время поступили неправильно и надо что-то исправить. Фонд «Салоны» вместе с местной галереей современного искусства и мэрией организовали «проект социальных консультаций». Было организовано больше десяти встреч, мастер-классов с участием экспертов и обычных жителей города: мамочек, школоты и бабок. По результатам подготовили отчёт, который лёг в концепцию реновации парка.

По мне — это самый мутный проект из описанных. Кладбище не стало кладбищем, осталось парком с развлечениями. Мне не по душе и то, что тут Олег Борисович Бадула наворочал у нас с (Иерусалимским парком). Но мне кажется, иркутский результат по духу ближе к тому, что должно быть на месте кладбища. Но только по духу. Всё остальное у Бадулы вышло плохо. У поляков же (судя по описанию в книге) получилось наоборот.

У нас никакого проектирования и соучастия не было. Разработчики просто поставили общественность перед фактом: вот мы такое планируем. Какие там пользователи есть, какие сценарии сложились — какая разница? Священники о таком не думают, потому что это не их задача, а стареньких членов Союза архитекторов про такое не учили думать. Поэтому на мои вопросы на этих «общественных слушаниях» Олег Борисович отвечать не стал, а ушёл от ответа в духе «Чего вы ко мне привязались? Мне как попы́ сказали сделать, я так и делаю».

Фёдор Т. · Общественное слушание про Мемориальный парк

Пассаж Розы, Лодзь

Ещё один проект на той же Пьотровской улице. Какая-то скукота, думаю, авторам книги стоило бы включить вместо этой истории другую. Тут никакого активизма и самоорганизации. Просто предприниматели пригласили художницу сделать декор фасадов зеркалами, та привлекла к работе жителей и студентов — и всё. Что-то подобное у нас, в Иркутске, делает керамическая студия «Ноа».

Парк отдых «Зум природы», Янов Любельски

Мэр города пообщался с жителями и понял, чего не хватает городу. Привлёк финансирование и сделал первый в Польше интерактивный научный центр, посвящённый экологии. Туристы со всей страны приезжают, так хорошо вышло.

В книжке мало фотографий, посмотрите проект на сайте бюро разработки, там интересно и всё можно рассмотреть.

Реставрация Сьёротки в Познани

Опять же это изначально проект муниципальных властей по включению отрезанной исторической части города в зону влияния современного города. Но после старта проекта к его развитию подключилась общественная организация Врата Познани. Они вместе с инвесторами создавали маркетинговую стратегию развития территории.

Оформление

Книжица выглядит странно начиная с переплёта. Обложка у неё такая, какая бывает на блокнотах, записных, телефонных книжках. Я такие никогда не делал и даже не знаю, как называется этот материал, какое нужно оборудование для работы с ним: резать, запаивать края и петли у корешка. Скреплена без шитья, только склейка. Хочется такую маленькую раскрыть посильнее, чтобы фотографии рассмотреть получше, а это опасно, книжка может и посыпаться.

Материал переплёта не очень приятный на ощупь, но и не противный: просто синтетика и синтетика. Он немаркий, обычная грязь с него стирается легко, но и на лице, и особенно на спине на моём экземпляре видно перетискивание краски с каких-то других книг или документов. Чернила прямо вошли в структуру обложки, надо попробовать спиртом оттереть.

Надпись на корешке не в русской традиции, вверх ногами

Затрудняюсь также ответить, каким способом печатали текст. Я бы делал шелкографией.

Жёлтого текста внутри много. Отпечатана книга в четыре краски, но я бы печатал в пять красок: этот жёлтый бы делал пантоном: он был бы совсем-совсем одинаковый на всех страницах и был бы более плотным. Второй ключевой цвет (алый) можно оставить цмиковым — каждый дополнительный цвет повышает стоимость производства, с алым этого можно было и не делать, он появлялся не так часто.

Бумагу подобрали подходящую: не меловку поганую, а офсетку, плотностью около 100…120 г/м². И фотки не просвечиваются, и тактильно приятно.

Текста очень мало, поэтому его верстают обычно не на всю ширину, а где-то на две трети полосы. Вёрстка в целом соответствует нормам русского языка и русской типографики, но есть несколько недочётов: метранпаж легко относится к тире в начале строчки, в одной из цитат используются ‘неправильные кавычки’ (что интересно, такие одинарные нехарактерны и для польского языка), есть пара опечаток и несколько неточностей редакторского характера.

Используется, мне кажется, одна гарнитура, в составе которой есть обычный гротеск разных насыщенностей, курсив и трафаретное начертание. Буквы в шрифте симпатичные, хотя некоторые не совсем традиционных форм (л, ц), это не бросается в глаза и может быть оправдано тем, что это про всякие низовые инициативы и там допустимы шероховатости (оттуда же и трафаретность). Вообще, я ожидал от наших восточноевропейских товарищей меньшего.

Работа с иллюстрациями очень странная. Плашки с текстом закрывают почти всё изображение, остаются только небольшие поля. Что хотел сказать автор — не понимаю.

В книжку вложен лист стикеров с персонажами, что используются на форзаце.

А ещё в книжке почему-то лежал стикер проекта «Маршрут старухи». Люблю, когда от предыдущего читателя или ещё как-то случайно в книге остаются листочки-закладки, как эта. Заинтересовался, что это за маршрут, — мне понравилось, я бы поучаствовал.

Каптал и ляссе жёлтые.

Эту книгу не продаю и читать не дам, но есть в моей букинистической лавке другие на отдачу и продажу.

☉
Форма для единоразового взноса в поддержку выпуска книжных рецензий — форма ниже (потребуется регистрация в Юмани даже для отправки с банковской карты), для ежемесячной подписки — Бусти.

🦇 Как покрасить забор

Fri, 28 Jan 2022 09:47:43 +0800

Летом 2017 года я провёл первый перформанс, связанный с городской средой. Цель его — обратить внимание на кричащие азиатские заборы в европейском городе. В результате удалось вызвать обсуждение цвета заборов и в среде профессионалов, и среди обывателей. Через несколько лет в Иркутске изменили правила благоустройства: мэрия пообещала, что оранжевых заборов больше не будет, а имеющиеся перекрасят.

Не всем понравилась идея красить заборы в чёрный — массы опять, как Вакуленко, затянули песню про мрачность и траурность. Почитайте комментарии в статье на Ирк.ру. Но опрос в конце статьи (поучаствовало 3000 человек) показал, что противников перекрашивая не больше, они просто громче, а сторонники — не такие активные и агрессивные: голоса за оранжевый и за неоранжевый распределились поровну. Однако такие сми как «Глагол», например предпочитают ссылаться на менее представительный опрос «Комсомолки», где проголосовало всего 270 человек (да ещё и со странными вариантами ответа).

О том, в как выбирать цвет краски для заборов, я напишу во второй части поста, а сначала покажу взгляд городской администрации на этот вопрос. Ну и вы также увидите, что с логикой и исполнительской дисциплиной у Сергея Евгеньевича Полозкова и его подчинённых. Под заборами я буду понимать не только те перильные пешеходные ограждения, о которых мы с Сергеем Евгеньевичем переписывались через его подчинённых, а ограждения в более широком смысле — из штакетника, сетки, бетонные, кованые, сварные и так далее, потому что разные заборы в городе бывают, но все обсуждения идут только вокруг тех, что вдоль проезжей части.

Заборы, покрашенные в хроматические цвета, не вяжутся друг с другом и с объектами рядом; заборы из заплаток разного цвета выглядят убого

Письма о сроках

Мэрия в пресс-релизах (ссылки выше) обещала перекрасить 240 км заборов до конца апреля 2019 года. Но не сделала этого — даже сейчас, в 2022 году, можно увидеть оранжевые заборы на улицах. Кроме того, мэрия не только не стала перекрашивать существующие заборы, она и после запрета продолжала ставить новые заборы запрещённого цвета.

Установка оранжевого забора в феврале 2020 года (фото прислала подписчица)

В январе 2021 года (запрет действует уже полтора года) я отправил запрос в городскую администрацию, чтобы узнать, планирует она отвечать за слова или нет. Не я тянул мэрию за язык, она сама назначила себе дедлайном по перекраске апрель 2019 года. Интересно же, на сколько процентов эта работа готова, какой новый срок завершения они себе назначили.

26328 от 11.01.2021 (027-05-00052/21)

Несколько лет назад в правилах благоустройства Иркутска определили, что цвет заборов должен быть сдержанным.

Но до сих пор на некоторых улицах города заборы оранжевые (например, в восточном конце Баррикад или несколько секций на улице Поленова, поверх которых закреплены листы оранжевого же поликарбоната). Также в соцсетях встречаются публикации депутатов, которые сообщают, что добились того, чтобы в их районе заборы остались оранжевыми.

Соответственно, у меня три вопроса, ответьте на каждый.

Действительно ли эта норма по цвету заборов необязательна к исполнению и можно договориться, чтобы в каком-то районе она не применялась?
Когда (назовите дату, достаточно месяца и года) в Иркутске уже точно оранжевых заборов не останется (начать можете с Поленова и Баррикад)?
Что должен сделать обычный иркутянин, чтобы ускорить исчезновение оранжевых заборов на какой-то улице?

405-71д-250/21 от 21.01.2021, подготовила С. Е. Шоколева

В ответ на Ваше обращение в администрацию города Иркутска сообщаю, что ежегодно в месяц санитарной очистки эксплуатирующей организацией проводятся работы по окраске металлических пешеходных ограждений в центральной части города в чёрный цвет, в остальных частях города — в цвет раскладки RAL 3009 оксид красный. В текущем году указанные работы также будут проводиться в апреле 2021 года. Дополнительно в эксплуатирующую организацию будет направлено обращение о необходимости усиленного контроля за улицами Поленова и Баррикад.

Как вы видите, это отписка — ни на один из трёх моих вопросов не ответили по существу. Это Шоколева так сделала, чтобы меня позлить, или она просто глупая и невнимательная? Контроль за улицами Поленова и Баррикад тоже не усилился, кстати.

Январь 2022 года, оранжевый забор и нежелательный же поликарбонат (тоже оранжевый) на улице Поленова так и остался

26509 от 30.01.2021 (027-05-604/21)

Я получил от вас письмо, 405-71д-250/21 от 21 января 2021, подготовленное гражданкой Шоколевой и подписанное гражданином Полозковым. В этом письме вы уходите от моих вопросов и отвечаете на какие-то другие.

Вы мне рассказываете, что каждый год красите ограждения — в центральной части города в чёрный цвет, а в остальных частях — оксидом красного. Но вот только я не спрашивал, в какие цвета в каких частях города вы красите заборы.

Вы мне пишете, что в этом году красить будете в апреле. Но я не спрашивал, в каком месяце в этом году вы будете красить заборы.

Вы пишете, что будете усиленно контролировать улицу Поленова и Баррикад, но я не об этом же просил.

Давайте начнём сначала. Я повторю три старые вопроса, на которые вы не ответили, и даже предложу вам примерный вариант ответа. Кроме того, раз уж вы вынуждаете меня писать повторно, я задам несколько дополнительных вопросов, на основании вашего ответа. У меня просьба простая: отвечайте по существу на те вопросы, которые я задаю, отвечайте на все вопросы и, желательно, в том же порядке.

Итак.

Правила благоустройства определяют цвет ограждений в городе.

Действительно ли эта норма по цвету заборов необязательна к исполнению и можно договориться, чтобы в каком-то районе она не применялась?
Примерные ответы могут быть такими: а) да, это норма обязательная, невозможна ситуация, чтобы где-то в Иркутске было иначе б) нет, это норма необязательная, потому что…

Когда (назовите дату, достаточно месяца и года) в Иркутске уже точно оранжевых заборов не останется?
Примерный вариант ответа: гарантированно оранжевых заборов в Иркутске не останется к апрелю 2048 года.
Что должен сделать обычный иркутятин, чтобы ускорить исчезновение оранжевых заборов на какой-то улице?
Примерный вариант ответа: иркутянину нужно написать обращение туда-то по такой-то форме, и тогда в течение такого-то времени цвет заборов будет приведён в соответствие с правилами благоустройства.

Новые вопросы:

В своём ответе вы пишете о какой-то «центральной части города». Скажите, чем она ограничена, какими улицами и есть ли какой-то документ, где это чётко определено (чтобы не было ситуации, что разные ведомства трактуют местонахождение этой центральной части города по-своему).

Вы пишете об усиленном контроле двух улиц. А расскажите, пожалуйста, как выглядит обычный контроль улиц города, что администрация предпринимает для выявления нарушений правил благоустройства: устраивает какие-то рейды, например? Тогда какая их периодичность, какая обычно продолжительность одного такого рейда (в часах или километрах)? Или же никакого обычного контроля не существует и вы реагируете только на обращения горожан? Вот я вчера шёл и обнаружил те же оранжевые заборы на 4-й Советской улице. Вы знали, что они там тоже неправильного цвета, вы это контролировали или упустили из сферы контроля?

20.02.2021 № 405-71-1258/21, подготовила И. А. Седунова

Перевод пяти ответов на человеческий. Полная расшифровка откроется по щелчку.

Мы уйдём от ответа, надо ли соблюдать правила благоустройства.
Мы не знаем, когда уже перекрасим все заборы, боимся и к 2048 году не поспеть.
Мы не скажем, что нужно сделать горожанину, чтобы мы обратили внимание на то, что где-то забор покрашен не по правилам благоустройства. Но! Если где-то надо поставить новый забор — пишите!
Официально нет никакой «центральной части города» — мы так называем историческую часть города (которой официально тоже нет).
У нас есть комиссия, которая следит за соблюдением правил благоустройства, но как она работает, мы вам не скажем.

Рассмотрев Ваше обращение по вопросу цветовой гаммы пешеходных ограждений на территории города Иркутска, сообщаем следующее. В соответствии со ст. 33 «Правил благоустройства территории города Иркутска», утверждённых решением Думы г. Иркутска от 25.12.2008 №004-20-560950/8 с учётом изменений от 01.7.2019 г. дорожные ограничивающие ограждения для пешеходов не допускается окрашивать в яркие цвета, находящиеся в красной, оранжевой, жёлтой, синей и зелёной цветовой палитре. Учитывая это, главным архитектором города Иркутска были предложены цвета для окраски ограждений в границах каждого административного округа. Так, на территории Правобережного округа цвет ограждений определён чёрный, на территории Октябрьского округа — антрацит, на территории Свердловского и Ленинского округов — приглушённый терракотовый. При этом, одновременная замена всех ограждений, а также их окраска не предусматривались, так как общая протяжённость всех ограждений на территории города составляет более 140 км. При этом, при установке новых ограждений, в том числе при ремонте и реконструкции дорог, учитывается цветовая гамма. При окрасе существующих ограждений, цвет также учитывается в зависимости от района расположения ограждений. На сегодняшний день указать окончательный срок замены всех ограждений оранжевого цвета не представляется возможным. Все мероприятия проводятся в рамках выделяемого финансирования на эти цели ежегодно. Ограждения устанавливаются по мере необходимости с целью обеспечения безопасности дорожного движения. Места установки определяются государственным стандартом, а также наличием очагов аварийности и потенциально опасных участков в местах движения пешеходов. Заявки от жителей на установку ограждений в администрации города Иркутска по принимаются в установленном порядке и рассматриваются на рабочей группе по безопасности дорожного движения, которая организована в департаменте дорожной деятельности и транспорта комитета городского обустройства.

Что касается вопроса о понятии «центральная часть города» поясняем. Официально границы центральной части не обозначены нормативными актами. В городе Иркутске центральной частью считается исторический центр города.

По вопросу контроля за соблюдением Правил благоустройства поясняем. В каждом округе создана административная комиссия, в которую поступают для рассмотрения все протоколы по выявленным фактам нарушения Правил и других нарушений в части благоустройства Степень административного наказания определяет комиссия. Перечень должностных лиц, уполномоченных составлять протоколы, определён в постановлении администрации города Иркутска от 2 июля 2014 года №031-06-815/14 «О перечне должностных лиц администрации города Иркутска, уполномоченных составлять протоколы об административных правонарушениях» с учётом ряда внесённых изменений. Кроме того, контрольные мероприятия и рейды осуществляются сотрудниками различных структурных подразделений администрации города Иркутска по вопросам своей деятельности как в плановом, так и внеплановом порядке и в случаях экстренного принятия решения.

Как красить заборы

Вопреки устоявшемуся мнению, прямого запрета красить заборы оранжевым, в правилах благоустройства нет. Я, когда готовил этот материал, сам удивился. Думал, что есть, потому что опирался на слова главного архитектора, на публикации в сми, поэтому и не пошёл проверять первоисточник. А там написано следующее:

33 · 2 Дорожные ограничивающие ограждения для пешеходов не допускается окрашивать в яркие цвета, находящиеся в красной, оранжевой, жёлтой, синей и зелёной цветовой палитре.

Выходит, что можно красить не яркими цветами из красной, оранжевой, жёлтой, синей и зелёной палитр, а также любыми оттенками коричневого и фиолетового, а также ахроматическими (белым, серыми и чёрным)? Но кто и как определяет, яркий это оранжевый или спокойный, благородный оранжевый? Не указано, можно ли красить секцию более чем в один цвет. Не указано, можно ли в одном непрерывном ряду секций использовать более одного цвета. Не написано, что не надо красить бетонные, оцинкованные и хромированные заборы (вот вы смеётесь, а подрядчики мэрии запросто могут покрасить гранит или, что хуже, мрамор или песчаник). И обратите также внимание, что эта формулировка вообще никак не обязывает заборы в некой «исторической части города» красить в чёрный цвет, а в остальном городе — цветом запёкшейся крови (Рал 3009).

Если бы авторы поправки по-настоящему хотели написать какое-то рабочее правило, им следовало бы указать допустимые цвета по вееру Рала. Что такое Рал — чиновники точно знают, это видно по первому их ответу.

Но у меня есть предложение лучше: разрешить всем красить все заборы, нуждающиеся в покраске (кроме оцинкованных, хромированных, бетонных, кирпичных) в любые ахроматические цвета (белый, чёрный и все оттенки серого). Такой выбор не будет требовать никаких согласований.

Это не означает, что заборы не могут быть каких-то других цветов. Если собственник забора захочет покрасить его в цвет элементов фасада или каких-то инфраструктурных объектов на улице, чтобы графически их связать, пусть согласует это решение в соответствующем комитете и красит. Можно даже сделать своего рода частно-муниципальное партнёрство: разрешить коммерческим предприятиям красить муниципальные заборы, находящиеся возле их помещения, в хроматические цвета — после согласования.

Синий и серый цвета связаны с застройкой или другими инфраструктурными объектами. И не надо их красить оксидом красного, это сделает только хуже

Выбор цвета заборов собственниками — нормальная практика и уже применялась в 2013 году, когда цвет и тип металлических ограждений, что устанавливались за счёт городского бюджета, выбирали руководители образовательных учреждений.

В этом есть здравое зерно: забор не существует сам по себе, он связан с другими объектами, находящимися рядом: с фасадами домов, с урнами, фонарями, установленными мафами. Поэтому нужно задумываться о том, чтобы получалось нечто цельное. Вот пусть над внешним видом этого ансамбля задумывается тот, чьё здание находится рядом. А пока если никто не задумывается — то надо всё красить в любые нейтральные тона: чёрный, серые, белый.

Если вдруг здесь будут устанавливать ограждения, то их надо будет красить коричневым, в цвет фонарей и рам павильонов, но не в чёрный

О том, что отдельные элементы не должны вываливаться из общего стиля, уже написано в тех же самых правилах благоустройства:

26 · 1 Ограждения на фасадах здания должны быть выполнены в едином стиле. Цвет и материал решёток и ограждений должны соответствовать архитектурно-стилистическому облику фасадов здания.

Вот нужно то же самое правило спустить с небес на землю и применять не только для фасадов, но и для улиц.

Впрочем, над практикой применения этого правила на самих фасадах тоже надо поработать

Из второго ответа мэрии мы узнали, что предполагалось определить свой цвет забора для каждого административного округа: Правобережному — чёрный, Октябрьскому — антрацит (вероятно, Рал 7016), Свердловскому и Ленинскому — приглушённый терракотовый (нет такого названия в палитре Рала). Эта идея совершенно надуманная. Административное деление ткани города существует только в головах у чиновниках и на бумаге. Обычные люди такими понятиями не оперируют. Обычным людям всё равно, что левая сторона улицы относится к одному району, а правая — к другому. Важно, чтобы выглядело цельно, естественно, аккуратно. Но ещё ничего, если заборы покрашены в разные цвета на разных сторонах улицы. Гораздо хуже, если смена цвета происходит на примыкающих секциях.

Июль 2018, апрель 2019, май 2021

Видимо, прямо напротив Торгового комплекса и проходит шоколевская граница «исторического центра» Иркутска. Цвета меняются год от года — маркировка сохраняется неукоснительно. Но если там эту нелепицу как-то можно объяснить, то что символизируют оранжевые секции с четырёх сторон Острожного моста, почему они не чёрные? Вообще все случаи, когда забор покрашен не целиком, а фрагментами, выглядит неаккуратно. Нестрашно, если у примыкающих секций разная форма: если дополнительно это не подчёркивать цветом, то оно и не так заметно будет.

Мне кажется, что по умолчанию секции заборов следует окрашивать в один цвет. Человеку с неразвитым или испорченным вкусом выбрать один цвет, гармонирующий с окружающим пространством, проще, чем два, которые к тому же должны сочетаться друг с другом.

При этом я не против того, чтобы отдельные элементы забора были окрашены в разные цвета. В примере ниже это выглядит даже гармонично: возле конторы какого-то садоводства детская площадка, элементы которой перекликаются со штакетинами. Штакетины покрашены не массивом (секция в один цвет, секция — в другой), а через одну — так весь забор, целиком, становится однородным — пёстрым. А то, что краски уже выцвели, только объединяет элементы.

Забор, сплошняком покрашенный охристым или белым, смотрелся бы лучше

Совсем не так выглядят заборы, которыми осчастливил город депутат Дмитрий Владимирович Ващук, член комиссии по вопросам градостроительства, архитектуры и дизайна, а также комиссии по ЖКХ и благоустройству. А вы говорите, дизайнеров в Иркутске нет.

Посмотреть эту публикацию в Instagram

Публикация от Дмитрий Ващук (@dmitryvashuk_3)

Дмитрий Владимирович маскирует проблемы благоустройства обилием краски: посмотрите его Инстаграм, во дворах его участка покрашено вообще всё: природный камень, бордюры, деревья, покрышки. А в какие цвета! Кстати, эти пошлые разноцветные секции забора, мне кажется, он где-то массово производит, а потом привозит на место и ставит как попало: на видео заметно, что депутатские заборчики по размерам не совпадают с огораживаемой территории, остаётся полметра-метр снаружи. Задавать вопросы о том, почему всё так, почему используются запрещённые в благоустройстве старые шины, Ващуку бесполезно. Но он не игнорирует эти вопросы, не подумайте плохо, он их удаляет.

Предложения

Я знаю, что Иркутское региональное отделение фонда развития городов «Городские проекты» Ильи Варламова и Максима Каца собирает предложения по изменению правил благоустройства Иркутска. Поддержите моё предложение и подумайте, что ещё следует изменить (не относительно заборов, а вообще), присылайте идеи в комментариях. Суть моих предложений такая (я по-простому, не на юридическом):

Правила окраски заборов распространить на все их типы: строительные, декоративные, пешеходные перильные ограждения и так далее. Менее жёсткими сделать их для заборов в частном секторе.
По умолчанию все заборы красить ахроматическими цветами, на всей территории города, без тупого деления на районы.
По умолчанию все элементы забора окрашивать в один цвет.
Если собственник забора захочет покрасить его в хроматический цвет (или установить новый, уже окрашенный забор) — то он сперва бесплатно согласовывает цвет с администрацией. Если собственник забора хочет использовать несколько цветов — пожалуйста, по бесплатному согласованию схемы покраски.
Муниципальный забор может быть окрашен физическим или юридическим лицом в другой цвет по согласованию с муниципалитетом. Это лицо берёт на себя обязательства по подновлению краски, а мэрия — обязуется не перекрашивать этот забор в апреле своими таджиками.
Примыкающие друг к другу секции забора могут отличаться по рисунку или по типу материалов, но должны быть выкрашены в один цвет. Для частного сектора — заборы разных собственников могут отличаться по цвету (даже если стоят сплошным рядом), но каждый должен быть выполнен полностью из одного материала (а не из кусков чего попало).

Профнастил на последней фотографии оставил умышленно — сравните пусть и неровное ограждение, но одного тона и из одного материала, сравните с ситуацией в карусельках выше, когда лист профнастила цветным пятном закрывает дырки

Ещё думаю, что должны появиться когда-нибудь и своего рода паспорта улиц, по аналогии с паспортами фасада, которые определят и рекомендованные для посадки растения (с учётом типа застройки, уровня загрязнения почвы и воздуха), и цвета инфраструктурных объектов. Такие паспорта нужны будут в первую очередь самой мэрии. На первой фотографии — зелёный цвет, которым подрядчики городской администрации покрасили деревянные заборы на нескольких центральных улицах города (на фото — Ланинская). Мне кажется, что та такой площади покраски и в таком окружении этот цвет выглядит не по-столичному. Даже если использовать другой зелёный, в тон профнастилу, которым забили окна, всё равно выходит недостаточно хорошо. Лучше будут смотреться какие-то оттенки коричневого или же светло-серый, белый.

А кто скучает по оранжевым псевдобурятским заборам — ещё продаются сувенирные секции

☉

Пока подписок на Бусти достаточно для выпуска одного подобного материала в месяц. Присоединяйтесь к донорам и сможете ускорить выход новых постов и влиять на тематику (тарифы от «Перекати-поле» и выше). Также можете оставить разовую благодарность через форму ниже (это не требует регистрации). И подписывайтесь на канал в Телеграме — там анонсы новых публикаций и прочая.

💀 Мой Иркутск

Sun, 02 Jan 2022 19:33:28 +0800

Жена всегда помогает мне с редактурой, в этом посте я предложил ей добавить что-нибудь от себя.

Иркутск — один из лучших городов, в которых я бывал, и лучший из тех, в которых жил. Жил я по году в Воронеже и Новосибирске, два года в Рязани, девять лет в Москве (несколько раз от двух недель до года жил в ближайших замкадьях: в Апрелевке, Внукове, Жулебине и Люберцах, но это всё Москва, разве что полгода в Зеленограде можно вынести в отдельный населённый пункт).

Кратко охарактеризую четыре города, в которых жил (в хронологическом порядке)

Рязань — уютная, хотя и нет реки. Жалко её: слишком близкая Москва выпылесошивает пассионариев. В городе тридцать лет снижался процент тех, у кого высокие требования к среде. Поэтому сейчас Рязань ориентируется на людей попроще. Один из признаков — поджог и снос ценной малоэтажной застройки в историческом центре и лидерство в строительстве многоэтажных домов (в рейтинге 20-этажек и выше — на двенадцатом месте, из 1117 городов). Эта деградация среды ещё больше способствует выпихиванию людей в Москву.

Как сильно преобразилась и похорошела Москва при Сергейсемёныче! Если бы там всё это началось до нашего с женой решения о переезде, может, и не переехали бы никуда. Но может, и уехали бы: город очень большой, шумный, суетливый. При этом разнообразный — я со своим любопытством и широким кругом знакомых посмотрел самые разные районы и не понимаю тех, кто говорил, что столица некрасивая или скучная. Ну надо как-то из метро выходить иногда и на улице от смартфона отрываться.

Да сто процентов бы уехали. Слишком огромный для нас город, и что толку от её похорошевшести, если живёшь на выселках и сто часов тратишь на дорогу? Вот приезжать туристом раз в пять лет — ок, я за. А жить в Мск на съёмной квартире, когда есть какие-то другие варианты, — уж увольте. За те 3 с лишним года, что я провела в Мск, она не стала для меня более дружелюбной или хотя бы менее нервной.

Никому не пожелаю жить в Новосибирске. Можно вывести миллионник из деревни, но нельзя вывести деревню из миллионника. Зачем планировать, где какие дома ставить, если можно строить где попало и как попало. Зачем зимой снег чистить на тротуарах — люди протопчут дорожку, и пусть ходят, всё равно растает.

Воронеж нам с женой понравился, когда мы там побывали в первый раз вместе, решили переехать. Там относительно мягкий климат, в городе есть набережная, город рельефный, в центре интересная архитектура. Город не мегаполисный, но и не мелкий, нормальная транспортная связь с другими городами (внутри города, правда, не очень, после убийства трамвая).

Когда мы жили в Воронеже, в нём начиналось много всяких движух: и дизайн-код принимали (так и не заработал по-нормальному), и городские сми появлялись (уже закрылось), и культурную революцию Эдуард Бояков делал (не доделал), велодвижение велодвигалось. Через несколько лет после переезда в Иркутск я снова побывал в Воронеже и удивился, как там многое поникло. Надеюсь, это временное явление и кто-то сделает Воронеж снова великим. А пока и из него пассионарии валят.

Неудивительно, что валят, раз несчастный Воронеж то и дело угрожают бомбить все кому не лень :(

Где был, что видел

Я не был в настоящем зарубежье, только в границах Империи, но побывал в большом количестве городов, посёлков и сёл. Весной у нас с женой в планах открыть для себя Урал (Екатеринбург и, возможно, Пермь, Челябинск).

Было много поселений, которые мне понравились, но это было такое очарование туриста — думаю, что жить в таких местах совсем иначе. Хорош единственный европейский город страны — Санкт-Петербург, хорош Киев. Очень понравились маленькие русские города Великий Новгород, Владимир, Коломна (была кандидатом на переезд), Подольск, Суздаль. Но Иркутск — это прямо любовь.

Иркутск

Солнце

В Иркутске очень солнечно. Я не понимал, насколько пасмурна Москва, пока жил там (шестой город в рейтинге пасмурности, сразу за Санкт-Петербургом). Жена же чахла: ей было с чем сравнить. В Воронеже, кстати, тоже много солнца, но наш образ жизни в тот год не позволил это оценить в полной мере.

Да не много там солнца. Такие же хмурые зимы, как в Москве, только в тот год, что мы там жили, ещё и снега не было ни фига. Я как-то, ещё живя в Москве, нашла и сравнила количество часов солнечного сияния в год в разных городах. Так вот, в Иркутске это 2100. В Питере, Москве и Воронеже — 1600, 1700 и 1800 соответственно (приблизительно, точные цифры сейчас не могу найти). При этом в Иркутске эти часы более-менее равномерно размазаны по всему году, поэтому зимой жить можно, а в Мск как в ноябре солнце выключают, так до марта и не показывают. В Врн такая же история.

Когда я переехал в Сибирь, удивился, что здесь всё время солнечно. Неудивительно, что здесь построили солнечную обсерваторию. Солнца так много, что лыжники зимой по льду Байкала могут ездить голыми — сверху припекает, а ещё снизу отражается.

Над Байкалом-то ж вообще своя атмосфера :) потому обсерватория именно там.

Климат

Хотя Иркутск находится на широте Воронежа и Лондона, у нас бывает холодно. Но слухи о том, что зимы долгие и морозные, сильно преувеличены (мне кажется, что москвичи их умышленно распускают). Если смотреть на сухие цифры, то мы на шестнадцатом месте из двадцати пяти самых крупных городов страны (на первом — Воронеж с самыми тёплыми зимами). Но наши среднезимние —15° ощущаются легче по сравнению с аналогичной температурой в Западном Зауралье.

Сейчас как-то мяхче зимы стали, мне кажется. В девяностых и в начале двухтысячных крещенские морозы дольше держались и зима как-то дольше длилась. Хотя и тогда, и сейчас запросто в апреле или в мае посреди совершенно весенней погоды может внезапно повалить снег. Не каждый год такое случается, конечно. Но как по мне, это только пикантности добавляет.

Зима у нас не девять месяцев, а три. Жители Иркутска имеют роскошь четырёх времён года, совпадающих с календарными. Есть снежная зима с декабря по февраль. В марте начинает сходить снег, в апреле уже сухо, а в мае — зелено. Потом у нас три месяца настоящего тёплого лета, со знойным июлем. И потом три месяца медленной осени.

Википедия про климат Иркутска

Эта цикличность делает жизнь интереснее. Возможно, кому-то нравится полгода слякоти со снегом, а потом — полгода пасмурного неба без снега, но мне уже есть с чем сравнивать.

Но наш резкоконтинентальный климат не без недостатков. Их два: очень большие перепады температуры в течение дня. До сих пор не могу к этому привыкнуть. Но так как мне редко когда нужно ходить по улице целый день, то терпимо. Второй недостаток — из-за близости Байкала у Иркутского района особенный микроклимат, отдельная зона, которая мешает выращивать некоторые породы деревьев, кустарников и многолетников. Ну это моё горе, большинство садоводством не занимается.

Да-а-а, перепады температуры в течение суток — это тако-о-о-ое. Меня в Воронеже очень удивило, что летом ночью или в 6 утра можно спокойно обойтись без рубашки и тем более без кофты. У нас в Иркутске такое не прокатит. Особенно на Байкале. Шапочка даже летом лишней не будет, если охота коротать ночь у костра :)

Рельеф

В городе много рек, есть набережные разного типа — благоустроенные, околхоженные и дикие. Основных рек три — Ангара (зимой не замерзает, а красиво парит), Иркут и Ушаковка (у нас с женой и дом, и дача на ней). Есть ещё мелкие речки-ручьи. Любой город с живой водой становится лучше.

Раз есть реки, есть и перепад высот. У нас он значительный: город гористый. Это красиво и опять же интересно. Виктор Дольник в своей главной книге говорит, что река и холмы — естественная среда для человека и надо селиться в такой местности.

Ландшафт

На машине, электричке или даже велосипеде можно за полдня уехать до тайги, степи, в луга, в болота, в горы. И конечно, до моря. Очень разного на разных участках моря.

Архитектура

Об архитектуре Иркутска я расскажу подробнее — в рецензиях на книги Мееровича, о Павлове и некоторых других (скорость появления этих рецензий зависит от количества подписчиков на Бусти и их предпочтений).

Представлены самые разные разные стили: классицизм, сибирское барокко, арт-нуво, немного конструктивизма и прилично пост-конструктивизма, сталинский ампир, крепкая школа брутализма. Здесь сохранилась квартальная историческая деревянная застройка — редкое явление для России. Что-то из этого останется, но многое будет сожжено и снесено в период с 2022 до 2030 года.

Потому что наш губернатор, Игорь Иванович Кобзев, не наш. Дело не в том, что мы его не выбирали или выбирали как-то не так, он воронежский. Воронеж — город хотя и старый, но во время очередной Мировой войны 95 % зданий было уничтожено. Поэтому у воронежцев нет понимания, что такое малоэтажная деревянная застройка, зачем она в современном городе. Это хорошо иллюстрируется Галереей Чижова — торговым комплексом в центре города.

Уникальное совмещение архитектурных стилей в Воронеже pic.twitter.com/uywwuCwDZs

— Ilya Varlamov (@varlamov) 29 апреля 2018 г.

Игорь Иванович не видит ценности в истории. Поэтому приказал «провести экспертизу» шести сотням объектов культурного наследия за год (две экспертизы в день, без выходных). Так много, мол, Иркутску не надо. Кобзев как Промокашка в «Месте встречи…». Обычный силовик из города жлобов, в архитектуре, истории, культуре не разбирается. Для него это просто старые кирпичи, камни и брёвна. И персонаж сериала не мог оценить Шопена — для него это «беспорядочный» набор звуков. Не мог оценить, потому что не мог понять.

Не ума не хватает Промокашке, а культуры.

О первой партии обречённых домов и стен посмотрите отдельный большой материал Вадима Палько, со множеством фотографий и комментариями. Если не хотите читать и листать, а хотите смотреть и слушать, вот вам видео по теме (это не пересказ поста, на который ссылаюсь выше, а самостоятельная вещь):

Главный редактор Ирсити Зоя Кузнецова и её заместитель Ксения Власова обсуждают «„оптимизацию“ списка объектов культурного наследия» им. Кобзева

Трамвай

У нас в городе базируется английская ГЭС, отсюда самое дешёвое электричество в мире. Поэтому Иркутск стал столицей майнинга. И это дешёвое электричество, видимо, одна из причин, по которой у нас ещё жив электротранспорт: и трамваи, и троллейбусы. Состояние вагонов плохое, пути не капиталят, но хотя бы не банкротят предприятия, как это сделали в Воронеже. Потихоньку что-то даже развивается. В этом году запустили пригородный полуавтономный троллейбусный маршрут 777, в предыдущем — проложили сеть через новый мост и запустили маршрут троллейбуса 5. В планах — связать самый дальний район города троллейбусным сообщением (сейчас туда ездят только автобусы, преимущественно малого класса).

Самость

Иркутск оторван от других городов. При советской власти поездом долго, самолётом — дорого и вариантов беспересадочных рейсов мало (при СССР рейсов было больше, о крахе гражданской авиации писал в рецензии на Ричарда Баха). Поэтому до нас всё доходит с запозданием на несколько лет.

Но, с другой стороны, эта оторванность сделала жителей более самостоятельными (что отмечали ещё авторы позапрошлого века). И мы сами себя развлекаем. Например, снимаем кино. Ну правда, я ничего не знаю о воронежском, новосибирском или рязанском кинематографах. С прошлого века у нас проходит единственное ежегодное международное архитектурное событие — Зимний градостроительный университет. У нас проходит ежегодный городской карнавал. Да у нас даже своя Википедия есть — Иркипедия. Фестивалей всякого искусства у нас как грязи. Музеев и галерей за пятьдесят (вот на прошлой неделе ещё один центр современного искусства открылся — «Огонь»). То же самое и со всякими видами активного отдыха — и летнего, и зимнего (например, буера).

Мы — как государство в государстве, у нас всё есть. И ещё нефть.

Самость проявляется хотя бы даже во флаге — он у нас не прямоугольный, а пятиугольный. Или в гербе — на нём бабр.

Компактность

Город не очень маленький, но и не слишком большой. Мне повезло, я живу на границе большого центра и до суперцентра могу дойти за полчаса.

Скриншотики с сервиса Трансметрика (изохроны для велосипеда в Иркутске пока считаются некорректно, пешеходные я проверял, им можно верить)

Но компактность важна не только пространственная. Этот город ощутимый, понятный, его можно уложить в голове целиком, в отличие от Москвы. И тут есть возможность влиять на происходящее. Я думаю, что лучше быть собой в Иркутске, чем патрицием в столице.

Вывод

Как официальный амбассадор Иркутска в Твиттере, приглашаю вас переехать и быть счастливыми. Работать можно откуда угодно. Жена восемь лет работает с Рязанью.

Ну, вообще-то с Рязанью уже без малого 10 лет работаю. Сперва из Люберец, потом из Воронежа, а из Иркутска оказалось удобнее всего. На удивление.

Вот если кому экономика нужна, тут Александр Леонидович посчитал немного в Фейсбуке (если вам не виден текст ниже, как и фото из твиттера выше, это надо ВПН включить).

В посте я использовал иллюстрации из собственной медиатеки, но там не все снимки мои. Поэтому если вдруг увидите свой и захотите, чтобы я подписал ваше авторство или убрал изображение с сайта, дайте знать.

☉

Подписывайтесь на ежемесячную автоматическую поддержку редакции — сможете влиять на темы и скорость выхода новых публикаций. И подписывайтесь на канал в Телеграме — там анонсы новых материалов и прочее.

Кнопка для выражения благодарности

🧠 Цветной бетон

Sun, 03 Oct 2021 15:31:08 +0800

Я снова пришёл отнять у людей радость — побороться за бордюры того цвета, которого их создала фабрика.

Бордюры могут быть цветными (однотонными или с орнаментом):

Если они изначально цветные.
Если это элемент разметки (на дорогах и улицах, не во дворах).
Если бордюр покрасил собственник за свои деньги по доброй воле.

Бордюры не надо красить, если они из натурального камня, и в любом случае следует ограничиться одним цветом.

Оригинал, побелка, побелка через неделю, как в армии, «Приоритет», простые цвета

Каждую весну начинается покраска бордюров извёсткой. По мнению советских людей, это помогает городу выглядеть опрятнее: белый — цвет чистоты, праздника. Хорошо белые бордюры выглядят рядом с белыми стволами деревьев. Целых несколько дней. Потому что белый — маркий. Он быстро покрывается потёками — и перестаёт выглядеть аккуратно, нести с собой чистоту и праздник. Но советских людей это нисколько не беспокоит, пусть весь год грязь и разруха будут ещё заметнее, но уж на пару деньков всё станет торжественно. Извёстка покроет пыль, грязь, сколы, трещины и торчащую арматуру и даст сил прожить ещё один год в ущербной среде.

Ничего, что мусор на газоне, зато опрятный беззубый ряд бетонных блоков

Извёстка не только быстро пачкается, она ещё и нестойкая. Поэтому некоторые используют вместо неё краски. Реже белые, потому что чего уже стесняться, раз это не побелка, можно что-то поинтереснее. И люди, теряя самообладание, не ограничиваются одним цветом, берут два, а то и три.

Я раньше не обращал внимания на этот ЖКХ-арт, а если и замечал, то не принимал близко к сердцу. Но однажды утром в мою жизнь проникла выедающая глаза покраска бордюров чересполосицей. Выхожу я как-то на балкон в халате — посмотреть, как там колосятся мои злаковые на газоне, но вижу то, чего не ожидал. И после этого я уже не мог не замечать эти колхозные попытки облагородить среду краской. Это как научиться видеть плохой кернинг — и всё, жизнь испорчена навсегда.

Нейтральный серый бордюр до того не привлекал внимания, не оттягивал его от стволов деревьев, клумбы, скамейки. Всё было сдержанно, а стало по-клоунски. Ярость и бешенство заполнили меня до макушки: я тут корячусь, что-то сажаю, полю, поливаю, а появляется дворник с двумя вёдрами краски и всё уродует. Пошёл пообщаться с директрисой нашей управляющей компании (у нас это «Приоритет»). Она мне дала понять, что я не разбираюсь, ведь это сделано для красоты, чтобы жизнь была ярче (наверное, с Вакуленко они бы создали крепкий союз). Ну и чтобы я не беспокоился, добавила, что наши деньги на это не тратили.

Я колеровал и купил краску, вернул естественный цвет бордюру у своей половины дома (о чём писал ранее).

Спустя два года

С новой оптикой я начал обращать внимание на покрашенные бордюры. Оказалось, что это общая практика: все управляшки делют это. А мои агенты сообщают, что делается это по неформальным просьбам из управлений административных округов, «для благоустройства». Чтобы прояснить официальную позицию мэрии, спросил её об этом напрямую.

26340 от 11.01.2021

В Иркутске некоторые организации (чаще силовые) и некоторые управляющие компании красят бордюры в разные цвета. Чаще всего — чередуя цвет бордюрных камней.

Ответьте на несколько вопросов.

Нарушает ли это какие-то правила благоустройства или другие нормативы?
Если нарушает, то какие действия вы предпримете, чтобы цвет бетона снова стал нейтральным, незаметным?
Если это не нарушает никаких нормативов, то дайте оценку такой окраске, считаете вы её уместной или неприемлемой.
Если вы считаете окрашивание бордюрного камня неприемлемым, то какие действия вы предпринимаете для того, чтобы этого самоуправства в городе было меньше?

405-71д-371/21 от 25.01.2021

Ответ за подписью Марины Алексеевны Шевелы подготовил А. П. Попов. В нём он сообщает следующее:

(Полный ответ с авторской орфографией и пунктуацией откроется по щелчку, но не открывайте, там много текста.)

Для начала — определение бордюра из словаря (за всё время переписки с мэрией впервые с таким сталкиваюсь).
По правилам благоустройства при организации дорожного движения пользуемся устаревшим гостом.
Дорожная разметка нужна для ориентирования, это средство организации движения.
Разметка на бордюрах относится к вертикальной.
Вертикальная разметка может быть белой, жёлтой или чёрной, можно чередовать цвета.
Гостовская разметка правил благоустройства не нарушает.
Что делают с городом siloviki и управляющие компании — нам всё равно.

В ответ на Ваше обращение от 11 января 2021 года (вх. № 027-05-27/21) по вопросу окраски бордюрных камней Комитет городского обустройства администрации города Иркутска сообщает следующее

В соответствии со «Словарём основных терминов, необходимых при проектировании, строительстве и эксплуатации автомобильных дорог» (Издательство «ВЫСШАЯ ШКОЛА» Москва 1967г.) Бордюр — ряд вертикально установленных бетонных или каменных плит (камней), служащих для отделения проезжей части и тротуаров друг от друга или от обочин или от зеленых насаждений.

В соответствии с решением Думы города Иркутска от 25 декабря 2008 года «О Правилах благоустройства территории города Иркутска», в части организации дорожного движения, правил применения дорожных знаков, разметки, светофоров, дорожных ограждений и направляющих устройств, применяется ГОСТ Р 52289-2004 (далее — ГОСТ).

В соответствии с п.3.8 ГОСТ, разметка дорожная (далее — разметка): линии, надписи и другие обозначения на проезжей части автомобильной дороги, искусственных сооружениях и элементах обустройства дорог, служащие средством зрительного ориентирования участников дорожного движения или информирующие их об ограничениях и режимах движения. Примечание — дорожная разметка является одним из видов технических средств организации дорожного движения.

В соответствии с п.6.3.1 ГОСТ, линии и обозначения, наносимые на пролетные строения и опоры мостовых сооружений, торцевые поверхности порталов тоннелей, ограждения, парапеты, бордюры и другие элементы оборудования дорог для улучшения их видимости участниками дорожного движения являются вертикальной разметкой.

Разметка дорог устанавливает режимы, порядок движения, является средством визуального ориентирования участников дорожного движения и может применяться как самостоятельно, так и в сочетании с другими техническими средствами организации дорожного движения. В зависимости от требований и условий применения, цвет разметки может быть белым, жёлтым, чёрным. Возможно чередование цветов разметки в соответствии с таблицами и приложениями к ГОСТ.

Разметка, нанесенная в соответствии с ГОСТ, Правил благоустройства территории города Иркутска не нарушает.

Функцией оценочной действий силовых организаций и управляющих компаний Комитет городского обустройства администрации города Иркутска не наделен.

Если надо что-то объяснить, то гражданин Попов такой же бесполезный, как Александр Осинцев, — точно так же отвечает не по существу. Ладно он сослался на уже год как недействующий гост (у того есть правопреемник — редакция 2019 года), так очевидно же, что я спрашивал о разного рода дворовых территориях, которыми и заведуют управляющие компании, о тротуарах возле учреждений, а не про улицы и дороги, которые находятся в ведении города. Упоминавшийся гост применяется не во дворах, он на них вообще не распространяется:

Настоящий стандарт устанавливает правила применения технических средств организации дорожного движения: дорожных знаков, дорожной разметки, дорожных светофоров, а также боковых дорожных ограждений и направляющих устройств на автомобильных дорогах общего пользования, улицах и дорогах городов и сельских поселений (далее, кроме раздела 8, — дорогах).

Но этот гост действительно рассказывает, в каких случаях и как красят бордюры:

6.3.10 Разметку 2.7 наносят на боковые поверхности бордюрного камня, выделяющего над проезжей частью разделительные полосы, направляющие островки, островки безопасности, бордюрного камня у препятствий, расположенных на расстоянии менее 1 м от проезжей части, на кривых в плане с радиусом менее 50 м, в местах сужения дороги, выездов на набережные и на других опасных участках, а также на протяжении посадочных площадок маршрутных транспортных средств.

Размеры элементов разметки 2.7 чёрного и белого цветов следует принимать: для бордюрного камня, выделяющего направляющие островки и островки безопасности 0,2 м и 0,4 м соответственно, иные препятствия — 0,5 м и 1,0 м (1,0 м и 2,0 м).

Пример вертикальной разметки по госту. Обособление трамвая на этом участке, к слову, нужно, но достаточно было обычного бордюрного камня, а не этих громадин в междупутье

Если бы кто-то всерьёз начал выполнять требование пункта 6.3.10, то у нас все города были бы чёрно-белыми, ведь вдоль проезжей части постоянно встречаются препятствия, находящиеся на расстоянии метра от проезжей части (деревья, опоры освещения, знаки, заборы), и остановки общественного транспорта. Хорошо, что в том же госте есть пункт, который говорит, что бордюр можно и не красить:

6.2.4 <...> Допускается наносить разметку 1.2 на участках дорог вдоль бордюрного камня на расстоянии от него от 0,1 до 0,2 м при отсутствии на нём разметки 2.7.

То есть если вдоль бордюра нанесена горизонтальная линия, показывающая край проезжей части, то красить бордюр не нужно. Что бы Попов из мэрии на этот счёт ни думал.

Вообще, как видно по сложившейся практике, вертикальная разметка (к ней относится покраска бордюров) необязательна. Вот пример непоследовательного её использования: на одной и той же улице соседние фермы ЛЭП огорожены отбойниками, но чёрным и белым покрашен только один из них.

Иркутск, Кузнецкая улица (ныне — Уткина), 2021

Также мой личный опыт показывает, что даже покрашенные бордюры не помогают водителям ориентироваться. Хотя мне кажется, что если человек едет по двору (где невозможны большие скорости) и не видит границ тротуара, то ему нужно отнести права туда же, где он их покупал.

За рулём мудак или инвалид по зрению?

Столичный опыт

Не один я интересуюсь, почему бордюры красят. Ещё в 2012 году Эркен Кагаров, арт-директор Студии Артемия Лебедева, написал запрос, подобный моему, в свою управу в Москве:

В нашем районе бетонные бордюры тротуаров и дорог красят в зелёный цвет или зелёный, чередующийся с жёлтым. В связи с этим прошу ответить на несколько вопросов.

С какой целью это делается.

Какой документ регламентирует обоснованность самой покраски и выбор цветов, прошу указать его полное название и процитировать нужный пункт.

Какая сумма потрачена на покраску бордюров (материал и работа) в текущем году в Савёловском районе.

Есть ли примеры аналогичной окраски во дворах в зарубежных странах, прошу указать, в каких, желательно с указанием источника информации.

Примерно так мог бы выглядеть и Кремль, если бы их вовремя не остановили

Ответ главы московской управы и лучше по стилю, и более по существу, чем ответ иркутской администрации, но всё равно не закрывает вопрос, а порождает новые:

Окраска бетонных бордюров тротуаров и дорог на территории Савеловского района является одним из самых эффективных способов защиты бетонных конструкций. Данная процедура является необходимой для защиты объектов, эксплуатирующихся на открытом воздухе.

Лакокрасочные материалы изолируют поверхность бетонных конструкций от попадания влаги и агрессивных компонентов, тем самым предупреждая и существенно замедляя процесс коррозии арматуры и разрушение защитного слоя бетона, а также повышают его морозостойкость.

Тем самым, эта простая процедура, способствует увеличению срока эксплуатации бетонных бордюров и, следовательно, снижает дополнительные расходы на их частую замену, что по своим затратам намного выше, чем приобретение лакокрасочной продукции. Обращаем Ваше внимание, что данная процедура проводится подрядными организациями района на безвозмездной основе.

Выбор цветовой гаммы не регламентируется конкретным нормативным актом.

Как видите, здесь не стали ссылаться на гост, который не относится ко дворам, а попытались найти какое-то рациональное объяснение этому действию: якобы так защищается бетон. Почему при этом не используются другие способы — можно же использовать вместо херового бетона натуральный камень, другие сорта бетона или другие технологии — непонятно. Да, цена закупки может быть выше, но нужно оценивать весь цикл эксплуатации. Ведь если есть задача создать какой-то защитный слой, то покраску нужно периодически подновлять, это тоже деньги.

В Москве история разрешилась хорошо. Управы получили много критики, в том числе от Москомархитектуры, и бордюры перестали красить.

Фотографии московских бордюров из моей медиатеки московского периода

Мировой опыт

За границей бордюры тоже красят, но я не знаю, когда бы это делали в цивилизованных странах «для красоты», как наши управляющие компании. Специальный корреспондент в Хайфе (Израиль) сообщает о системе кодификации вертикальной разметки:

Бело-голубая разметка — парковка платная по времени; жёлто-красная (остановки общественного транспорта) и бело-красная — парковаться нельзя; серая — бесплатно в любое время, если нет иных знаков.

Эти три — глобально по всей стране. Локально по городам иногда бывают ещё местные дополнения, например, на оживлённых улицах в Хайфе есть оранжево-синяя разметка возле магазинов — клиентам можно там парковаться бесплатно, но ограниченное время, минут 15-20.

Все эти штуки оплачиваются одним кликом через два очень удобных приложения для смартфонов. Для местных жителей есть особая регистрируемая отметка, которая позволяет бесплатно парковаться на всех бело-синих отметках в определённом радиусе возле дома. Каждый год эту отметку надо продлевать.

Я много поездил в гуглопанорамах по Хайфе, и моё мнение — покрашенных бордюров слишком много, наверняка можно было тот же результат получить, уменьшив количество краски, как это делают в других городах. Может быть, я не знаю каких-то важных местных особенностей, но выглядит это очень пёстро и казённо.

Оранжево-синюю разметку найти не удалось

Мои соображения

Определение бордюра, которое мне прислал Попов, хорошее, но в разрезе обсуждения цвета бордюров оно нам не помощник. Лучше обратиться к чему-то другому — знакомому, со схожей функцией. Мы с женой обсуждали этот вопрос, и она подсказала мне точную метафору: нужно относиться к бордюру как к плинтусу и декоративным порожкам в квартире. Бордюр — утилитарный элемент, отделяющий две плоскости с разной фактурой (трава и асфальт, асфальт и плитка) или с разного назначения (тротуар и велодорожка, велодорожка и проезжая часть). Плинтус — такой же утилитарный элемент, находящийся на границе перпендикулярных плоскостей (пола и стены), порожек — на стыке двух плоскостей (с одинаковым или разным покрытием).

Для утилитарных объектов важно быть как можно более незаметными, если их много: чтобы не привлекать ненужного внимания. Поэтому плинтуса делают в тон полу или, реже, стенам. Иногда плинтуса бывают контрастными, но этот цвет не случаен: он должен сочетаться с какими-то ещё элементами оформления. Но плинтуса, покрашенные в несколько цветов, — это уже контраст в квадрате.

Применяю подход УК «Приоритет» к её собственному офису «для радости»

Выделять цветом бордюры так же неправильно, как выделять цветом заборы: их слишком много, и подчёркивание факта присутствия этих элементов — глупо. Но это не означает, что бордюры могут быть только серого, «бетонного» цвета.

Точно так же и плинтус не обязан быть стерильно-однотонным. Даже выпускающиеся пластиковые чаще всего имитируют фактуру дерева. У декоративных порожков ассортимент бо́льший: они бывают и монохромными (под серебро или бронзу), и с разными принтами (один у меня в квартире под гальку).

Бордюры бывают не только из бетона, но и из природного камня. (Я не геолог, поэтому не скажу, какие именно минералы у дорожников идут в дело, буду все называть гранитами.) Гранитные бордюры дороже бетонных, но они служат дольше и выглядят лучше. Такие цветные бордюры выглядят хорошо сами по себе, и красить их — преступление. Хотя гранитные бордюры и пестрее, чем бетон и асфальт, но цвет в целом тёмный, а узор достаточно мелкий, чтобы рябь не выглядела навязчиво.

Санкт-Петербург, 2019

Цементный бордюр, как и плинтус, тоже может быть цветным с рождения. Но это не какой-то случайный цвет, ведь бордюр-плинтус должен с чем-то рифмоваться. И если асфальт и бетон дорожных покрытий обычно разных оттенков серого, то тротуарные покрытия могут быть цветными. Вот точно в цвет плитки и тонируют в массе бордюрный камень для окантовки тротуаров. Чтобы он был ещё незаметнее (напомню: задача утилитарных элементов — не привлекать внимания), его делают гораздо более узким, чем лежащий вдоль проезжей части: так его ширина сомасштабна ширине плиток и дорожек.

Иркутск, 2021

На фото ниже декоративные элементы вокруг клумб выполнены из цветного бетона. Эту окантовку могли бы сделать и серой, но это выглядело бы не так выигрышно. Мягкий тон не привлекает ненужного внимания, а то, что он рифмуется с плиткой, делает композицию более цельной.

Москва, 2018

Если же бетон покрашен не на заводе, краску приходится постоянно подновлять. Та же самая управляющая компания «Приоритет» красит не только бордюры, но и бетонные плиты на небольшом фрагменте набережной Ушаковки — под ковры и рогожки. Это творчество истирается и довольно скоро начинает выглядеть погано. Такого же интенсивного механического воздействия на бордюры, конечно, не оказывается, но по ним всё равно ходят дети, о них трутся шины, но она и сама по себе выцветает и пылится. Дорожки на набережной обновляют каждый год, бордюры — реже.

Вернёмся в самое начало поста и посмотрим на истинную причину покраски бордюров, ведь это в России делают не для безопасности дорожного движения и на для защиты низкокачественного бетона. Краска — самый простой и быстрый способ изменить территорию. У иркутян есть запрос на качественную городскую среду, но, вероятно, слабо развит вкус, мало насмотренности и не хватает денег для установки качественных мафов, устройства цветников и других преобразований. Поэтому лавки красят не в один, а в два цвета и более, а когда все лавки уже покрашены, а качество среды что-то не улучшилось, люди начинают красить что попало: деревья, покрышки, бордюры.

Бордюры тоже стараются красить не в один цвет, а минимум в два. Исключение — весенняя побелка.

И такая побелка — меньшее из зол. Грязь, брызги, подтёки, следы ног и шин на белых бордюрах, конечно, видны сразу, и держится побелка недолго, но зато бордюры покрашены в один цвет, что не создаёт дробности. К тому же бордюры белят обычно те же самые колхозники, что белят стволы деревьев, и получается перекличка, рифмовка.

Чистый побеленный бордюр хорошо рифмуется с белым снегом, но и снег лежит всего четыре месяца, и бордюр обшарпывается быстро

Такое впечатление, что люди считают, что чем ярче и контрастнее, тем красивее. Но надо понимать, что бордюр вокруг газона или цветника — как рама. Багет картины может быть очень дорогим, но в музеи ходят смотреть не на них, а на полотна.

Иркутск и Рязань, 2017...2021

Иногда используется даже не две, а три краски. Детский сад «Эпилептик».

Первый пример выглядит лучше, чем второй: покрашен законченный фрагмент от угла до угла и в те же мягкие цвета, что и забор

Чтобы было лучше, количество цветов бордюра лучше уменьшать, а не увеличивать. Проиллюстрирую. Вот двор, который украсила УК «Приоритет». Синий цвет бордюра перекликается с синим цветом ножек скамейки (ну что поделать, раз её так уже покрасили), но жёлтый цвет здесь чужой. Посмотрите, насколько аккуратнее всё выглядело бы, если бы обошлись без второго цвета.

Само собой, лучше было бы его вообще никак не красить

Бордюр, покрашенный в какой-нибудь один цвет, тем больше требует рифмовки с какими-нибудь другими элементами в окружении, чем более это яркий, насыщенный цвет. Чем более нейтральный цвет, тем меньше эта потребность.

Шесть фото из Иркутска и одно — из Верхнеудинска (ныне — Улан-Удэ)

Студия Артемия Лебедева предложила паттерны для городской среды. Декоративные геометрические или растительные орнаменты предполагается наносить на здания, технические сооружения и бордюры. Я думаю, что если наносить такие орнаменты в один цвет, без сплошной окраски самого бордюра, то это может выглядеть довольно мило.

Деньги

Напомню, что московский чиновник говорил, будто бы подрядчики красят бордюры даром. То же самое говорила глава моей управляющей компании. Это какие-то сказки — мне кажется, что в обоих случаях речь идёт о растрате. Если какая-то лишняя краска образовывается сама по себе в таких значительных количествах, что позволяет красить километры бордюров во дворах, значит, её закупили для каких-то других работ больше, чем нужно, а тут — решили эти остатки на что-то извести. Это — неэффективное хозяйствование, не бывает никакой бесплатной краски и бесплатного труда — за всё уже заплатили жильцы или горожане, даже если и не подписывались на такое.

Если ваша управляющая компания тоже красит бордюры, посмотрите, есть ли такая статья в договоре управления многоквартирным домом. Если вдруг есть, добейтесь её отмены, а если нет и бордюры при этом красятся, — нужно перетрясать всю отчётность. Уверен, там ещё что-то найдётся.

Но если жители дома или единственный собственник какой-то территории решил, что все бордюры вокруг зданий нужно покрасить ради красоты, защиты бетона, безопасности или во имя брендинга, и они будут тратить на это свои личные деньги, то это их личное дело. Пусть красят.

Муниципалитет же не должен тратить денег на покраску бордюров, никакой гост этого не требует. Деньги, заложенные на ненужную покраску уже нормальных «рам», лучше потратить на сами «картины» — посадить многолетников или сделать живую изгородь.

☉

Подписывайтесь на ежемесячную автоматическую поддержку редакции — сможете влиять на будущие публикации. И подписывайтесь на канал в Телеграме — там анонсы новых публикаций и прочее.

Кнопка для выражения благодарности за развлекательный контент

🧠 Маяренков

Mon, 06 Sep 2021 17:05:39 +0800

Тут раньше находился пост, который был удалён после угроз физического насилия.

Почитайте другие посты:
-все;
-самые обсуждаемые за месяц;
-самые посещаемые за месяц.

🧠 Комитет городского обустройства

Thu, 29 Apr 2021 00:28:15 +0800

Городская среда в Иркутске невысокого качества. Местами она очень сильно деградирует, о чём я пишу тут и на канале. Особенно меня беспокоит не что-то штучное (хотя к памятникам тоже много вопросов), а инфраструктурные объекты и элементы, которые находятся постоянно на виду, тиражируются и в значительной мере характеризуют наш город. Я говорю о материалах, форме и цвете лавок, урн, фонарей, аншлагов, ограждений, рекламных тумб, детских площадок, систем водостока, тротуаров.

И это всё не появляется же само, этим всем кто-то заведует. Ведь какие-то люди решили, что европейском городе Иркутске должны быть заборы с бурятским орнаментом. Кто-то же до сих пор белит деревья. Кто-то же санкционирует побелку и покраску бордюров. Кто-то же красит фонтаны, заборы и спилы деревьев оранжевым. Кто-то же распорядился развесить на фонарях центральных улиц вот это вот светодиодно-достопримечательновское. Какие-то люди утверждают же внешний вид павильонов остановочных пунктов. Кто-то же выбирает лавки для скверов. И им это нравится, они считают это уместным и, возможно даже красивым.

Подумал, ориентируясь на название, что этим всем занимаются люди из комитета городского обустройства. И решил узнать о квалификации этих людей. Показательные результаты и некое представление о том, что у них в голове, дал бы «Вкусомер» Студии Артемия Лебедева. (Сотрудников иркутской мэрии уместно оценивать по-лебедевски, потому что Студия не заимствовала идеи у администрации Иркутска, а вот дизайн лавочек для сквера мэрия у столичной дизайн-студии украла, отсюда ясно, кто кого считает экспертом в области промдизайна).

Поэтому нужно брать более простой, пусть даже примитивный способ. Предыдущий главный архитектор города Сергей Анатольевич Александров как-то сказал, что его комитету сложно работать с КГО, в котором тогда не было ни одного архитектора, — люди разговаривали на разных языках. Могу представить, как тяжело было людям творческих профессий объяснять завхозам, что не надо заборы (и тем более фонтаны) красить в оранжевый. Вот я и подумал, что проще всего оценить квалификацию людей, которые отвечают за облик города, если узнать об их образовании. Потому что главное, что нужно людям из этого комитета, — насмотр. И если кто-то из них учился на архитектора, графического дизайнера, художника или получал какую-то подобную профессию, пусть даже в иркутском Политехе, то он всё равно что-то краем уха мог слышать про гармонию, стили. У выпускника факультета изящных искусств вкус мог не развиться, но он мог хотя бы тупо запомнить: вот это считается красивым, а вот за такое в приличном обществе в рыло дают.

Понятно, что образование — это слишком формальный, узкий критерий, который ничего не гарантирует, процитирую Александра Глебовича Невзорова:

Наверное, это ужасно, когда геология попадает в руки адвокатам и анатомам. А естествознание — журналистам, солдатам-наёмникам (получавшим своё образование на поле боя), служащим банков, недоучкам — воспитанникам иезуитских колледжей, которые немножко изучали право. Это, конечно, ужасно. Но фамилии этих людей, ребятки (если это вам что-нибудь говорит) — Чарльз Лайге, Стенон, Энгельс, Декарт и Ламарк. Конечно, не менее ужасно, когда физика и астрофизика попадает в руки юристам, квакерам, фермерам, служащим бюро патентов, телеграфистам, переплётчикам без всякого профильного образования. Но имена этих людей — Хаббл, Дальтон, Кепплер, Эйнштейн, Эдисон, Фарадей. Список можно продолжать до бесконечности, завершив красивой точкой, что археология не может быть делом приказчиков из бакалейных лавок, воришек и авантюристов, но фамилия этого приказчика — Шлиман.

Нужный фрагмент с четвёртой минуты

Но я не придумал ничего лучше и отправил запрос в мэрию про образование сотрудников КГО.

23155 от 07.05.2020

Неоднократно обращался в комитет городского обустройства по темам, связанным с дизайном городской среды. В связи с чем у меня возникло три вопроса.

Какая общая численность сотрудников КГО (все подразделения)? Мне нужно только количество — имена, должности, зарплаты и другие персональные данные не интересуют.
Сколько сотрудников КГО имеют высшее образование. Мне нужно только количество людей. Есть ли люди с несколькими высшими образованиями и есть ли кандидаты наук — не имеет значения, но если захотите рассказать — хорошо.
Сколько сотрудников КГО имеют высшее или среднепрофессиональное образование, связанное с дизайном, архитектурой, культурологией, живописью, реставрацией, скульптурой, декоративно-прикладным искусством, изящными искусствами, искусствоведением, эстетикой, историей искусств и так далее? Мне нужно знать: а) название специальностей из предложенного списка (а если вы сочтёте уместным, и другие родственные профессии); б) количество людей, получивших это образование (имена и должности не интересуют); в) тип — высшее это или среднепрофессиональное образование (класс фортепиано в школе искусств, кружок фотографии, недельный курс ландшафтного дизайна не считаются).

Мне ответили в том же месяце, что удивительно, но ещё удивительнее, что указали номер обращения, который выдала Виртуальная приёмная мэрии, такое со мной было впервые и до сих пор не повторялось

Полный текст письма — по щелчку.

На Ваше обращение от 7 мая 2020 года №23155, зарегистрированное в администрации города Иркутска 8 мая 2020 года № 027-05-2833/20, сообщаю, что в соответствии с Положением о муниципальной службе в городе Иркутске для замещения должности муниципальной службы требуется соответствие квалификационным требованиям к уровню профессионального образования, стажу муниципальной службы или работы по специальности, направлению подготовки, знаниям и умениям, которые необходимы для исполнения должностных обязанностей, а также к специальности и направлению подготовки.

Муниципальные служащие и работники, исполняющие обязанности по техническому обеспечению деятельности, замещающие должности в комитете городского обустройства администрации города Иркутска, соответствуют квалификационным требованиям.

В комитете городского обустройства администрации города Иркутска работает 108 человек, из них 105 человек имеет высшее образование, 17 человек имеют два высших образования, кандидатов наук нет, 2 человека имеют высшее образование по специальности «Архитектура», 2 человека имеют высшее образование по специальности «Социально-культурная деятельность».

У нас все сотрудники квалифицированные.
В КГО работает 108 человек, из них у 88 высшее образование, ещё у 17 — два высших образования.
Среди сотрудников КГО два архитектора и два специалиста по социально-культурной деятельности.

Итак, мы узнали, что в КГО теперь архитекторы есть. Всего три процента из сотрудников комитета, отвечающего за облик города, учились чему-то культурному и прекрасному. Но вообще КГО занимается не только тем, что мне было изначально интересно (объектами городской среды), а ещё, например, дорогами и транспортом (думал, первыми занимаются в каком-то из подразделений комитета по градполитике, а транспорт — вообще отдельная самостоятельная структура).

Структура комитета городского обустройства

Департамент дорожной деятельности и транспорта

Отдел строительства, реконструкции и ремонта дорог
Отдел содержания, эксплуатации дорог и искусственных сооружений
Сектор безопасности дорожного движения
Отдел развития дорожной и транспортной инфраструктуры
Отдел контроля, согласований и выдачи разрешений

Департамент финансовой и правовой работы

Бюджетно-финансовый отдел
Контрольный отдел
Сектор по работе с обращениями граждан
Юридический отдел
Отдел формирования закупок

Департамент инженерных коммуникаций и жилищного фонда

Отдел инженерных коммуникаций
Отдел развития инженерной инфраструктуры
Отдел жилищного фонда

Департамент городской среды

Отдел экологической безопасности и контроля
Сектор городских лесов
Отдел благоустройства городской среды
Сектор общественных территорий
Сектор дворовых территорий
Сектор развития городской среды
Отдел санитарного состояния

Читатели сообщают, что у меня в этом списке неправильная, устаревшая организационная структура КГО. Ну тогда это дополнительно характеризует отдел мэрии, который отвечает за актуальное состояние сайта — информацию брал с него. Отмечу, что на конец апреля 2021 года на странице со структурой не везде указаны адреса, телефоны и имена сотрудников возле должностей.

Итого — в этом комитете четыре департамента, а отделов и секторов в них аж двадцать штук. И если грубо прикинуть, то в каждом работает по пять человек. Вот это много или мало для такого большого города? Я вот думаю, что учитывая то, что сотрудники ничего не успевают, скорее мало. Что не успевают, это факт, и ниже я его с лёгкостью докажу ниже, вот пока тизер:

Но вернёмся к образованию. Было ли какое-то специальное образование или нет, этого всё равно недостаточно. Нужно обновлять и углублять полученные в вузе знания, следить за изменениями в законодательстве, читать новые книги по теме, посещать профильные конференции федерального или международного уровня. Да хотя бы даже на Ютубе смотреть о новых подходах в Челябинске или Белгороде.

Но людей мало, и они заняты совещаниями, перекладыванием бумаг или ответами на обращения иркутян. Вот Игорь Витальевич Савченко (из Департамента инженерных коммуникаций и жилищного фонда) сокрушался в телефонном разговоре со мной, что работать некогда, надо по пять писем в день отправлять. Думаю, не только у него одного такая жизнь. И хотя есть сектор по работе с обращениями граждан, видно, что его существование не освобождает от переписки с гражданами остальных сотрудников. Поэтому, раз сотрудники мэрии не имеют возможности быть в курсе последних тенденций, эту функцию нужно вынести наружу и привлекать каких-то сторонних экспертов.

Одно из прав Комитета городского обустройства (и любого из его подразделений):

привлекать при необходимости научно-исследовательские, проектно-конструкторские организации, высшие учебные заведения, другие организации, а также ученых и специалистов в установленном законодательством порядке для разработки проектов, прогнозов, муниципальных программ развития.

Это право реализует, например, Отдел развития дорожной и транспортной инфраструктуры КГО — они привлекают экспертов, которые внимательно следят за изменениями гостов, за практикой использования новых для страны решений. И те улицы, которые сейчас ремонтируются по программе БКАД — по геометрии местами уже почти как в столице. Можно было бы делать ещё лучше, если бы сотрудницы смежного Сектора по безопасности дорожного движения (из того же КГО) руководствовались не устаревшими гостами и подходами к безопасности дорожного движения и как-то признались бы себе, что их знания протухли и базируются не на науке, а на неподтверждённых стереотипах.

Чтобы на практике проверить квалификацию сотрудников КГО, я провёл на канале опрос (с опечаткой во втором варианте ответа), какая территория вокруг здания мэрии точно находится в её ответственности. Вот на каком расстоянии от этого здания всё точно должно блестеть и соответствовать всем возможным гостам и правилам благоустройств. Ну и ещё, опционально, не оскорблять вкус.

Люди выбрали квартал. Тогда я нанёс на карту все здания, где находятся подразделения городской администрации.

После этого сходил в один из дней по периметру кварталов, где находятся штаб-квартиры КГО и посмотрел, а в каком он из состоянии они. Подобное я уже делал раньше, для фрагмента одной из улиц. Сейчас такую же глубину проработки я делать не буду, задача у этой статьи другая. Вы сами увидите, в каком состоянии здания КГО; по каким тротуарам в эти здания приходят сотрудники; есть ли пешеходные переходы; слышали ли здесь о доступной среде; сколько деревьев и в каком состоянии растут под окнами; понимают ли сотрудники КГО, что грязь в городе от незакрытого грунта; знают ли сотрудники КГО правила содержания фасадов, размещения рекламы, о размерах режимных табличек; о фрагментарной покраске; видят ли беспризорных животных.

Специальное архитектурное образование нужно, чтобы принимать какие-то решения, требующие работы мысли. А вот чтобы просто соблюдать правила благоустройства, ничего же не нужно, кроме глаз и умения читать, ну правда же?

Так почему же, вот кто-то может мне объяснить, почему сотрудники КГО пальцем о палец не ударяют, чтобы хотя бы фасад их здания соответствовал правилам благоустройства, а вид из окна — радовал глаз?! Ведь они здесь неделю за неделей проводят четверть времени (дольше только спят). И эта ущербная среда неделя за неделей влияет на них, усыпляет и развращает. Но вот если бы эти сотрудники взялись бы и хотя бы себе сделали хорошо, задвинув на время всё остальное, вот вы бы их осудили? Даже я бы не осудил. Тут даже никакую коррупцию не подтянуть — да, они делают себе лучше и комфортнее за счёт бюджета города и используя административный ресурс, но лишь добросовестно выполняя требования закона для одной из частей Иркутска. От этих улучшений и жителям перепадёт. Да я бы поддержал, если бы они вдруг захотели такое организовать.

Но почему-то такого не происходит. Вроде бы не слепые и читать умеют — высшее образование же почти у всех. Я не знаю причины. Объясните мне кто-нибудь.

И ещё по поводу квалификации. Читать нужно не только правила благоустройства, но и ориентироваться в законодательстве. Но не все сотрудники КГО это умеют. Например, они пишут мне и другим людям ответы, что не могут никого штрафовать за побелку деревьев. Но это же не так, есть нормативная база, которая позволяет наказывать тех, кто колхозит среду (в конце этого поста её привёл). Но самое смешное и страшное, что в начале месяца я снова написал в КГО письмо о том, что не надо белить деревья, что это незаконно и что вот, пользуясь такими-то нормами, вы можете штрафовать организации, которые это делают. И что вы думаете? Проходит три недели — и Комитет городского обустройства сам белит стволы вокруг половины своих корпусов. Вообще деревянные.

В общем, посмотрите сами. На фотографиях есть нарушение правил благоустройства, иногда несколько разных нарушений. В редких случаях нарушены не правила благоустройства, а другие нормативно-правовые акты, но везде есть что исправить. Если сотрудники КГО читали те документы, которые они должны знать по должностным обязанностям, они непременно поймут, что я имел в виду. Правильное кадрирование фотографий, а также подсказки, рассыпанные по этому тексту, им помогут.

1-й корпус, 102 фотографии

2-й корпус, 44 фотографии

Дорогие подписчики и просто читатели. Помогите иркутскому Комитету городского обустройства привести в порядок кварталы вокруг своих зданий. Вдруг, когда среда у места работы изменится, эта Обустроительная Сотня захочет повысить качество среды и в своём родном спальнике, и там, где учатся их дети, и там, где работают их супруги. Вдруг Прекрасный Иркутск будущего начнётся с этих двух кварталов (не со 130-го же ему начинаться). Не пожалейте времени, сходите и напишите обращения по всему, что вам не нравится в 24-м и 32-м кварталах.

Если вы нечасто бываете в районе цирка, то посмотрите на карту, может быть, вам ближе какой-то другой квартал с одним из зданий городской администрации. Тогда позаботьтесь о нём. Ну и вы всегда можете сделать лучше квартал у своего дома. Глупо надеяться, что на вашей улице перевернётся грузовик с сотрудниками КГО, которые вдруг решили поехать в рейд, чтоб посмотреть, что там где в Иркутске вдруг не так. Улиц много, а сотрудников — всего 108 человек. Ещё и по пять ответов в день писать надо.

Я рассказывал, как можно многое исправить, как должно быть хорошо (и почему), как понять, есть ли нарушение или нет. Попробуйте начать хотя бы с этих тринадцати пунктов, думаю, уже будет лучше. Потом расскажу ещё про разное другое:

с парковкой на газоне можно бороться штрафами, и попросите у КГО установку столбиков, чтобы физически ограничить въезд;
незаконные билборды легко опознать;
побелка деревьев незаконна, муниципалитет вправе штрафовать нарушителей;
любая реклама на любых заборах незаконна, требуйте, чтобы баннеры, листовки, щиты снимали;
режимные таблички должны быть не больше 40×60 см (это те, которые с расписанием работы);
тротуары должны быть без провалов;
спилы должны быть окрашены в цвет коры, а не зелёным;
реклама из колонок незаконна почти везде;
покрышки нельзя использовать в благоустройстве;
рекламные и информационные объекты на крышах должны стоять по правилам;
лестницы должны ремонтироваться за неделю;
неработающие столбы должны убирать;
система водостока на доме должна ремонтироваться в течение недели.

Продолжу развлекательно-просветительскую работу. Но и вы там не филоньте. Помогайте чем можете: временем, материально, информационно.

☉

Форма для разовой благодарности автору ниже. Можете подписаться на ежемесячную автоматическую поддержку редакции (сейчас в редсовете полтора десятка человек), это позволит вам влиять на выбор тем будущих публикаций и ускорить выпуск материалов. Также подписывайтесь на канал, это бесплатно (там информации больше, чем в этом блоге).

🧠 Серый Вакуленко

Sat, 10 Apr 2021 21:17:38 +0800

Депутат Григорий Вакуленко огорчился, что пришлось убрать рекламу с крыш в суперцентре. Если бы это была какая-то реклама вообще, то и бог бы с ней. Но мэрия демонтировала рекламу его компании Элитлайн. Поэтому Григорий Николаевич решил предпринять что-нибудь эдакое, что позволило бы ему и дальше уродовать город ради собственной прибыли. Чтобы как-то этот замысел замаскировать, он придумал благовидный предлог и выступил на заседании местной думы с речью.

Фрагмент трансляции с заседания Думы 24 декабря 2020 года депутатом Александром Квасовым (Вакуленко с 59-й минуты)

Стенограмма на два экрана под катом

Коллеги! На самом деле вот мы с этими вот правилами по размещению рекламы немножко увлеклись, это моё мнение. Почему? Потому что. Мы очень сильно запрещаем рекламу в городе. А это несёт… ну какой минус… Ну, например, собственник здания хочет его отремонтировать, фасад. А средств не имеет. Но размещая на своём здании рекламную установку или вывеску, рекламную продукцию, он получает достаточно много средств, которые потом пускает её на благоустройство того же фасада. У нас получается за счёт того, что на доме есть реклама, его можно ремонтировать. Сейчас получается, что достаточно много вывесок удалено, устранено. И ну нельзя ставить.

Например, стоит дом в историческом центре, но не является историческим памятником, четырёхэтажный. Рядом с ним стоит памятник исторический, там развалюшка одноэтажная. А вот выше этой развалюшки в рядом находящихся домах, размещать рекламу нельзя. И всё, и значит, вот этот дом рекламу не размещает, не имеет права, потому что, на [неразборчиво] ты не, разместишь, а выше первого этажа уже нельзя, ну, запрещено нашими правилами. И, соответственно, собственник дома, жильцы дома хотят разместить рекламу, да, чтобы поддерживать собственный фасад в порядке, а не могут получить за это деньги найти, там и тем самым мы получаем что? Мы получаем то, что…

Что такое триста домов сейчас размещено, ну согласовано по городу? Это вообще ни о чём. Вот, соответственно, мы идём к тому, что а) у нас не будет хорошего, красивого города в неоне, в каком-то разумном неоне, да, чтобы это красиво было, и б) мы идём к тому, чтобы фасады у нас были... меньше ремонтировались, меньше приводились в порядок. Ну получим мы да, исторический, серый такой, тёмный, тусклый город. Например, есть вот в центре города, есть вот передняя вывеска висит «Букингем», где вот торгуют книгами, она расположена вертикально, причём смотрится гармонично, мне вот нравится, например. Вот и за счёт собственники, за счёт этой рекламы, да, имеют возможность следить за своим домом и так далее. А сейчас это запрещено: её договор закончится и её удалят и всё, и её не будет больше. Собственник не сможет вкладывать больше денег в фасад здания. И мы это прийдём к тому: а) мы не поддерживаем предпринимателей, которые дают эту рекламу, реклама — движитель прогресса, который позволяет ему улучшить свой бизнес, б) собственники домов не имеют возможности дополнительных средств вкладывать в здания.

Простой пример. У Элитлайна в городе было две вывески и там порядка за восемь лет за каждую из них собственник дома получил там порядка около пяти-семи миллионов рублей, ну могу ошибаться. Этих денег вполне достаточно, да, чтобы содержать фасад более-менее, лучше, чем он сейчас есть. Сейчас этих денег не будет. Реально, там есть памятник архитектуры, вот выше него нельзя. Хотя то, на что размещалось, вот нельзя и всё, сейчас такие правила. Я предлагаю, коллеги, вот этот вопрос, касаемо рекламы, на доработку, на доработку, учесть пожелания депутатов, и повторно его рассмотреть на следующем заседании, когда это будет, ну... возможно и готово. Готово, с учётом того, чтобы не сделать наш город серым. Серым, тусклым историческим центром. Вот, который не будет своими фасадами помогать предпринимателям и не будет давать возможность собственникам домов поддерживать свои фасады в надлежащем состоянии. Спасибо.

Из несколько путаной речи Григория Николаевича можно вычленить несколько тезисов.

Правила размещения рекламы слишком жёсткие.
Собственники зданий могли бы получать деньги от рекламы и ремонтировать фасады, но мы их лишаем такой возможности.
В центре города у нас есть разваливающиеся дома — исторические памятники.
По закону, рядом с историческими памятниками нельзя устанавливать рекламу на крышах, если она будет выше памятника. Это плохо.
[Реклама на крышах ?] разрешена на трёхстах домах, этого недостаточно.
Красивый город должен быть в неоне. А у нас исторический, серый, тёмный, тусклый город.

Вот с этими колхозниками, думаю, Григорий Николаевич нашёл бы общий язык. И вот так бы они Иркутск и украсили

Можно было бы поговорить о том, что «развалюшки» в центре города Григория Николаевича волнуют не потому, что мы утрачиваем историческое наследие и надо бы как-то его восстанавливать, а потому что существование таких зданий мешает ему рекламироваться. Но про это я постараюсь не говорить здесь.

Можно было бы обсудить жёсткость Правил благоустройства. И я соглашусь, они в плане информационных и рекламных объектов несовершенны, одни положения нужно смягчить, другие — ужесточить. Но и об этом я сейчас тоже говорить не стану.

А хочу поговорить о том, каким Иркутск видит депутат Вакуленко и каким его видят жители и гости города. Также поговорим о тех способах, которыми депутат хочет изменить ситуацию и что предлагают жители.

Григорий Николаевич говорит, что у нас город исторический, серый, тёмный и тусклый. То, что он исторический, спорить сложно. С остальным лично я не согласен и решил узнать, может, это я один такой. Исследование решил ограничить только определением «серый». Если кто-то из уважаемых читателей изучит вопрос тусклости Иркутска, то буду рад прочесть их изыскания. А если у кого-то из читателей вдруг на улице темно, то повод обратиться к депутату округа и узнать, доколе неоновое освещение не будет обеспечено.

Странно, что этот дом я нашёл на Нижней Лисихе, а не на Синюшиной горе

Серый город

Я задавал два вопроса:

Как вы думаете, что имеют в виду люди, когда говорят, что город серый?
Считаете ли, что Иркутск — серый?

Люди не заполняли гуглоформу, они отвечали в переписке, поэтому после ответов на эти вопросы я задавал уточняющие. И вот что выяснил (в исследовании приняли участие более четырнадцати россиян).

Когда говорят о том, что какой-то город серый, то имеют в виду серость разного рода, не всегда это цвет зданий, иногда это серость (формулировки респондентов с минимальной редактурой, необходимой для цельности):

климатически обусловленная. Мало солнца. Дождливость.
связанная с благоустройством Грязь. Пыль. Недостаток озеленения.
социально-культурно-экономическая. Скучно, обыденно, бесперспективно.
архитектурная. Советские здания. Спальные районы. Ветхие здания. Неотреставрированные (заброшенные, сгоревшие) дома. Пастельные цвета. Нет заметных достопримечательностей, точек притяжения, доминант. Фасады не чистятся (речь про грязь и копоть).
обусловленная качеством наружной рекламы Вывески. Блеклая реклама, выгоревшие баннеры, много трешового дизайна. Наружка не обновляется своевременно, выгорает и покрывается той же грязью и сажей, что фасады. Дизайн скверный, что даже яркая чистая реклама воспринимается как мусор. Объявления повсюду.
в целом цветовая. Одежда. Автомобили.
эмоциональная. Настроение. Дружелюбие.

Серыми городами люди называли Ангарск, Братск, Гусиноозёрск, Днепропетровск, Екатеринбург, Иркутск, Красноярск, Москву, Новокузнецк, Новосибирск, Норильск, Петровск, Санкт-Петербург, Улан-Удэ, Томск, Читу, Хельсинки. И здесь серый тоже разный: где-то из-за архитектуры, где-то — из-за погоды, где-то — из-за бесперспективности (странно, что не вспомнили Омск).

Чтобы Иркутск перестал восприниматься серым, опрошенные предлагают сделать хотя бы следующее: фасады и тротуары (которые должны быть из плитки!) помыть, ливневую канализацию сделать, нормально заняться озеленением, при благоустройстве «цветовых пятен добавить там, где уместно (и убрать там, где неуместно)».

Никто не говорил, что нужно расставить рекламу Элитлайна по крышам или рекламой «Букингема» украсить углы зданий. (Кстати, если у вас есть информация, почему депутата Вакуленко, работающего на Синюшке, беспокоит этот магазин в центре города, расскажите, я не смог найти концов.) Про рекламу опрошенные говорили больше, что она только портит город. А ведь я спрашивал не просто людей с улицы: вопросы опубликовал в маркетинговом чате Иркутска, где девять сотен специалистов. И если бы они сказали, что нужна реклама на улицах, значит, так и надо.

Говорили немножко и про недостаток освещения. Но никто из опрошенных не подумал, что городу не хватает неона. И мне вот интересно, чего он так люб Григорию Николаевичу? Может быть, Вакуленко видит себя молчаливым, одетым в плащ и шляпу, суровым романтическим героем неонуарного фильма? Или вдруг по киберпанку угорает?

«Неон — символ не очень благих намерений» — цитата из лекции Александра Рыбакова «Неон в кинематографе: визуальная эстетика и значение»

Даже если предположить, что реклама может быть украшением города, то нужно посмотреть, где эта гипотеза подтверждена. Как реклама выглядит в исторических городах, где она размещается, какие у неё габариты, насколько её много. Знаю, что большинство депутатов любит ездить отдыхать не в Барнаул, Алтайский край, а за границу, особенно в Европу. Ну я и выбрал четыре европейских города с численностью жителей, сопоставимой с Иркутском. Отбросил при этом все столицы (Афины, Вильнюс, Копенгаген, Рига, Роттердам, Хельсинки), потому что в них больше парадного и витринного. Если в одной стране было несколько кандидатов, оставлял того, который мне показался более близким нам по возрасту (из статьи в Википедии — простите, Дортмунд, Лейпциг, Палермо, Штутгарт, Эссен). Ещё не стал рассматривать украинский Кривой Рог: не время сейчас говорить про Украину.

Используя гуглокарты, как и в случае с заборами, походил по каждому из них и успел устать, но так и не нашёл на крышах рекламных конструкций, похожих на снятые «элитлайновские». На бездуховном Западе в загнивающей Европе вообще с уважением относятся к историческим зданиям и сохраняют их. Думаю, что тамошние депутаты Вакуленко́вски, Вакули́ни, Уо́куленс и Вакуленшта́йн скорее бы занялись восстановлением той самой «развалюшки», которая мешала коммерсанту портить вид города, чем послаблением правил благоустройства, которые будут снижать туристическую привлекательность исторического центра.

Произвольные места в исторической части Вроцлава (Польша), Генуи (Италия), Глазго (Великобритания), Дюссельдорфа (Германия)

Григорий Николаевич или любой из его последователей может пройти по этим городам и поискать то, чего я не нашёл: крышные конструкции в историческом центре — будет что обсудить. Ну и любому депутату будет полезно немножко насмотра: что там у них с велодорожками, деревьями с причёской под столбы, лестницами, маркизами, проводами, рекламой, рольставнями, трамваями, тротуарами, указателями, уличными верандами. Если вам вдруг что-то из этого понравится, то, значит, это можно сделать и в Иркутске.

Цветной Иркутск

Но предположим, что Вакуленко, говоря о сером Иркутске, не имел в виду всё то, на что он, будучи депутатом, может повлиять: бесперспективность для молодёжи, грязный воздух, пыль и копоть на улицах, уничтожение мэрией деревьев, некачественное благоустройство, утрату архитектурного наследия, загаживающую город рекламу. Вдруг он имел в виду буквально то, что в исторической части города серые дома.

Ну так это ошибка. Научно-исследовательская проектная реставрационная фирма «Традиция» делала исследование колористики исторической части города. Оказалось, что «Иркутск имел свой тёплый колорит, который нигде в России больше не повторялся. В отделке зданий использовались самые разнообразные оттенки жёлтого, белого, тёплого коричневого. Для Иркутска в камне характерны более светлые, радостные тона, чем в дереве» (статья 2008 года).

О разноцветном историческом прошлом домов Иркутска увлекательно рассказал Алексей Константинович Чертилов в интервью «Жёлто-белый дом, серый город»» (Журнал «Проект «Байкал»», № 19, 2009 г., стр. 148...154).

Я считаю его позицию основательной, разумной. Но вот насчёт сочно-синего цвета крыш у меня есть своя гипотеза. Алексей Константинович приводит как аргумент раскрашенные акварелистами фотографии. Но я думаю, что здесь может иметь место художественное преувеличение, ведь синяя краска тогда была самой нестойкой и дорогой, одно дело — на бумажных открытках краской на водной основе что-то раскрасить, другое дело — покрыть квадратные метры металла краской на основе масла или лака.

В интервью Алексей Константинович упоминает Таллин, который «...изначально, исторически, был бледным, некрашеным портовым городом. Когда там задумались о туризме и привлечении инвестиций, то приняли волевое решение. Причём оно было принято коллегиально — архитекторы, общественность, власти. Выкрасили Старый город в сложные пастельные тона, близкие к природным. В то время для нас это было новым. Это был писк, восторг! Я тогда не знал, что созданная цветовая среда была искусственной». То есть европейский город пришёл к тому, что мы уже имеем полторы-две сотни лет, что нам досталось от предков. Наши цвета домов не только настоящие, они ещё пример для подражания. «Если в Иркутске просто помыть некрашеные «лица» старых домов, то они заиграют, заулыбаются только одним цветом дерева».

Учёные люди и большинство опрошенных мной людей не считают Иркутск серым (более того, есть люди, считающие Иркутск синим). Но у нас в городе есть два дома, про которые все точно знают, что один серее другого. Григорий Николаевич считает, что серость может разбавить реклама. Я тут подготовил проект рассеривания Иркутска имени Вакуленко. Серые симметричные прямоугольники буквально задышали новой жизнью. Я ориентировался на золотой канон соотношения размеров рекламной конструкции и элементов здания: логотип Элитлайна на доме у Бабра.

Обратите внимание, какого цвета машины у серого дома. Почти нет смельчаков, которые выбрали бы не серый, серебристый, белый или чёрный автомобиль

Рома Воронежский на своём сайте написал важное:

Цвет — явление идеологическое. Идеология такая: сам по себе цвет не значит ничего. Вообще ничего. Беседы о том, что какие-то цвета с какими-то не сочетаются или что-то означают в отрыве от контекста — шаманство хуже гороскопов. «Красный означает опасность», — говорит человек, который сегодня утром мужественно съел помидор и не дрогнул. «Чёрный — слишком мрачный», — утверждает второй, который сегодня утром читал чёрные буквы на белом листе и смеялся. «Серый скучный», — жалуется третий. Сами вы скучный. Посмотрите на Бастера Китона — весь из оттенков серого, а повеселей вас будет.

Серость Вакуленко

А как же сам Григорий Николаевич относится к серому цвету? Оказывается, что он состоит из серого примерно наполовину. Об этом говорят его стиль одежды, цвет телефона, автомобиль или вот оформление соцсетей. Если убрать элементы интерфейса (как оранжевые кнопки и плашки в ОК), то выглядит всё не очень празднично, не хватает огонька. «Разумного неона».

Вакуленко Вконтакте, в Инстаграме, на Одноклассниках и в Фейсбуке

Вы это можете проверить сами, если полистаете фотографии Григория Николаевича в какой-нибудь из его соцсетей. Показательнее, конечно, будет Инстаграм. Он даже не на службе выбирает что-нибудь серенькое и тускленькое.

Посмотреть эту публикацию в Instagram

Публикация от Григорий Вакуленко (@grigoryvakulenko)

А ведь серый — не единственный цвет, в который могут одеваться депутаты. Григорий Николаевич мог бы взять пример с коллеги из Смоленска — Максима Михайловича Баранова. Очень эффектный.

Григорий Николаевич статный мужчина с фактурной внешностью и в ярком красном костюме смотрелся бы не хуже Баранова.

Вердикт

Иркутск — не серый и не надо под предлогом его украшения залепливать его рекламой. И хорошо бы по поводу слов депутата Вакуленко про серый, тусклый, тёмный Иркутск вспомнить слова местного Великого Кормчего:

Приглашаю уважаемых читателей поучаствовать в параде фотожаб имени серости Вакуленко. Присылайте работы в комментарии в Телеграм-канал «Человек-Фёдор».

☉

Форма для разовой благодарности автору ниже. В 2021 году ею пренебрегали, это замедлило выпуск материалов. Можете также подписаться на ежемесячную автоматическую поддержку редакции, это ускорит.

🦇 Водосток себе почини

Fri, 19 Mar 2021 22:57:54 +0800

Обыватель в городе обращает внимание на крупное, яркое и красивое. Про яркое поговорим в другом посте (терпение, Григорий Николаевич). Крупное — это какое-нибудь сооружение целиком — с интересной колористикой, силуэтом, расположением. Красивое — какие-то отдельные элементы этого крупного: лепнина, резьба. Можно не видеть здание целиком, потому что большое видится на расстоянии, но находясь прямо возле него, можно рассматривать хитрый декор.

И обывателя ничто не должно отвлекать. То есть все сугубо функциональные объекты должны быть незаметными сами по себе и свою работу тоже должны выполнять незаметно. Хорошо, если они обращают внимание на себя собственной красотой, изяществом, оригинальностью.

Но часто они становятся заметны из-за того, что их плохо спроектировали или не обслуживают.

Один из таких функциональных элементов, который есть почти на каждом здании и сооружении, — система водостока. В неё входят желоба, воронки, трубы, колена, отмёты (самое нижнее колено водосточной трубы, которое направляет поток воды от стены). Не надо быть специалистом, чтобы понять, когда система функционирует неправильно:

На людей с крыши капает или льётся вода — вероятно, желоба и приёмные воронки водосточной системы неисправны.
Стены сырые или покрыты льдом — наверное, трубы и колена проржавели или повредились иным образом.
Разрушается тротуар или отмостка под трубами — скорее всего, отмёты находятся слишком высоко или направлены неправильно.

Мокнет стена; мокнет подпорная стенка (и становится скользким пандус), отваливается декор; отмостка уже разрушилась и её пришлось асфальтировать, однако скоро опять надо будет чинить, если трубу не нарастят

Но водосточные трубы не ремонтируются годами и на центральных улицах города, и в спальниках у знакомых, где бываю в гостях.

Мне стало интересно, а кто отвечает за содержание системы водостока на зданиях и какие у него есть обязательства по её обслуживанию. Отправил письмо в мэрию с просьбой прокомментировать.

На последней фотографии — свежеотремонтированный ДК «Орбита», как видно, строители изначально делали отмёты на неправильной высоте

23837 от 25.06.2020

В иркутских правилах благоустройства сказано, что не допускаются повреждения водостоков и что собственники (правообладатели) должны их ремонтировать.

Также правила ссылаются в этой части на Постановление от 27 сентября 2003 года № 170 «Об утверждении Правил и норм технической эксплуатации жилищного фонда», где сказано, что «разрушение водосточных труб, мокрые и ржавые пятна, потёки и высолы, общее загрязнение поверхности, разрушение парапетов и т. д. должны устраняться по мере выявления, не допуская их дальнейшего развития».

Если кто-то обнаруживает несоответствие реального положения дел требованиям и отправляет жалобу в мэрию (потому что не всегда знает собственника или управляющего зданием), то какое максимальное время (в днях, неделях или месяцах) есть у собственника, чтобы устранить недостаток, не допуская его дальнейшего развития? Только не говорите «установленный законом», «кратчайший» или что-то ещё неконкретное из бюрократического наречия.

Что делать, если собственник не уложился в срок, будет ли он оштрафован, есть ли какая-то возможность принудить его к тому, чтобы водосточные трубы были приведены в нормативное состояние?

Ответ был очень обстоятельным. Полная версия откроется по щелчку (но лучше не щёлкайте, там портянка в несколько экранов).
Резюме

Да, неисправности системы водоотвода нужно устранять по мере выявления.

Ответственна за содержание системы водостока обслуживающая организация.

Отмёты должны находиться на расстоянии 20...40 см от земли.

Если повреждены трубы, воронки, колена, отмёты, то их нужно ремонтировать в течение пяти суток.

Посмотрите ещё Минимальный перечень и Правила содержания.

Правила содержания, например, говорят, что архитектурный облик многоквартирного дома должен поддерживаться в соответствии с проектом.

Правила благоустройства говорят, что любые внешние поверхности зданий (в том числе фасады) — элемент благоустройства.

То есть — фасады должны содержаться в исправном и надлежащем состоянии.

Собственники (правообладатели) зданий обязаны проверять состояние фасадов и их отдельных элементов, а именно: производить текущий ремонт фасадов, в том числе его отдельных элементов —цоколей, крылец, ступеней, приямков, входных ворот, цокольных окон, балконов и лоджий, водосточных труб, подоконных отливов и других, окраску фасадов.

Жилищный кодекс говорит, что собственникам помещений принадлежат также крыши; ограждающие, несущие и ненесущие конструкции; всё оборудование.

Управляющая компания обязана всё ремонтировать в срок.

Если что-то не так с системой водоотвода, то управляющая компания или собственник привлекаются к административной ответственности.

Наказание за несвоевременный ремонт системы водостока по Административному кодексу — предупреждение или штраф.

Оштрафовать можно в течение двух месяцев после нарушения.

В ответ на Ваше обращение, поступившее в администрацию города Иркутска по вопросу содержания системы водоотвода, сообщаю следующее.

В соответствии с п.4.6.4.1 Правил и норм технической эксплуатации жилищного фонда, утвержденных постановлением Госстроя РФ от 27 сентября 2003 года № 170 (далее-Правила и нормы), неисправности системы водоотвода следует устранять по мере выявления дефектов.

Пункт 4.6.1.1 Правил и норм предусматривает выполнение организациями по обслуживанию жилищного фонда обеспечить исправное состояние конструкций кровли и системы водоотвода.

Пункт 4.2.1.11 Правил и норм предуматривает установление отметов водосточных труб на 20-40 см выше уровня тротуаров. Желоба, лотки, воронки водосточных труб должны быть выполнены как единая водоприёмная система с соблюдением необходимых уклонов.

Приложение № 2 Правил и норм установлены предельные сроки устранения нарушений, а именно: повреждение системы организованного водоотвода (водосточных труб, воронок, колен, отметов и пр.) должно осуществляться в течение 5 суток.

Пунктом 9 раздела I Минимального перечня услуг и работ, необходимых для обеспечения надлежащего содержания общего имущества в многоквартирном доме, утверждённого Постановлением Правительства Российской Федерации от 03.04.2013 № 290 (далее — Минимальный перечень), а также Правилами содержания общего имущества в многоквартирном доме, утверждёнными Постановлением Правительства Российской Федерации от 13.08.2006 № 491 (далее — Правила содержания), определены работы и установлены требования по содержанию общего имущества в многоквартирном доме.

Пунктом 10 Правил содержания установлено, что общее имущество должно содержаться в соответствии с требованием законодательства Российской Федерации, обеспечивающем права и законные интересы собственников помещений, поддержание архитектурного облика многоквартирного дома в соответствии с проектной документацией.

В соответствии с частью 2 статьи 5, статьёй 24 Правил благоустройства территории г. Иркутска, утверждённых решением Думы города Иркутска от 25.12.2008 №004-20 (далее -Правила благоустройства), элементами благоустройства на территории города Иркутска являются внешние поверхности зданий, строений, сооружений (в том числе фасады) вне зависимости от форм собственности и ведомственной принадлежности.

Частью 2 стоить 90 Правил благоустройства установлено, что фасады зданий, сооружений должны содержаться в исправном и надлежащем состоянии, соответствующем требованиям Правил и норм.

Пунктами 1 и 6 части 6 статьи 90 Правил благоустройства установлено, что собственники (правообладатели) зданий, строений, сооружений обязаны систематически проверять состояние фасадов и их отдельных элементов, а именно: производить текущий ремонт фасадов, в том числе его отдельных элементов цоколей, крылец, ступеней, приямков, входных ворот, цокольных окон, балконов и лоджий, водосточных труб, подоконных отливов и других, окраску фасадов.

В соответствии со статьей 36 Жилищного кодекса РФ собственникам помещений в многоквартирном доме принадлежит на праве общей долевой собственности общее имущество в многоквартирном доме, в том числе:

крыши, ограждающие несущие и ненесущие конструкции данного дома, механическое, электрическое, санитарно-техническое и иное оборудование, находящееся в данном доме за пределами или внутри помещений и обслуживающее более одного помещения.

На основании п. 2 ст. 162 ЖК РФ по договору управления многоквартирным домом одна сторона (управляющая организация) по заданию другой стороны (собственников помещений в многоквартирном доме, органов управления товарищества собственников жилья либо органов управления жилищного кооператива или органов управления иного специализированного потребительского кооператива) в течение согласованного срока за плату обязуется оказывать услуги и выполнять работы по надлежащему содержанию и ремонту общего имущества в таком доме, осуществлять иную направленную на достижение целей управления многоквартирным домом деятельность.

В случае выявленных нарушений в части ненадлежащего содержания системы водоотвода, организация по обслуживанию жилищного фонда либо собственник здания привлекаются к административной ответственности.

За совершение административных правонарушений могут устанавливаться и применяться следующие административные наказания:

предупреждение;
административный штраф.

Привлечение к административной ответственности производится в течение двух месяцев со дня совершения (выявления) административного правонарушения. В соответствии со статьёй 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях от 30.12.2001 № 195-ФЗ постановление по делу об административном правонарушении не может быть вынесено по истечении двух месяцев.

Из этого очень подробного текста следует, что система водостока должна быть отремонтирована в течение пяти дней, иначе собственник или управляющая компания будут оштрафованы.

Добиться того, чтобы вода с крыш не мочила стены и не разрушала твёрдое покрытие под трубой, просто. Нарастить недостающий фрагмент трубы и опустить отмёт до регламентированной высоты относительно недорого. Это всяко дешевле, чем избавляться от грибка или делать более сложный ремонт, ведь из-за неправильного отвода воды может осыпаться штукатурка, треснуть фундамент, разрушиться отмостка.

Примеры того, как в Иркутске пытаются решить проблему плохого водостока, чтобы вода не лилась на стены и отмостку. Примеры из разных районов города, в том числе из квартала, который только налогов генерирует в год на миллиард (по словам Сергея Маяренкова), и мог бы выглядеть пристойнее

Я предлагаю вам привести в порядок водосточные трубы и желоба хотя бы на вашем доме (лучше, конечно, взять ещё и соседние дома, вот прямо весь ваш квартал: вы не позаботитесь о городе — никто не позаботится). Отправьте письмо в мэрию или в свою управляющую компанию. Возможно, придётся написать не один раз. О перипетиях пишите мне в почту или Телеграм контакты внизу.

Я сделать ровно то же самое не могу: на нашем доме трубы уже новенькие и блестящие, в соседних домах, что стоят по периметру нашего двора, тоже уже вовсю работает фонд капремонта. Как видите, зима-холода не мешают замене и ремонту системы водостока. Чтобы посмотреть, насколько расторопна будет мэрия, поищу дома в муниципальной собственности или памятники в центре города. Через какое-то время выпущу пост. Будет здорово, если получится использовать и ваши истории.

В этом материале я не рассматриваю всех нюансов — на каком расстоянии трубы должны отстоять от здания, какой должен быть уклон у желобов и так далее. Это не инженерный ликбез. Сперва надо научиться видеть то, что просто: где колен не хватает, а где отмёты слишком высоко. А потом уже думать о системах обогрева водостоков и об отводе воды сразу в систему канализации.

☉

Форма для разовой благодарности автору ниже. Можете подписаться на ежемесячную автоматическую поддержку редакции.

🦇 Лестницы в Иркутск

Tue, 29 Dec 2020 00:54:48 +0800

У Иркутска есть два преимущества по сравнению с Западным Зауральем, откуда я приехал: рельеф и настоящие четыре времени года. Это делает жизнь поинтереснее. Знаете, жить на блине, в котором две трети года слякоть, как-то не очень. Но во всяком ине есть немного яня. Для Иркутска плата за разнообразие — лестницы и зимние лестницы.

Лестницы содержатся плохо. Такое ощущение, что все деньги, заложенные на их строительство и содержание, копили-копили, а потом бухнули на Иерусалимскую. Чтобы не быть голословным, проиллюстрирую это одним примером, а потом немного расскажу о том, какими должны быть лестницы в Иркутске.

На Ланинской (ныне — Декабрьских Событий) очень крутой подъём. И тротуар (в который встроено несколько небольших лестниц) продублирован большой лестницей в несколько пролётов. Точно такая же есть и во дворе дома 109. Изготовлены эти лестницы были с нарушением технологии, или дворники слишком рьяно зимой отстукивают их от наледи, но ступеньки начали выкрашиваться. Уже весной 2016 года была видна арматура. Чтобы ремонтировать лестницу начали до того, как кто-то получит травму, я написал в мэрию.

А ещё на этих камешках очень весело поскальзываться, как на шариках в первой части фильма «Один дома»

В июне мне пришёл ответ гражданина Осинцева, подписанный гражданкой Гординой. В нём мне прямо говорят, что денег на ремонт управление ЖКХ Правобережки в 2016 году не закладывало. Попробуем, мол, найти денег и следующим летом отремонтировать, вопрос о капремонте лестниц поднимем при планировании бюджета.

027-05-2903/6 от 06.06.2016

В ответ на Ваше обращение, поступившее на электронную почту администрации города Иркутска, по вопросу ремонта пешеходной лестницы по адресу: ул. Д. Событий, 109 сообщаю следующее.
В связи с тем, что денежные средства на ремонт пешеходных лестниц управлением ЖКХ Правобережного округа администрации города Иркутска (далее-управление ЖКХ) на 2016 год не предусмотрено, данный вопрос будет рассмотрен при планировании бюджетных средств на капитальный ремонт пешеходных лестниц на 2017 год. В настоящее время управлением ЖКХ изыскиваются средства для проведения текущего ремонта указанной лестницы в летний период 2016 года

А знаете, в какой срок лестница должна была быть отремонтирована? По городским Правилам благоустройства — в десятиденевный:

96·3 Собственники (правообладатели) лестниц, пандусов, ограждений либо лица, ответственные за их благоустройство в соответствии с положениями Соглашения о благоустройстве, заключенного в соответствии со ст. 89 настоящих Правил, обязаны:

Производить регулярный визуальный осмотр лестниц, пандусов, ограждений в целях выявления дефектов и повреждений;
Осуществлять ремонт поврежденных элементов лестниц, пандусов, ограждений в течение 10 дней с момента их повреждения;
Производить демонтаж лестниц, пандусов и (или) их частей, непригодных к дальнейшей эксплуатации, а также их замену

Летом 2017 года ничего не отремонтировали: видимо, денег не нашли. Ступеньки продолжали разрушаться. Местами стали видны сквозные отверстия.

18 сентября 2017 года

У меня нет отметок о том, что я писал в мэрию по этому вопросу ещё когда-то, кроме одного раза осенью прошлого года. Текст моего обращения не сохранился, но вот ответ есть.

Тот же Осинцев пишет мне (за подписью Лебедевой), что через несколько месяцев, в феврале 2020 года, будет корректировка бюджета Иркутска, и если будут деньги, до конца года отремонтируют.

304-70-5496/18 от 03.12.2019

В ответ на ваше обращение, направленное на внешний портал администрации города Иркутска, по вопросу ремонта пешеходной лестницы по адресу: ул. Декабрьских Событий, 109 Комитет по управлению Правобережным округом администрации города Иркутска сообщает, что в феврале 2020 года будет проводиться корректировка бюджета города Иркутска. В случае выделения дополнительно финансирования при корректировке бюджета, ремонт вышеуказанной лестницы будет выполнен не позднее IV квартала 2020 года.

Судя по тому, что до конца года осталось полтора дня, мне кажется, что денег мэрия на это не нашла. Не нашла она денег даже на ленту, чтобы закрыть доступ к лестнице. А закрыть его нужно, потому что протёрто до дыр уже несколько ступенек на нескольких пролётах. Одна дыра настолько большая, что в неё может провалиться собака.

Если вы думаете, что мэрия не знала о том, в каком состоянии лестница, то это не так. Возле этой лестницы в этом году меняли асфальт. Поменяли, кстати, плохо. Если мы хотим жить лучше, то нам нужно перестать делать так, как делали раньше. В этом проезде два бордюра, которых быть не должно. Тротуар здесь следовало сделать в одном уровне. Это законно и удобно. Но подрядчики, имея возможность сделать немного комфортнее и безопаснее, сделали как привыкли.

И обратите внимание на верхнюю ступеньку на второй фотографии. В ней одна из этих здоровенных дыр. И что, никто из строителей или принимавших работу её не видел? Не увидеть её невозможно — не придать ей значения можно лишь в том случае, если считать её частью проекта.

Кроссовок (собственность модели) для масштаба трагедии

При Бердникове не смогли эту лестницу отремонтировать, посмотрим, сколько лет потребуется Болотову, чтобы её починить, одного года уже оказалось мало. Мой опыт говорит, что порой нужно говорить даже не о годах, а о целых мэрских сроках. Ситуацию с провалом тротуара и украденной лавочкой не могут исправить уже пять лет, хотя это в соседнем квартале с управлением Правобережки.

Но, может, и не надо ничего исправлять сейчас. Ну дырки в лестнице. Ну и чего такого. Я пока готовил этот материал, посмотрел много СП, где упоминались лестницы, и знаете, там много разного написано о том, что, как и где должно быть с лестницами и пандусами, поручнями и перилами. И ни разу я не встретил чего-то вроде «Проступь ступени должна быть цельной, однородной, без дыр, в которую может попасть нога ребёнка или провалиться собака». Так что я не могу утверждать, что такая лестница не может использоваться, а лучше попрошу прокуратуру прокомментировать этот вопрос: допустима ли эксплуатация такой лестницы или она должна быть немедленно закрыта и в скорейшее время отремонтирована.

Настоящие лестницы Иркутска

Эта лестница — не единственная проблемная в городе. Многие большие и маленькие лестницы в ужасном состоянии. И системной работы с ними, видимо, не ведётся, раз в бюджете деньги на ремонт даже и не закладываются. Расскажу о некоторых типовых недостатках.

Главная, но неосознаваемая проблема лестниц Иркутска — отсутствие поручней и перил. Это становится особенно страшным, когда выпадает снег. Если бы он падал равномерно в течение года, то его бы успевали убирать. Но ведь это не так. Обычно за год проходит три-четыре больших снегопада, и убрать их последствия сразу везде дворники не успевают. А люди успевают уже снег утрамбовать, в том числе и на лестницах. И на некоторое время лестница превращается в горку. Особенно легко горки образуются из лестниц с невысокими ступеньками.

Байкальский (?), Иерусалимская (ныне Советская), Иерусалимская, Первомайский, Первомайский (очень опасно выпала секция)

Вторая проблема — ступеньки разной ширины и высоты. Некоторые такими стали со временем — что-то где-то сползло. Но иногда это бывает на совсем новых объектах. Вот это в Университетском открывали года полтора назад общественное пространство, но лестницу нормально сделать не смогли, это вам не самолёт построить.

Университетский, Казацкая (ныне Красноказачья) — ещё и поручня нет, Русиновская (ныне Байкальская)

Третья проблема — лестницы не освещаются, даже в суперцентре. Знаю одного человека, который невозбранно занимался сексом на одной из лестниц в самом популярном квартале города. А ведь мог там впотьмах вместо этого, например, оступиться и ногу сломать.

Слобода. Здесь ещё и перил нет.

Есть, конечно, ещё проблемы, которые я даже не знаю как классифицировать, но не могу эту красоту, которой со мной поделились подписчики, оставить у себя. Как видите, некоторые ступеньки так заросли и обтёрлись, что очевидно: это не проблема какого-то одного мэра, это то, на что городская администрация в принципе закрывает глаза всегда.

Лестницы Прекрасного Иркутска будущего

Вот эти лестницы пришли к нам из будущего. И тут есть куда расти, но это, видимо, будущее недалёкое

Лестницы упоминаются во многих стандартах. И если придерживаться того, что в них написано, город у нас уже станет немного прекраснее. Вот некоторые из этих документов:

— СП 35-105-2002 Реконструкция городской застройки с учётом доступности для инвалидов и других маломобильных групп населения;
— СП 42.13330.2016 Градостроительство. Планировка и застройка городских и сельских поселений;
— СП 59.13330.2016 Доступность зданий и сооружений для маломобильных групп населения;
— СП 82.13330.2016 Благоустройство территорий. Актуализированная редакция СНиП III-10-75;
— СП 396.1325800.2018 Улицы и дороги населенных пунктов. Правила градостроительного проектирования;
— ОДМ 218.2.007-2011 Методические рекомендации по проектированию мероприятий по обеспечению доступа инвалидов к объектам дорожного хозяйства.

Приведённые выше нормативы действующие и обязательные — кроме последнего, он рекомендательный. И он по части лестниц очень здравый. Советую нашей мэрии при составлении технического задания на строительство и ремонт лестниц указывать в условиях контракта обязательным выполнение требований вот этого отраслевого дорожного методического документа. Начну с него, а потом вернёмся к обязательным (но про очевидные вещи я здесь писать не буду, с полным текстом можете ознакомиться по ссылкам выше).

В ОДМ 218.2.007-2011 есть один пункт, который нужно ввести в практику в Иркутске повсеместно:

6.2.11 Вдоль обеих сторон всех пандусов и открытых лестниц, а также у всех перепадов высот горизонтальных поверхностей более 0,45 м необходимо устанавливать ограждения с поручнями. Поручни следует располагать на высоте 0,9 м, у пандусов — дополнительно и на высоте 0,7 м. Верхний и нижний поручни пандуса должны быть расположены в одной вертикальной плоскости.

Поручень перил с внутренней стороны лестницы должен быть непрерывным по всей её высоте.

Хотя в названии документа фигурируют только инвалиды, но область применения шире, эти рекомендации призваны обеспечить «доступные и безопасные условия для самостоятельного движения инвалидов и других маломобильных групп населения».

Когда в Иркутске люди, не сделавшие домашку, начинают рассуждать об инфраструктуре для маломобильных, часто используют слова «инвалиды» или «колясочники». То есть проектировщики, строители мыслят так, что вот это создание удобной среды на самом деле не нужно никому. Это только для соблюдения каких-то дурацких нормативов, которые выдуманы для несуществующих инвалидов-колясочников. Но эта инфраструктура будет полезна не только им. Категория маломобильных гораздо шире — это люди с травмами; дети, которые только начали ходить; мамы с колясками; старики. Таких людей треть.

И если что-то недорогое и вечное сделает жизнь лучше — то надо это делать. Перила, поручни должны появиться везде, где есть хотя бы минимальная лестница в три ступеньки. Пока это на уровне рекомендации. Но как будет здорово, если в местных нормативах это станет обязательным. Любая лестница — это какая-то нагрузка и какая-то пусть небольшая, но опасность. Но есть факторы, повышающие риск: для пожилого человека в гололёд лестница в три ступеньки не то же самое, что летом в сухую погоду для подростка. Поэтому даже таком случае должен быть поручень хотя бы с одной стороны, чтобы была возможность опереться и подняться без риска.

Ещё об одном важном нюансе говорит СП 59.13330.2016:

5.1.12 Ширина лестничных маршей внешних лестниц на участках проектируемых зданий и сооружений должна быть не менее 1,35 м. Для таких лестниц на перепадах рельефа ширину проступей следует принимать от 0,35 до 0,4 м (или кратно этим значениям), высоту подступенка — от 0,12 до 0,15 м. Все ступени лестниц в пределах одного марша должны быть одинаковыми по форме в плане, по размерам ширины проступи и высоты подъёма ступеней. Поперечный уклон ступеней должен быть не более 2%.
В марше внешней лестницы должно быть 3—12 ступеней. Недопустимо применение одиночных ступеней, которые должны заменяться съездами.

В случае, если в лестнице одна или две ступеньки, люди зрительно плохо ощущают перепад уровня пола и могут легко оступиться. Поэтому когда я выше говорил о минимальной лестнице в три ступеньки, это не моя блажь, это правила безопасности, написанные кровью.

Но как считать количество ступеней — я пока ответа не нашёл. Равно ли оно количеству плоскостей (и тогда на этом фото их три)? Или же ступенек столько, на сколько уровней происходит изменение (тогда их здесь две)? Или же первый и последний уровень вообще не учитывается (и тогда тут вообще одна ступенька)? Помогите разобраться.

Также лестница должна соответствовать СП 82.13330.2016

7.2.3 Пешеходные тротуары, лестничные сходы и пандусы следует обустраивать искусственным освещением согласно СП 52.13330.

Я прочёл этот стандарт, пока ничего не понял, но очень интересно. Разберусь сам или с привлечением специалиста, переведу это на разговорный русский и сделаю по этой теме отдельный материал. Пока предположу, что лестницы обязательно должны быть освещены и если это не так, напишите в мэрию и попросите фонарь, ссылаясь на указанный СП.

Что делать

Если возле вашего дома или там, где вы часто ходите, есть лестницы, проверьте, они из Прекрасного Иркутска будущего или же из античеловечного советского прошлого.

Лестница должна быть освещена.
Ступенек должно быть не меньше трёх.
Ступеньки должны быть целые и одинакового размера.
У ступенек хотя бы с одной стороны должны быть перила или поручень.
Если перепад высот более 45 см, то должен быть поручень.

Если что-то из этого списка не выполняется, напишите в мэрию (копию текста своего обращения сохраните, пригодится потом сверять ответ). И держите вопрос на контроле, потому что без надзора и пинания к концу объявленного чиновниками срока они иногда ленятся «осуществлять необходимые производственные мероприятия по обеспечению своевременного выполнения своих должностных обязанностей». Будут отказы — переправьте их мне. А если в ответах будут кормить завтраками — это уже почти победа, напишите вашему депутату, чтобы помог дожать.

В этом материале я не разбираю пандусы, потому что это отдельная большая тема. Но о них тоже поговорим.

За несколько предоставленных фото благодарю Михаила С. и Славу Казачонка.

☉

Чуть не забыл! Последнее фото призвано проверить, сможет ли мэрия сама, без обращения, в рамках какого-нибудь своего мониторинга отремонтировать вот эту лестницу, не ждя пять лет. Фото свежее. Провал ступеньки на лесенке между домами 11 и 13 на Нижне-Амурской (ныне 3 Июля). Я там часто хожу, буду мониторить, уложатся ли в десять дней или понадобятся год. Время пошло.

Снимал ночью, поэтому, возможно, не ясно, что тут. А тут треугольная дыра в ступеньке во всю её ширину. Очень опасно, не дожидайтесь травм.

Апдейт: чтобы привести эту лестницу в порядок, мэрии понадобилось пять месяцев.

Кейк Хоум Кондитерская в Иркутске Кофейня в Иркутске

🦇 Крышевание рекламы

Fri, 04 Dec 2020 16:27:50 +0800

Чтобы всерьёз обсуждать внешний вид Иркутска, нужно договориться о каком-то простом и понятном тезисе, с которым все согласны. Я предлагаю такой.

Здание внутри принадлежит частным лицам, а фасады (и крыша) — относятся ещё и к городу.
Внутри собственник может делать цыганский, хипстерский, скандинавский, бабушкинский или любой другой интерьер, никого не спрашивая. Но цвет рам и тип обрешётки, открытость балконов и внешний вид стен снаружи — вне зоны его влияния. Нельзя просто так застеклить лоджию, повесить блок кондиционера, облицевать кафельной плиткой проекцию офиса. Ну и нельзя просто так поставить на здание какую-то рекламную конструкцию, нужно учитывать интересы тех, кто живёт в городе, ходит по улицам и смотрит на здания снаружи.

Я не радикал, понимаю, что реклама или вывески нужны. Более того, я сторонник позиции не согласовывать большинство конструкций, потому что бизнесу (и потребителям) эта задержка только вредит, и городу от этого только хуже — мэрия тратит время на ненужное, чтобы не делать полезное. Поэтому если есть нормальные правила размещения рекламы и вывесок — ну пусть стоят. Вот только пока получается, что у нас даже с этими обязательными согласованиями реклама на крышах порой стоит, в нарушение правил. То есть, мэрия покровительствует каким-то людям. Крышует, если хотите.

Разберу такой подход на примере одного случая — с рекламой Элитлайна на крышах. Но сперва дам простую инструкцию, как отличить законную крышную конструкцию от незаконной.

Нормативка

Вообще, размещение всей рекламы в стране регламентирует
ФЗ «О рекламе». Но по наружной рекламе он передаёт муниципалитетам право определять правила размещения таких конструкций и сам описывает, в основном, не габариты и возможные места установки, а некоторые вопросы прав собственности. Поэтому опираться будем на два нормативно-правовых акта: Правила размещения наружной рекламы и Правила благоустройства (которые кроме размещения рекламы на крышах предусматривают возможность устраивать там сады, что тоже когда-нибудь разберём).

Между этими двумя актами есть небольшая разница. Один — про рекламные, другой — больше про информационные конструкции. При этом я не увидел в этих актах пояснение разницы рекламной и информационной конструкций, что даёт возможность трактовать это как выгодно. Это плохо, мэрии нужно уточнить этот вопрос поскорее. Популярное объяснение я напишу ниже, взял его из дизайн-кодов городов страны (которых изучил уже около десяти).

Информационные конструкции — название компании, логотип и прочие элементы айдентики, организационно-правовая форма и прочие иненены, сфера деятельности, режим работы.
Рекламная информация — перечисление товаров и услуг, цены, акции, адреса и прочие контактные данные.

Для рекламных конструкций

Высота рекламных крышных конструкций, должна быть сомасштабна высоте фасада (от цоколя до кровли) со стороны размещения конструкции:

не более одной шестой части от высоты фасада до 15 метров;

не более одной восьмой части от высоты фасада от 15 метров.

Высота расположения рекламной конструкции должна быть не выше самого высокого объекта культурного наследия в квартале.

Нельзя делать рекламные крышные конструкции в виде плоскостных панелей.

Для информационных конструкций

Высота информационной конструкции не относительная, а абсолютная:
до 0,8 м для 1...2-этажек;
до 1,2 м для 3...5-этажек;
до 1,8 м для 6...9-этажек;
до 2,2 для 10...15-этажек;
до 3 м для зданий в шестнадцать и более этажей.
Длина информационной конструкции может быть не более половины длины фасада.
Информационные конструкции запрещены на крыше нестационарного торгового объекта (киоск, павильон и т. п.).
Запрещены информационные конструкции на крышах объектов культурного наследия (памятников истории и культуры), и всех зданий, построенных до 1953 года.
На крыше одного здания может быть размещена только одна информационная конструкция. При этом владелец такой конструкции должен занимать всё здание.

Выглядит разумно. Конструкции должны быть сомасштабны зданию. Конструкций должно быть мало, чтобы не превращать здание в доску объявлений.

Примеры

Пока в подборке только информационные конструкции, но с рекламными всё по тем же принципам. А чтобы узнать, есть ли в рассматриваемом квартале исторические здания, пользуйтесь специальной картой, что сделало иркутское региональное отделение ВООПИК (Всероссийское общество охраны памятников истории и культуры).

«Виноград», «Глория», «Людмила», «Славный», «Формоза».

«Виноград», Русиновская (ныне — Байкальская), 207)— не единственные в здании, вывеску нужно снять.
«Глория» Иерусалимская (ныне — Советская), 58А — название длиннее половины длины фасада, вывеску нужно снять.
«Людмила» — конечно, вывеска выглядит чужеродно и её нужно опустить на фриз и такое требование есть, но только для рекламных конструкций, а это — информационная. Но есть другое правило — информационная конструкция может находиться на здании, только если эта организация занимает всё здание. Здесь не так, вывеску нужно снять.
«Славный» — универмаг не единственный в здании, вывеска незаконная ещё и потому, что слишком широкая (сейчас уже снята).
«Формоза» Амурская (ныне — Ленина), 13 (уже снята) — компания занимает не всё здание, с этого ракурса видна ещё одна вывеска. Но главное — она находится на объекте культурного наследия, поэтому конструкцию нужно снять и наказать того, кто дал разрешение, если ещё возможно. Ну эта компания вообще не стремится вести чистоплотные рекламные кампании, сколько их баннеров с заборов и деревьев я лично своими руками поснимал, не пересчитать. «Формоза» давно у меня в чёрном списке, я никогда ничего у них не покупал и не буду. Вступайте в мой клуб.

«Глазково», «Купеческий двор», «Матрёшинский», «Мир пальто», «Модный квартал», «Новый город», «Орбита», остановка 23-я школа, отель «Астор», «Уют»

«Глазково» Кругобайкальская (ныне — Терешковой, 26) — слишком высокая для двухэтажного здания и слишком длинная. Нужно снять.
«Купеческий двор» Седова, 10 — слишком высокая для двухэтажного здания, нужно снять (о неграмотности напишу отдельно).
«Матрёшинский» Матрёшинская (ныне — Софьи Перовской), 3 — не могу привязаться к другим объектам снаружи и сказать однозначно, но, кажется, что буква М и эмблема по высоте больше 80 см, и, наверное, вывеску нужно снять.
«Мир пальто» Лермонтовская (ныне — Лермонтова), 281 — занимает не всё здание, нужно снять.
«Модный квартал» Нижне-Амурская (ныне — 3 июля), 25 — серая зона. Если подходить формально, то может показаться, что конструкцию нужно снять, потому что вот на фото есть дверь и вы видите, что относительно одного этажа эта надпись громоздкая. Но если рассматривать всё здание целиком, то этот эффект пропадает. С какой линейкой подходить. Но я склоняюсь к варианту оставить.
«Новый город» Ямская, 4 — нужно снять, потому что занимает не всё здание и ещё длиннее половины фасада. В законности остальной баннерной рекламы я сомневаюсь, но мэрия же может проверить.
«Орбита» Иерусалимская, 139— здесь несколько конструкций. Вот «Орбита» может остаться, а справа на том же здании справа сплошные баннеры — вероятно, нужно будет снять, если только это не элементы афиш и временного праздничного оформления. Надпись «Цветы» нужно демонтировать, потому что на павильонах надпись должна быть только на фризах.
23-я школа — существует большое заблуждение у многих чиновников и у последнего главного дизайнера Иркутска в частности, что на павильонах нужны крупные названия остановочных пунктов. Это не так, о чём я напишу в отдельном материале. Но пока нет оснований снимать эти уродливые буквы.
Отель Матрёшинская, 10— занимает второй этаж, то есть, не всё здание. К тому же надпись слишком высокая для двухэтажки, нужно демонтировать.
«Уют» — это адище правильнее всего уничтожить полностью. Но давайте по существу. У них тут даже две конструкции. А может находиться только одна. И я за ту, которая из объёмных букв, только заказчик облажался — хотел заметную, поэтому заказал красную. А что красное на красном не видно — не подумал. Вот надо её сделать белой. Но это всё имеет смысл обсуждать только если это стационарное здание. В противном случае, вывеска может находиться только на фризе или на стене. Но я думаю, что такому павильону вывеска вообще не нужна. Ни о какой айдентике для такой точки думать не надо, тут клиенту важно, чтобы принимали карты, а ночью можно было купить бухло. Название может быть при этом любым. Прочие нарушения (оклейку окон, оборачивания фасада рекламными баннерами я здесь не рассматриваю).

Правил не так много. И соблюдать их просто. Вот едет на работу Ф. С. Вологдин, Е. М. Козулина, Н. В. Лебедева или А. Ю. Шевыкина, смотрят в окно, как там любимый город, за который они ответственны, глядь — что-то на крыше. (Не на каждой крыше у нас что-то стоит, поэтому сразу бросится.) И слуга Иркутска тут же себе вопрос, значит, в блокноте пишет, чтобы разобраться. Например, почему это Газпром здание занимает не целиком, а свой знак на крышу поставил?

Так же и Элитлайн.

Иркутск, Иркутск, Ангарск

Эта оконная контора вообще не церемонится. Его несомасштабные конструкции находятся и в Ангарске. Знаю, у меня есть читатели и там. Ваш город вне сферы моего влияния, но вы сами можете его очистить, посмотрите нормативы. Думаю, у вас всё получится, как получилось у меня.

21443 от 07.11.2019

На крыше дома 25 по Амурской десять лет находится крышная рекламная конструкция фирмы Элитлайн. Пять лет назад с ней проводили работы, но не демонтировали (что следовало сделать), а установили светодиодную подсветку по контуру логотипа и остального текста, хотя эта конструкция уже тогда была незаконной — она слишком высокая.

Из пункта 3.1.2.1 решения об утверждении правил размещения наружной рекламы и объектов информационного оформления на территории города Иркутска, принято на 47-м заседании Думы города Иркутска 5-го созыва 30 мая 2013 года, следует, что «высота рекламных крышных конструкций должна быть не более одной восьмой части от высоты фасада при высоте здания от цоколя до кровли более 15 метров, со стороны которого размещается конструкция».

Конструкция почти вдвое превышает разрешённый размер.

Позже в правила благоустройства Иркутска внесли несколько положений, касающихся размещения рекламы. По этим правилам рекламная конструкция тоже должна быть демонтирована — она опять же слишком большая. В пункте 19 приложения 4 написано, что «высота информационной конструкции, размещаемая на крыше здания, строения, сооружения, должна быть не более 1,20 м для 3…5-этажных зданий.

Конструкция в самой высокой точке превышает 120 см.

Прошу ответить на следующие вопросы

Какой точный физический (а не проектный) размер конструкции (длина и высота) от края и до края?
Когда было выдано разрешение на установку этой конструкции? Какой чиновник подписал это разрешение?
Когда в последний раз продлевалось разрешение и на какой срок? Какой чиновник подписал это разрешение?
Когда эта конструкция будет демонтирована? Сообщите точный месяц и год, когда горожане больше не увидят её на крыше здания центрального перекрёстка города. Фразы „ближайшее время“ и „установленный законом срок“ — отмазка, говорите конкретно.

Ответ на первое письмо

505-70-25632/19 от 6 декабря 2019

Перевожу ответ гражданки Шевыкиной, подписанный гражданкой Козулиной.

Вопрос о размерах проигнорирован. Хотя если действительно давали разрешение, могли бы сохранить эту информацию. Если нет, то могли бы позвонить рекламодателю и узнать это у него. Но гражданка Шевыкина не из тех, кто любит точность. Нас тут много, а гражданка Шевыкина одна.
Разрешение на конструкцию выдано. Назвали должность, а имя, которое я просил, нет. Ну я не гордый, нашёл, но гражданка Шевыкина получает от меня второй страйк. Разрешение подписал в сентябре 2014 года Алексей Александрович Альмухаметов. И я имею основания подозревать, что сделал он это с нарушением закона. Потому что правила размещения рекламы, запрещающие такую громадину в центре, были приняты шестью годами ранее. Но какой с него сейчас спрос, ведь в мэрии он уже не работает.
Конструкцию демонтируют до 1 апреля.

Администрация города Иркутска в лице комитета по управлению муниципальным имуществом администрации города Иркутска (далее — комитет) на Ваше обращение от 8 ноября 2019 года, сообщает следующее.

Крышная рекламная конструкция „ЭлитЛайн“ (далее — РК), расположенная по адресу: г. Иркутск, ул. Ленина, д. 25 (со стороны ул. Тимирязева) установлена в соответствии с законодательством о рекламе на основании разрешения от 26 сентября 2014 года № 02864к, сроком действия по 1 сентября 2019 года.
Решение о выдаче разрешения на установку и эксплуатацию данной крышной РК в соответствии с действующими в 2014 году муниципальными правовыми актами города Иркутска подписано заместителем мэра — председателем комитета по экономике администрации города Иркутска.

По окончании срока действия разрешения владелец не демонтировал РК в соответствии с требованиями, предусмотренными Правилами размещения наружной рекламы на территории города Иркутска, утверждённые решением Думы города Иркутска от 3 июня 2013 года № 005-20-470795/3.

В связи с чем, в отношении крышной РК проводятся мероприятия по демонтажу в соответствии с Порядком демонтажа рекламных конструкций, установленных и (или) эксплуатируемых без разрешения, срок действия которого не истёк, на территории города Иркутска, утверждённые постановлением администрации города Иркутска от 2 апреля 2019 год № 031-06-236/9 (далее — Порядок демонтажа в городе Иркутске).

Демонтаж крышной РК, расположенной на многоквартирном доме по адресу: г. Иркутск, ул. Ленина, д. 25 (со стороны ул. Тимирязева), запланирован на 1 квартал 2020 года.

Первого апреля конструкцию не демонтировали. Спросил, будут ли отвечать за базар.

22783 от 06.04.2020

В письме 505-70-25632/19 от 6 декабря 2019 года вы пишете, что должны крышную рекламу „Элитлайна“ должны были убрать в первом квартале 2020 года. Первый квартал закончен, но конструкцию не демонтировали. В связи с этим у меня есть несколько вопросов.

Назовите точное число, когда рекламы на этой крыше точно не будет. Не используйте формулировки „ближайшее время“ или „установленный законом срок“ — это всё не означает ничего, дайте конкретную дату.

Вы не уложились в самими вами определённый срок. Какие меры взыскания будут применены к ответственным за эту работу людям? Какие меры будут применены к ответственным сотрудникам мэрии, если и к новой дате (которую вы укажете в ответе на первый вопрос) администрация не сможет убрать рекламу?

Также вы пишете, что конструкция стояла законно до 1 сентября 2019 года. У меня есть ещё два вопроса.

Какая сумма штрафа полагается компании „Элитлайн“ за то, что их реклама незаконно стоит уже полгода? В рублях.

Каким образом мэрия отслеживает, соблюдают ли регламент крупные рекламные конструкции или нет. Речь идёт о мультимедийных экранах (отдельностоящих и на фасадах домов), билбордов, крышных конструкций и так далее. Будьте конкретны в ответах, не увиливайте — если не отслеживаете, потому что не хватает ресурса, лучше так и ответить. Может быть, у меня есть решение этой проблемы, которое вам подойдёт.

Жду ответа на четыре вопроса в тридцатидневный срок.

Ответ на второе письмо

027-05-2082/20

Перевожу ответ гражданина Вологдина, подписанный гражданкой Лебедевой.

Ну не знаем мы, когда демонтируем, не знаем.
Что просрочили дедлайн — ничего страшного, наказывать мы никого не будем, виноватых нет. Это обычное дело, контролировать исполнение не в наших силах, как будет, так и хорошо.
Протокол на Элитлайн составили, направили на рассмотрение. Будет штраф или не будет, заплатят они его или не заплатят, маленький или большой, — мы без малейшего понятия, нам не интересно, вам тоже знать не надо.
Да нет никакой конкретной технологии, но, знаете, есть зато инструкция.

В ответ на Ваше обращение, направленное на внешний портал администрации города Иркутска, Комитет по управлению Правобережным округом администрации города Иркутска сообщает, что работы по демонтажу крышной конструкции „Элитлайн“, расположенной по адресу: г. Иркутск, ул. Ленина, 25 (со стороны ул. Тимирязева) будут выполнены в весенне-летний период 2020 года.

В ранее направленном ответе от 06 декабря 2020 № 505-70-25632/19 указан планируемый срок демонтажа незаконно размещённых рекламных конструкций „Элитлайн“. Планируемые сроки выявленных незаконно размещённых рекламных конструкций зависят от конкурентных процедур, предусмотренных Федеральным законом от 05 апреля 2013 года № 44-ФЗ „О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд“. В связи с этим, срок демонтажа той или иной конструкции зависит не только от срока заключения муниципального контракта, но и от согласованных с подрядчиком сроками демонтажа рекламных конструкций. В следствие изложенного, по заявленным Вами доводам о привлечении должностных лиц к ответственности по факту нарушения срока демонтажа конструкции „Элитлайн“, привлечь должностных лиц администрации города Иркутска к ответственности не представляется возможным.

В части наложения административного штрафа поясняем, что административная ответственность за нарушение муниципальных правовых актов в области благоустройства территории города Иркутска установлена законом Иркутской области от 30 декабря 2014 года № 173-ОЗ „Об отдельных вопросах регулирования административной ответственности за области благоустройства территорий муниципальных образований Иркутской области.
По результатам проведения мероприятий по привлечению владельцев рекламной конструкции „Элитлайн“ к административной ответственности составлен протокол об административном правонарушении от 23 декабря 2019 года и направлен на рассмотрение в административную комиссию для принятия правового решения.

Порядок выявления информационных (рекламных) конструкций установлен постановлением администрации города Иркутска от 02 апреля 2019 года № 031-06-236/9 „Об утверждении Порядка демонтажа рекламных конструкций, установленных и (или) эксплуатируемых без разрешения, срок действия которого не истёк, на территории Города Иркутска“.

Итак, в суперцентре города пять лет незаконно стоит рекламная конструкция, которую мэрия разрешила установить. Ещё полгода после окончания этого подставного разрешения конструкция продолжает стоять. А вопрос решается очень просто, на это потребовалось три недели после встречи, которую организовала 7 июля 2020 года Татьяна Николаевна Эдельман.

Меня пригласили на переговоры на Марата, 14. Она была посвящена рекламам Элитлайна на Амурской, потому что кроме меня ещё обращения писали и другие люди (в частности, особо усердно добивался законности Михаил С.). На встрече присутствовал депутат Вакуленко — со стороны Элитлайна, представитель управляющей компании, сотрудники мэрии, которые вели диктофонную запись, так что если я что-то где-то ниже неправильно изложу, дайте знать, напишу опровержение. Признавать ошибки — позиция зрелого человека. Упорствовать в заблуждениях — манера поведения капризного неопытного ребёнка.

Я сразу сказал, что не очень понимаю свою роль и необходимость этой встречи вообще, потому что раз конструкция незаконная, что подтверждено, то её нужно демонтировать и не мне принимать какое-то другое решение. И против Элитлайна ничего личного не имею, весной в спальне менял окно, обратился к ним.

Представитель жильцов сказал, что очень хотят, чтобы эта конструкция оставалась на месте, потому что по договору ежемесячно получают от рекламодателя пятизначную сумму, которую тратят на нужды дома. Правда, уже накопился шестизначный долг...

Ну отношение жителей этого дома к городу понятно — посмотрите, что они сделали с балконами и кондиционерами.

Представитель Элитлайна просил понять и простить — ведь это социально ориентированный бизнес, первое собственное производство окон в регионе, уважаемый директор. Мол, дайте побольше срок, мы попробуем получить новое разрешение и демонтируем старую конструкцию, поставим новую (у нас же рестайлинг) — очень нужно быть здесь, не то продажи упадут, если убрать эту пусть незаконную, но рекламу.

Татьяна Николаевна рассудила так. Раз уж мэрия пообещала мне окончательно пообещали конструкцию напротив бабра три месяца назад, то нужно убрать её максимально быстро, — за две недели, потому что не годится врать. (Браво, Татьяна Николаевна!). Вторую конструкцию, раз не просрочили срок демонтажа, убирать в рабочем режиме. Но обязательно убрать, потому как незаконная.

Это обещание своевременно тоже администрация выполнить тоже не смогла — задержка на неделю. Реклама пропала, судя по наблюдениям моих агентов, только 27 июля. Ну что поделать, если Татьяна Николаевна одна против сложившегося механизма халатных лентяев?

Фото подписчика канала „Человек-Фёдор“

Вся вот эта ситуация — путинское ручное управление в миниатюре. Городская администрация не способна к систематической работе, поэтому любой вопрос становится не рядовыми, а исключительным и может требовать личного вмешательства чиновников уровня заместителя мэра. И никакие паспорта фасадов это не решат.

Я ещё отдельно напишу про Комитет городского обустройства, новый глава которого сейчас, если не остановится в заблуждениях советской школы благоустройства, окончательно превратит свою структуру в Комитет городского расстройства.

Постскриптум

Мэрия сказала, что в работе по очистке города от незаконных конструкций они руководствуются специальным документом. Так вот в нём есть пункт 2 · 3:

Выявление самовольно размещенных рекламных конструкций на территории города Иркутска осуществляется соответствующим комитетом по управлению округом администрации города Иркутска на основании обращений граждан, организаций, информации от органов государственной власти, органов местного самоуправления о самовольно размещенной рекламной конструкции, а также в результате осуществления мониторинга территории города Иркутска с целью выявления самовольно размещенных рекламных конструкций.

Перевожу на русский: КГО находит незаконные нарушения на основании обращений и в результате мониторинга. В этом материале, который совершенно точно увидят люди из КГО есть фотографии нарушений, указаны адреса, по которым эти нарушения есть, написано, что именно нарушено. Вот как вы думаете, почешется кто-то из клерков теперь, при Преловском, чтобы убрать незаконные конструкции и сделать город чище? Давайте подождём сколько — два месяца?

Но вы можете помочь комитету городского обустройства в их работе и отправлять обращения про другие конструкции. Методичкой я вас снабдил. Главное — узнавайте, кто дал разрешение, в каком точно месяце демонтируют и кто ответственный за этот вопрос. Если будут отказывать, переносить сроки, вы знаете, кому писать.

☉

🦇 Иркутские паспорта

Thu, 26 Nov 2020 16:05:03 +0800

Мэрия Иркутска уже полтора года носится с паспортами фасадов как дурень с писаной торбой. И будет ещё неизвестно сколько носиться. Это потому что паспорта фасадов на самом деле городу пока не нужны.

В самих по себе паспортах фасадов ничего плохого нет, я даже поддержу их повсеместное внедрение, когда комитет городского обустройства и комитет по градостроительной политике будут способны к планомерной системной работе.

Но мы имеем ситуацию, когда 2 апреля 2019 администрация города приняла постановление № 031-06-235/9 об утверждении административного регламента предоставления муниципальной услуги «Согласование паспорта фасадов зданий на территории города Иркутска». В этом документе сейчас смысла не больше, чем в пакетном принятии поправок в конституцию в 2020 году: что в ней поправляли, или уже определялось федеральными законами, или могло быть ими решено (всё, кроме обнуления Путина). У нас с паспортами фасадов та же ситуация, только я не вижу, где аналог поправки об обнулении, ради которого это постановление принимали.

Уже есть нормативно-правовая база, чтобы облагородить город — снять вывески, привести фасады к единообразию. Только нужно следить за выполнением этих правил. Если раньше мэрия не могла обеспечить контроль, то какие есть предпосылки к тому, что она сейчас сможет это сделать? Судя по публикациям в Иркутском блоге таких предпосылок нет. Но сотрудники мэрии, видимо, верят, что если появятся паспорта фасадов, то внешний облик города сам станет более привлекательным, неправильные вывески и реклама тут же перестанут скрывать архитектуру, фрагментарная покраска зданий незамедлительно исчезнет, стремительно уменьшится количество визуального мусора. Само.

Представьте, что нет никакого федерального уголовного кодекса и власти города вдруг решили сделать Иркутск более безопасным. И для этого они провозглашают: «Ребята! На всей территории Иркутска убивать людей нельзя, даже если ты дочь депутата. Ещё на всей территории Иркутска нельзя воровать ничего ни у кого. Ещё на всей территории Иркутска нельзя насиловать женщин, мужчин, детей и гусей. И так далее», — то есть вводят один свод правил конкретно для этой территории. То есть для любой улицы, для любого дома — нигде нельзя убивать и грабить.

Так и с фасадами: мы уже имеем правила благоустройства, в которых написано, где можно размещать рекламу, где нельзя, какие её размеры допустимы, там же описано всё про фрагментарную окраску и всё-всё-всё остальное, что сделает облик города более привлекательным и уменьшит количество визуального мусора. Приняли один раз, а потом — нужно только ходить и проверять, всё ли в норме.

Как же действует мэрия. И так не имея ресурсов, чтобы заниматься работами по контролю, которых у неё на ближайшие годы уже просто завались, она вешает себе очередной геморрой на шею и предлагает загрузить себя дополнительной работой по согласованию внешнего вида почти каждого здания в городе.

Это представьте, приходит к гражданке Дьячкиной представитель дома 15 по Почтамтской (ныне — Степана Разина) и говорит: «Мы сделали то, что вы просили сделать для повышения комфорта и безопасности в нашем доме. Мы решили, что у нас нельзя бить, насиловать и убивать людей, нельзя воровать и вот далее по списку сто страниц». Ему Ольга Владимировна говорит: «Спасибо, хорошо, через полтора месяца приходите, я вам дам ответ, что да как».
А потом приходит представитель дома 13 по Почтамтской и говорит: «Мы сделали то, что вы просили сделать для повышения комфорта и безопасности в нашем доме. Предлагаем, чтобы у нас нельзя было бить, насиловать и убивать вообще всех людей, а ещё нельзя грабить и воровать и вот далее по списку сто страниц». Ольга Владимировна говорит: «Спасибо, приходите через полтора месяца, всё будет в лучшем виде».
А потом приходит представитель дома 11...

Вы ещё не устали? Там на одной Почтамтской таких домов несколько десятков. А и другие улицы ещё есть. На которых пока, по логике мэрии, можно (продолжая мою метафору) воровать и убивать. Какая-то глупая и нелепая ситуация.

В результате — деньги тратятся, сотрудники комитета по градостроительной политике загружены работой и имитируют бурную деятельность, МКУ «Сервисно-регистрационный центр» тоже без дела не сидит. Настолько не сидит без дела, что мне не удалось дозвониться ни в одно их отделение, никто не берёт трубку, переключается на факс после долгого ожидания.

И хотя работой загружены, паспорта фасадов в Иркутске до сих пор не оформлены, изначальный срок продлён. Но продлён не только из-за карантикул, из-за того, что МКУ и мэрия не справляются, заваленные работой, а ещё потому, что жители не спешат — не видят ценности в такой работе. Хотя сделать эту работу несложно и не очень дорого (компании Иркутска оценивают это в 35...45 тысяч рублей). Но только есть один усложняющий дело нюанс: чтобы принять этот документ, нужно собрать жителей дома, обсудить, как будет этот дом выглядеть.

А им будет о чём поговорить, даже если здание без коммерческих помещений. Фасад должен будет выглядеть единообразно. Если кто-то застеклил балкон, то, как мне объяснила по телефону сотрудница администрации, жители дома должны договориться — этот человек расстекляет свой балкон или же теперь все вынужденно будут стеклить свои балконы. В обоих случаях будут конфликты — в первом случае человек считает, что его незаконно лишают его собственности, во втором — непонято, за чей счёт будет это остекление, потому что если люди не собирались делать себе парник, то зачем теперь они будут за это платить. Я думаю, что каким бы новый срок ни был, его снова продлят.

А если нормально не договориться, то город будет выглядеть хуже, чем был. Например, на Ланинской (ныне Декабрьских Событий) в доме номер 103 на первом этаже с десяток бизнесов. Сильнее всех выделяется два — Ангария и «Штопор». Но если первые вместо кафеля, как у остальных, использовали алюминиевые фасадные кассеты, только ухудшив общий вид здания, вторые постарались сделать как надо. Чтобы понять, что «Штопор» и правда старается, достаточно посмотреть на их режимную табличку.

Обратите внимание, что табличка на кирпичной стене. Предприниматель сохранил историческую стенку. И в Прекрасном Иркутске Будущего мэрия бы по его примеру сняла бы с этого здания всю наносную обшивку. Но сейчас мэрия хочет не лучших практик, а консервации того, что есть, пусть в самом поганом виде.

Не стал делать панораму, листайте, так даже проще разглядеть разницу. Самая красивая часть фасада будет в середине

Но сейчас, судя по всему, вместо того чтобы спасти здание по примеру алкомаркета, его изуродуют. Такой вывод я делаю, потому что мне в руки нечаянно попал паспорт этого фасада: я отправлял в мэрию обращение по поводу аптеки, которая вытащила колонку и орала через неё в людей на остановке (так нельзя). И кто-то очень ответственный и обстоятельный кроме того, что нужно, прислал мне то, что не обязательно.

А вот если бы мэрия действовала по другой схеме и сперва добилась бы исполнения правил благоустройства и содрала бы фрагментированное изменение фасада, вернув дом к исходному состоянию, тогда бы, когда паспорт фасада делали, то он был бы совсем другим, чем это ублюдство, деформирующее людям вкус. Что вы делаете, архитекторы мэрии! Тут же дети ходят, учатся дурному.

Обратите внимание, что в паспорте фасада предписано использовать поликарбонат, который запрещён правилами благоустройства, на основании которых создаётся паспорт фасада

В частных разговорах с сотрудниками комитета по градостроительной политике я, пытаясь обосновать неправильность упования на паспорта фасадов, апеллировал к тому, что в правилах благоустройства всё уже указано. И даже пытался снять часть ненужной работы с сотрудников, разгрузить их для более важных дел, рассказывая о практике других городов, где после принятия дизайн-кода в каком-то виде от бизнеса перестали требовать согласовывать рекламу и вывески. Мне русофобски говорили, что народ у нас плохой, дикий, неправильный, что если не согласовывать ничего, то будут вешать что попало.

Это полная чушь. Народ у нас нормальный, и если относиться к нему с уважением и заботой, то всё будет хорошо. Если же кошмарить и притеснять, то будет соответствующая ответная реакция. Согласование вывески в полтора месяца — только потеря времени, особенно для нового сезонного бизнеса. А ведь все параметры указаны в правилах благоустройства. С ними сложность — нет уважения и заботы к пользователю. Блок про вывески должен быть понятен не только юристу, а торговке овощами из Киргизии. Нужно написать требования простым языком и проиллюстрировать на не только схемами, но и на живых примерах. Как сделала ещё в 2015 году Градостроительная школа, статья об этом в журнале «Проект „Байкал“», № 45, стр. 128...133, получив за эту работу две премии на фестивале Зодчество Восточной Сибири. Мэрии нужно посмотреть на этот проект, актуализировать какие-то пункты, что-то доработать. (А мэрия, кстати, просто взяла московский стандарт и под копирку иллюстративную часть содрала, без переосмысления, а ведь в Москве другой тип застройки и другие широты улиц, другие высоты зданий.)

Главной должна стать не разрешительная, а контролирующая функция. Например, если реклама оскорбительная или вводящая в заблуждение, то Федеральная антимонопольная служба этим займётся — сами сотрудники это увидят или кто-то из граждан запрос пришлёт. Если выяснится, что были нарушения — хозяина рекламы ждёт штраф. Но нет же такой практики, чтобы все макеты до печати отправляли в этот цензурный комитет на предмет соответствия моральным нормам и законодательству России.

Бизнес сам думает о том, как бы не попасть на штраф. Кто умнее — показывает креатив юристу, кто порисковее — делает как считает нужным. Точно так же нужно поступать и с вывесками, местами размещения рекламы, оформлением входных групп и фасадов. Оно должно стать факультативным, а не обязательным. Если в соответствии с дизайн-кодом крышная конструкция может быть размещена на этом здании, то пусть бизнес её и размещает. Написано в правилах благоустройства, что вывеска на таком здании может размещаться над окнами и дверью, в одном уровне с имеющимися вывесками, при этом чтобы размер букв не был более полуметра и не загораживались декоративные элементы здания — ну и пожалуйста, пусть бизнес это сделает. А мэрия должна только проверить (на обходах или после жалоб иркутян), всё ли в порядке. А если нет — то в течение недели принудительный демонтаж (на который потом тоже счёт выставляется), штраф в сто тысяч и наложение обязательства восстановить утраченные детали декора. Вот так дела делаются.

А вот если вдруг организация хочет сделать конструкцию, которая не вписывается в правила благоустройства, тогда она уже обязана согласовать её. И если мэрия решит, что да, природоохранные прокуратуры никак не могут без двух табличек, превышающих разрешённую площадь в восемь раз, то пусть вешают.

Здание на Арсенальской (ныне — Дзержинского), 15. Кирпич для масштаба

Я не сторонник радикальных мер и не предлагаю всё грести под одну гребёнку, потому что могут быть вывески — арт-объекты и это пространство для диалога. Конечно, немного ещё для коррупции, но на этот счёт у нас может быть какой-то ответ какого-то гражданского общества. Что-то совсем вопиющее, может быть, под давлением общества снимут.

А уникальные конструкции должны быть. И не только появляться новые, но правильно будет сохранять старые. Понятно, что визуальная культура сто лет постепенно деградировала, но неправильно сохранять только дореволюционные надписи на домах. В Иркутске есть образцы дизайна девяностых, которые нужно сохранять. Например, я очень переживаю за судьбу вывески магазина спорттоваров, которая во время реконструкции Большой Перспективной (ныне — Карла Маркса) может быть уничтожена.

Ещё один недостаток создаваемых паспортов — непонимание, как размещать аншлаги. О том, что у нас до сих пор нет стандарта, я писал ранее на «Буквах русского». И поэтому в макетах отображаются не необходимые таблички (только номер или ещё с названием улицы), никак не решается вопрос с тем, какие названия улиц размещать, если разные стороны дома выходят на разные улицы, а сам дом относится к третьей. У меня есть решение, если всё будет хорошо с донатами, успею доделать, опубликовать и передать в общественное пользование уже в этом году.

Резюме

Паспорт фасада — хорошо, но только когда мэрия научилась контролировать исполнение тех нормативно-правовых актов, на основе которых этот паспорт фасада создаётся. Если для того, чтобы демонтировать незаконную крышную конструкцию «Элитлайна» напротив бабра, нужно было совещание на уровне заместителя мэра (я не шучу, меня приглашали, я ходил), значит, нужно не напрягать обычных людей тратить деньги на какие-то бумажки и дедосить градостроительный комитет бумагами, а оптимизировать внутренние процессы. Паспорт фасада можно делать или для совершенно нового здания, или для здания, которое будет полностью меняться, или же для здания, которое уже приведено в соответствие с правилами благоустройства. Иначе, если не убрать предварительно фрагментирование фасада, вместо красивого здания город получит уродливое — существующие нарушения не смогут не влиять на решение собственников о том, каким этому дому быть.

Предлагаю оптимальный план работы для мэрии, чтобы город действительно стал почище.

Нулевая отметка. Привести все существующие здания в соответствие с действующими правилами благоустройства.

Объявить, что паспорта фасадов нужно сделать для всех (уже чистеньких, хорошеньких!) домов до конца 2025 года, поблагодарить тех, кто уже их сделал в рамках пилота.
Сделать паспорта фасадов обязательными для всех строящихся зданий (если этого ещё нет).
Обязать делать паспорта фасадов перед капитальным ремонтом зданий (насколько я знаю, сейчас есть договорённость о таком с Фондом капитального ремонта.
Пересмотреть правила благоустройства в части рекламных и информационных конструкций (дизайн-код), они оторваны от реальной жизни, их нужно в некоторых частях ужесточить, в некоторых — снять вредные ограничения, некоторые разделы добавить.
Перевести дизайн-код с юридического языка на русский, снабдить эту адаптивную версию иллюстрациями и фотографиями положительных примеров и примеров с нарушениями.
Объявить, что вывески и рекламу больше не обязательно согласовывать, но если они будут нарушать Правила благоустройства, то шестизначный штраф и демонтаж.
Объявить, что если кто-то хочет рекламную или информационную конструкцию, которая не подходит под общие правила благоустройства (размер, место размещения), то её можно согласовывать в индивидуальном порядке.
Разработать стандарт размещения аншлагов (ну или взять мой).
Направить силы клерков из комитета по Градостроительной политике на что-то действительно нужное, а вместо согласовательной работы уделить больше внимания контрольной.
Сделать доступными все готовые паспорта фасадов со всеми изменениями (в электронном виде, разумеется). Чтобы по нужному адресу человек мог найти информацию по дому и видеть его актуальное состояние и по возможности предыдущие итерации.

☉

📖 Советские автобусные остановки

Tue, 27 Oct 2020 20:05:34 +0800

Мне бы очень хотелось сделать такую книгу. Было бы приятно, если бы её издали у нас в стране. Но пока даже что-то хорошее, что было в советском архитектурном наследии, больше интересует иностранцев. И так интересует, что обычные люди проспонсировали издание через Кикстартер, да ещё и с избытком — перевыполнили план в пять раз, собрав 51 831 $.

Советские автобусные остановки (Soviet Bus Stops) — Кристофер Хервиг (Christopher Herwig),— Фуэль Паблишинг (FUEL Publishing), 2015. 192 с. ИСБН 978-0-9931911-0-7

На создание этой книги у канадского фотографа Кристофера Хервига ушло двенадцать лет. Он проехал на велосипеде, автобусах, такси и за рулём автомобиля тридцать тысяч километров по территории бывшего Советского Союза, исследуя остановки междугороднего общественного транспорта. Кристофер хронологически начал путешествие в Прибалтике, затем уже направился в Казахстан. Материал в книге выстроил по другой логике — продвижение из Азии в Европу: через страны Средней Азии на Кавказ, оттуда — в Прибалтику.

При этом по какой-то причине среди стран не представлен Азербайджан, зато есть Абхазия (с указанием, что это спорная территория). Это непоследовательно — если решили структурировать материал по принятому в СССР административно-территориальному делению, то нужно было добавить АзССР и точно не включать Абхазию. Нельзя считать ошибкой эту замену, судя по тому, как аккуратно выполнено всё остальное.

И можно объяснить появление Абхазии (хотя и с ремарками) — привлечь внимание к этому государству — не государству. Но тогда по этой логике можно предположить, что авторы хотят сказать, что Азербайджан — тоже какая-то особая территория, часть Турции, может быть? Иначе почему не удалось в целой стране найти хотя бы одной какой-то кривой-косой остановки? Я подумал, что канадца не пустили в страну из-за посещения Армении, но, кажется, такой причины для отказа не бывает.

В этом томе остановки только союзных республик. Путешествие по РСФСР — во втором томе и он у меня уже появился!

В книге не рассматриваются остановки городского общественного транспорта. И рассматриваются только автобусные остановки, потому что кроме автобусов между городами ходит только троллейбус в Крыму (от Симферополя до Ялты), между Чебоксарами и Новочебоксарском, и ещё была линия троллейбуса Саратов — Энгельс. Про остановки общественного транспорта я тоже книжки читал, но обзирать буду как-нибудь в другой раз.

У читающего книгу может сложиться впечатление, что в СССР все остановки общественного транспорта старались сделать наособицу. Но это не так. В массе это были бетонные или металлические коробки более-менее одинаковых конструкций. Ну где-то сделают из арматуры солнышко, где-то — символ Олимпиады-80. Я встречал их с небольшими вариациями везде — от Мурманска до Сочи, от Киева до Улан-Удэ. Особенные остановки встречались, но их было крайне мало. Часто они сопровождались ещё зонами отдыха. Но обычно это два разных объекта — остановка со скамейкой под крышей — отдельно, стол с лавками или «креслами» из пеньков без крыши — отдельно. Чаще всего лично я такие конструкции видел из железобетона или дерева. Фотографировал редко — в своё время сперва не видел ценности, потом — не было доступного цифрового фотоаппарата или не было возможности останавливать водителя, чтобы сфотографировать что-то интересное.

Некоторые из остановок, что я снял в Беларуси во время путешествия на велосипеде

Такие нетиповые остановки были скорее предметом искусства, они отходили от решения утилитарных задач, иногда поэтому были вовсе нефункциональными. В книге представлено несколько остановок, спроектированных Зурабом Церетели — он говорит, что подходил к вопросу как художник, а не дизайнер, поэтому у его работы могло не быть крыши. Ну так себе подход — самореализовываться за чужой счёт. Нужно учитывать специфику использования таких остановочных пунктов. Люди проводят здесь много времени. Если на остановку городского транспорта человек подходит в произвольное время и ожидает транспорта чаще всего недолго — ну, в районе десяти минут, — то здесь не так. Междугородние автобусы ходят по расписанию, и, если трасса проходит через населённый пункт, человек может подойти к нему и за десять минут. Но если село где-то в стороне от шоссе и нужно преодолеть несколько километров по второстепенным дорогам, то нужно выезжать сильно заранее. Поэтому ожидание может затянуться и на полчаса, и на больший срок. Поэтому важно сделать это ожидание комфортным — чтобы была защита от зноя, ветра, осадков.

Понятно желание архитекторов сделать остановочные павильоны особенными, потому что они были фактически местом для общения людей из разных населённых пунктов. Так автор описывает, что когда путешествовал по Прибалтике и обратил внимание на автобусные остановки, которые находились на удалении от населённых пунктов. Однажды он увидел, как к одной такой остановке, в которой уже сидел один человек, вышел из леса другой. Они начали пить баночное пиво и судачить. Остановка здесь — общественное пространство, место для бесед. Иногда люди встречались на остановках постоянно, иногда это были разные люди.

Два главных мотива, по которым появлялись особенные остановки, — инициатива жителей и профессиональное желание выразиться.

Первый случай появления особенной остановки — желание местных жителей отразить топонимику, историю или какие-то ещё культурные коды местности. В таком случае использовались обычно простые материалы, как правило, дерево и много разноцветной краски. В книге такие примеры почти не представлены, но мне кажется, что это потому, что том посвящён союзным республикам, во второй книге (про РСФСР) ожидаю увидеть таких больше. Лично я встречал подобные остановки, которые выглядели чаще всего как небольшие избушки. Понятная конструкция, легко изготовить, долговечная.

Во втором случае проектирование остановки — возможность для молодого архитектора проявить себя. В условиях ограниченности технологий и жёстких ограничений нормативов было мало места для творчества. Частное строительство не было развито — не было в Советском Союзе заказчиков на проектирование коттеджей. Многоквартирное строительство было типовым. Домов культуры, кинотеатров и прочего индпошива на всех не хватало А архитекторов вузы выпускали. Среди этих выпускников были те, кто целенаправленно шёл, чтобы творить, а не потому что родители архитекторы. И эти люди хотели сделать что-то пусть небольшое, но своё. И была область, где можно было воплотить какие-то идеи, оставить после себя след. Вот и делали архитекторы разного рода малые архитектурные формы — и в том числе такие павильоны. Возможно, даже для защиты диплома этот вариант использовали.

Автобусные павильоны из книги — отражение не того, как всё было в советской действительности, это мечты, как бы хотелось, чтобы было. На фоне начавшейся в середине пятидесятых борьбы с излишествами это особенно заметно. Здания — скучные, максимально безжизненные, но остановки транспорта на трассе вдруг какие-то удивительные.

Но в то же время такие павильоны — самое настоящее отражение того, что было в советской действительности. Люди будут жить в максимально неудобных домах с идиотской планировкой, но зато сугубо утилитарный объект — остановка общественного транспорта — будет формой монументального искусства. Причём даже не любая остановка, а та, которой повезло.

Если вы живёте не на территории бывшего СССР, напишите в комментариях, как устроены остановки междугороднего транспорта у вас. Это утилитарные вещи — или продукт самовыражения архитекторов? Удобные ли ваши павильоны, они типовые ли? Как устроен общественный транспорт — съезжают ли автобусы с трасс в ближайшие поселения или нет, если заезжают, то сколько километров — ещё не крюк; если не заезжают — то как обычно люди из сёл в стороне от шоссе добираются до этих остановок?

Автор рассказывает о некоторых остановках

Оформление

Оформлена книга очень хорошо, её не стыдно иметь дома. Как предмет материального мира могу этот том только хвалить, придираться даже не хочу. Сделано аккуратно, на совесть (хотя отпечатано в Китае). Это вызывает у меня некоторый протест — вроде бы есть какое-то противоречие между содержанием и оформлением. Казалось бы, нужно делать из какого-то хлама, потому что ну какие объекты сфотографированы там! С другой стороны, это объясняется тем, что авторы относятся к остановкам как к предметам искусства и сделали из книги альбом по искусству. Можно даже объяснить, почему такая высококачественная бумага и такое безупречное качество печати: остановки отражали окружающие культурные коды в формах и материалах, точно так же и английское (?) издательство говорит: «У нас тут, в первом свете, всё хорошо».

Ориентация в книге горизонтальная, что часто используется в жанре «альбом по искусству». К тому же форма объектов — горизонтальная, очень удачно занимает полосу или разворот. Можно было бы, конечно, разместить два изображения на полосе, одно над другим, но воздействие каждого отдельного предмета было бы более слабым, они бы конкурировали за внимание.

Лайнеры на обложке без ламинации или иной отделки, что само по себе уже смело. Это просто бумага с отпечатанным изображением, которое никак не защищается и не выделяется технически. Акцент сделан ярким широким тканевым корешком. Очень приятным на ощупь. И не только мне: Иван Генрихович поточил об него когти.

На обложке название написано шрифтом, отсылающим к эстетике 80-х годов и написано на двух языках — русском и английском. Символы неродного языка — способ привлечения внимания. Текста на русском больше в книге не будет, даже на оборотной стороне обложки — надписи только на английском.

Форзац и нахзац одинаковые, но это нестрашно. Паттерн простой и красивый.

Каптал тёмно-красный, в тон корешку.

Бумага — высокобелая чистоцеллюлозная, каландрированная. Если бы напечатали на нежно любимой людьми без вкуса блестящей меловке, получили бы другой эффект и всё испортили.

Используется два шрифта. Вёрстка текста в начале и в конце книги — двухколоночная, строгая. Не везде выглядит аккуратно, иногда колонка получается очень рыхлой. Лучше бы использовать правый флаг. Но решили, видимо, транслировать отношение к графическому дизайну архитекторами. Видно, что верстали англичане: нормы типографики не совсем такие, как у нас: и разряды отбивают запятой, и кавычки одинарные, и тире без пробелов.

Текст, набранный заглавными в основной части не разряжают и не набирают капителью, что было бы уместно, выглядит не очень. А вот те же самые названия стран в подписях к фотографиям набирают капителью, смотрится выигрышнее.

А это я специально для этого обзора съездил в Бурятию и снял несколько современных остановок.

Эту книгу не продам, но избавляюсь недорого (или даром) от кучи других.

☉

Проголосовать за следующую рецензию из шорт-листа можно бесплатно в Телеграм-канале «Человек-Фёдор».

Единоразово поддержать выпуск книжных рецензий — форма ниже, для регулярных автоматических подарков — Бусти.

🦇 Голова профессора Менделеева

Mon, 29 Jun 2020 22:24:36 +0800

Рассказал об этой истории Елене Ивановне Григорьевой, а она мне говорит, что это мне надо быть более настырным, чтобы сохранить детали города. Странно, что архитектурное наследие Иркутска должен сохранять я и такие как я, а не Союз архитекторов, манифестирующий это своим уставом.

В Иркутске не так много муралов и барельефов, и каждый из них нужно стремиться сохранять. Пример хорошей работы размещался на пересечении Советской и Байкальской.

Иркутск Яндекс.Карты — поиск мест и адресов, городской транспорт

Если панорамы не грузятся, вот статичные картинки

Яндекс и Гугль: 2010, 2013, 2014, 2017, 2017

Я застал его уже в печальном виде — стена в рекламе, а со временем баннеры закрыли и сам портрет Менделеева.

Со временем фасад очистили от мусора, но вместе с ним исчез барельеф, здание стало беднее, скучнее. Решил узнать, — это недоразумение или злой умысел. Отправил запрос в мэрию.

На фасаде дома 3 по улице Советской находится мурал на химическую тему. В верхней части его находилось скульптурное изображение головы Дмитрия Менделеева. Ещё пять лет назад она была на месте, что подтверждает сервис «Яндекс-панорамы», сейчас её нет.

Будьте любезны, поясните мне следующее.

По чьему распоряжению портретный барельеф великого химика демонтировали и какова его дальнейшая судьба?
Если Менделеев был украден, то собираются ли городские власти восстанавливать его?
Если городские власти собираются восстанавливать портрет Менделеева, то когда это планируется и будет ли это полная историческая реконструкция или совершенно новый макет?
Если это совершенно новый макет, то какой процесс выбора исполнителя, утверждения макета, материала, технологии? Как можно поучаствовать в этом конкурсе, тендере?

Ответ пришёл через двадцать восемь дней.

На ваше обращение в адрес администрации города Иркутска по вопросу размещения изображения Дмитрия Менделеева на фасаде здания, расположенного по адресу: город Иркутск, ул. Советская, дом 3, сообщаем следующее.

Согласно информации, предоставленной муниципальным бюджетным учреждением культуры «Музеем истории города Иркутска им. А. М. Сибирякова», мурал с изображением Дмитрия Менделеева был частью проекта здания для научно-исследовательского института «Востсибхимпроект», построенного в 60-х годах 20 века.

В связи с тем, что здание, расположенное по адресу: город Иркутск, улица Советская, дом 3, не является муниципальной собственностью, в администрации города Иркутска отсутствует информация, связанная с демонтажем мурала с изображением Дмитрия Менделеева.

По данному вопросу администрацией города Иркутска направлен запрос на имя управляющей компании, обслуживающей данное здание. О полученном ответе вы будете проинформированы дополнительно.

Первый ответ из мэрии

Через время пришло ещё одно письмо с приложением.

Мурал с изображением портрета Дмитрия Менделеева был демонтирован в 2014 году. При инспекции фасадных конструкций выяснилось, что его крепление с течением времени пришло в негодность, в связи с этим, конструкция представляла угрозу обрушения. В целях безопасности пешеходов было принято решение её демонтировать.

Второй ответ из мэрии (с приложением)

Вот такое отношение к истории страны, народа и города у директора Востсибхимпроекта (или у его завхоза, неизвестно ещё, кто главнее в таких решениях). Вот такое отношение к этому и у Виталия Владимировича Барышникова, главного по культуре в Иркутске. Даже не было попытки узнать, а что с головой-то, можно ли её вернуть.

Мне кажется, что портрет сняли, когда демонтировали рекламу, — заодно. А если это и не так, если там действительно проблемы с креплением, почему нельзя было сделать крепление надёжным? Самолёты собирать умеем, а кусок железки к стене прикрепить — нет. Технологии пятидесятилетней давности уже утеряны. Большой удачей будет, если портрет где-то на складе и его можно вернуть на место. Трагедия, если его сдали в переработку или отвезли украшать гараж на даче.

Хочется, чтобы великий русский химик вернулся на место. И чтобы мы видели мурал чистым, как десять лет назад.

Менделеев ещё не представляет угрозы пешеходам, 2008 год

☉

Поддержите, если хотите, чтобы я был более настырный через форму ниже. Или лучше сразу подписывайтесь на ежемесячную автоматическую поддержку редакции.

🧠 Центр некомпетенции

Tue, 02 Jun 2020 00:07:57 +0800

Я назвал халтурой работу некоего центра компетенций, пора отвечать за слова. Разбирать эту работу в самом царь-посте о покрышках я не стал, потому что там речь о другом, лучше сделать это в отдельном материале.

Не буду рассматривать ошибки в тексте (2-х вместо двух, например), * и x (или х) вместо ×, пробелы перед запятыми и отсутствующие пробелы между цифрами и единицами измерения, незакрытые скобки — архитекторы же не изучают русский язык и вёрстку, а мы не на диктанте и не на зачёте по курсу типографики.

Работа — ПДФ в 78 МБ из нескольких разделов:

о каталоге,
термины и определения,
скамьи и лавочки,
вазоны,
велопарковки,
ограждения и ограничители,
детское и спортивное оборудование,
покрытия,
озеленение,
элементы освещения,
модули общественных пространств.

Из текста раздела «О каталоге» следует, что создатели основывались на работах проекта Дом.рф и «Стрелки». Я и сам понял, что без них не обошлось, потому что схемы, использованные в файле, отдают чем-то таким. Но если посмотреть на образцы в фотографиях и рендерах, становится ясно, что работы ОГБК «Центр компетенций» при Службе архитектуры Иркутской области здесь гораздо больше, чем «Стрелки».

Главная моя претензия к этой работе — непоследовательность даваемых рекомендаций внутри себя и слабая связь этих рекомендаций с предлагаемыми товарами. Это действительно скорее каталог товаров каких надо производителей, чем методические рекомендации. Люди, которым адресовались авторы, не будут читать текст рекомендаций (тем более что он в некоторых разделах отсутствует), они будут сразу переходить к образцам, наивно полагая, что эти образцы а) качественные, б) проверены на соответствие рекомендациям. Печальнее всего последний раздел, где демонстрируются варианты компоновки мафов в общественных пространствах. Впрочем, давайте по порядку.

Скамьи и лавочки

В разделе со скамейками рекомендация сбоку от скамейки оборудовать место для детской или инвалидной коляски, а спинку лавок рекомендовано делать под углом 101…108°, глубина сиденья рекомендована от 45 см.

И на той же самой странице несколько схем размещения скамеек в пространстве, где место колясок занимают урны.

Я обращаюсь только к этим двум характеристикам, потому что по фотографиям и плохим рендерам и описаниям образцов можно понять, что не все они соответствуют этим двум требованиям. Чтобы понять, как обстоят дела с другими скамейками, нужны более качественные фотографии и более подробные описания.

Некоторые изображения покажутся вам уродливыми, но не спешите с выводами: это Юмагс использует скрепную обратную перспективу, чтобы как на иконах

Урны (раздела нет в содержании)

С урнами тоже не всё соответствует рекомендациям, хотя это сложно проверить по предложенным картинкам.

Рекомендовано использовать урны с отверстиями в дне, чтобы вода не застаивалась, но первая же урна из рекомендованных стоит у меня перед подъездом, и я знаю, что там отверстий нет. Дворник даже просил, чтобы я оставил в управляющей компании заявку на сверление дырок.

Управляшка сделала дырки как могла — пробила их снизу снаружи внутрь и вода теперь неминуемо застаивается, она не может до конца вытечь, можно было сделать аккуратнее. Но акт я подписал.

У меня вот точно такая же, только не дуги, а прямые перекладины

Отдельный вопрос — сложность опустошения этих урн, без пакетов невозможно доставать всё со дна, выгребать из углов. Так я начал собирать стёкла, которые достаю из земли во время перекопки, туда не выбрасываю, а оставляю вдоль бордюра или складываю в отдельную свою небольшую мусорку, чтобы потом дворнику высыпать в его передвижной мусорный бак, чтобы он не порезался, очищая эту неудобную урну, которую поставил город.

Вазоны

Сказано, чтобы у основания были пазы для механизированного подъёма и продуманы крепления. Крепления на таких маленьких картинках найти сложно, да и нужны они для относительно лёгких ящиков, не из камня. А вот пазы для подъёмников я увидел не везде. Высота рекомендована в 60 см, «чтобы не создавать визуальных помех».

В городе, где миллион лишних столбов, где стоят рекламные тумбы в три метра высотой, а остановки общественного транспорта настолько огромные, что в них вмещается иногда два мелких бизнеса, заборы продолжают красить в оранжевый, упоминание визуальных помех звучит смешно. К тому же сама по себе высота вазона ничего не определяет — в него можно посадить какие-то невысокие цветы, а можно — можжевельниковый куст. Но раз уж решили ограничить, то давайте ограничивать. Здесь же есть образец в 64 см.

Велопарковки

Но самое смешное — с велопарковками.

О них написано всё правильно, хорошие схемы.

Но как образцы предлагаются конструкции, некоторыми из которых неудобно или опасно пользоваться.

Никогда нельзя такое покупать

Правильная велопарковка позволяет закрепить велосипед не за колесо, а за раму. Так не погнётся обод, нельзя просто открепить колесо (а с эксцентриком это делать очень просто), чтобы увезти самое ценное. Подробнее об этом — в презентации Велоиркутска, ПДФ, 5 МБ или на сайте.

Я у них и себе к дому закажу чуть попозже одну стойку для своего велосипеда.

Ограждения и ограничители

В разделе с ограждениями нет никакого текста. Это очень плохо. У нас в стране заборчики, заборы и заборищи очень любят. Забор — это ещё одна волшебная палочка, вроде краски. Когда участок земли обнесён по периметру ограждением, считается, что вся площадь внутри благоустроена.

Меж тем функцию ограждения может выполнять кустарник (и это будет похоже на настоящее благоустройство), а иногда достаточно просто столбика, если нужно ограничить въезд машин (со столбиками магия благоустройства не работает, нужен замкнутый контур, поэтому ими пренебрегают). В этом разделе можно было бы попробовать описать способы действительно необходимого использования заборов, возможно, это бы даже кто-то прочёл, понял и начал использовать — тексты в других разделах у меня не вызывают несогласия. Надеюсь, что эту оплошность устранят.

Что касается внешнего вида предлагаемых заборчиков — я не понимаю, почему это хорошо. Кроме цены покупки, нужно думать и о цене эксплуатации — как мыть, красить, ремонтировать и заменять объекты. С такой конструкцией, думаю, уход будет осложнён, стареть такой забор красиво тоже не будет.

Столбики вот те, которые нейтральные, ещё ничего, но металлические — это страшная печаль. Неужели во всём Иркутске нет ни одного архитектора, который мог бы сделать красивый и экономичный столбик, отражающий идентичность старинного русского города, а не ГУФСИН. В Европе-то смогли.

Детское и спортивное оборудование

То, что текст писали не местные компетентные специалисты, а какие-то люди из Центра, выдаёт текст раздела об оборудовании площадок: «В холодном климате следует подбирать тёплые материалы: дерево, полимерные покрытия». Если бы писали иркутяне, то они могли бы задуматься о том, как отразить идентичность места. Теперь же у нас будет то же самое, что в другом городе страны. Зеки-то, наверное, в России везде по одним лекалам работают.

К этому разделу у меня вопросов нет, могу только порадоваться, что, судя по картинкам, эпоха ярких цветов на всех поверхностях уходит в прошлое. На площадке должны быть заметны дети, а не инвентарь. Сейчас цвета в массе приглушённые, спокойные, не без ярких элементов, но уже нет того буйства (но один образец дурновкусия проник в пособие, здесь я не буду его приводить из гуманистических соображений).

Озеленение

Раздел про озеленение — рекламный проспект Горзеленхоза. Нет контактов никаких других питомников. Также не указаны важные характеристики. Например, размер взрослых растений: просто по картинкам из Пинтереста непонятно, вот спирея — больше рябинника или нет? Ещё можно было бы указать месяцы цветения, теневыносливость, пригодность для высадки вдоль дорог и так далее.

Высота саженца не даёт представления о том, насколько большим растение станет в будущем

Чтобы немного восстановить справедливость, дам список питомников Иркутска на 1 июня 2020 года (дополняйте в комментариях):

Агро-ярко (жена ходила на их лекции по ландшафтному дизайну);
Байкал-флора;
Газоны Сибири;
Клумба.ирк
Мегетский лесопитомник;
Питомник Шичалина;
Райский сад;
Сады Сибири;
Санами (я покупал саженцы у них);
Сибирский сад Леонтьевых.

Покрытие и освещение

Два этих раздела я не могу комментировать, потому что не вижу существенных различий между концептуальными схемами и предлагаемыми образцами. Если вы видите — напишите в комментариях.

Модули

Озеленение ещё упоминается ниже, в разделе про модули, но эти схемы настолько сферические в вакууме, что нет никакого смысла их сейчас всерьёз обсуждать. Попытки собрать из этих модулей что-то цельное — полный провал.

На рисунке показано, что сибирские яблони посажены через метр с небольшим. Я, конечно, не ботаник, но мне кажется, что им будет тесновато. Ладно. Почему в нишах между этими яблонями стоят скамейки без спинок? Ведь было бы приятнее оставаться здесь надолго. По материалам предлагаемые мафы не очень дружат. Если вазон не полированный, то всё в порядке, он к плитке подойдёт. Но урна со своей дугой не рифмуется ни с изломом фонаря, ни с параллельно-перпендикулярной лавкой.

Следующие две схемы я не буду комментировать, потому что это импотенция проектировщика. Пора бы к 2020 году уже узнать, что люди не ходят под прямыми углами, что надо как-то поинтереснее, поестественнее делать. Пространство должно хорошо смотреться не из космоса, а для людей, которые тут ходить будут.

Но самая катастрофа — последняя схема. Пластика фонаря, урны и скамейки не рифмуются друг с другом ни в одной паре. Это просто позор.

С одной стороны хорошо, что о необходимости такой работы задумались. Правильно, что решили поддержать местного производителя, но только методическая работа половинчатая, а образцы — уродливые. Люди, которые будут что-то закупать, не станут читать методические рекомендации с красно-чёрными схемами, мало кто любит инструкции и уж как ставить скамейку — каждый знает не хуже, чем как править страной. Основное внимание будет на фотографии и кривые рендеры. И люди, у которых со вкусом не очень, могут ошибочно подумать, что вот именно такое и нужно закупать. Мне кажется, самое правильно будет эту работу отозвать и переделать так, чтобы в следующем материале я это всё только нахваливал. Очень хочется, чтобы так и случилось — Иркутск и область достойны качественной среды, а не уголовной.

☉

🧠 Мифический Союз архитекторов

Sat, 18 Jan 2020 14:24:38 +0800

Чтобы более эффективно заниматься общественной работой, а не просто растить свой сад, я пробовал попасть в Общественную палату. Негодяи из мэрии сорвали выборы, а подлые люди — промолчали насчёт этой ситуации. Даже члены этой самой Общественной палаты промолчали, хотя они уже были не просто горожанами, а находились в роли людей, представляющих интересы иркутян.

Среди них трое — Козак, Стегайло и примкнувший к ним Малинович — члены Общероссийской творческой профессиональной общественной организации «Союз архитекторов России». Сокращенно — Союз архитекторов России или Региональное отделение Союза архитекторов России. Существует мнение, что эта организация — настоящая и имеет право выдвигать своих членов в ту же самую Общественную палату.

Но на самом деле это не так. Я изучил Устав Союза архитекторов России и считаю, что работающая в Иркутске контора, лишь выдаёт себя за его региональное отделение. За ежемесячную мзду в 300 ₽ с человека она только обеспечивает корочку для бесплатного прохода в музеи.

Да только в Иркутске столько музеев-то нет, чтобы имело смысл такой абонемент выкупать.

Сейчас объясню, почему эта организация похожа на самозванца.

Всё как в настоящей конторе — даже должности есть

Численный состав по состоянию на 21.12.2019 г. — 130 человек. Сергей Александров, Сергей Демков, Руслан Хотулёв, Женя Ямова — вы-то как туда попали?!

Организация эта, судя по её деятельности, вовсе не общественная, а коммерческая. Она зарабатывает на членах. В открытую — на членских взносах (всего — 39 000 в месяц), но ещё же можно торговать маркой — экспертным мнением (сколько стоит оно — знают только продавцы и покупатели). Отсюда следует, что даже если мнением не торгуют, то всё равно выходит так, что ключевой показатель эффективности для учредителей и выгодоприобретателей — количество членов этого союза, а не качество его работы.

Если бы это было настоящее отделение Союза архитекторов, тогда оно бы функционировало совсем иначе и мы бы жили в другом городе. Но у нас — лже-союз архитекторов, который:

не отчитывается периодически;
не содействует развитию российской архитектуры как неотъемлемой части отечественной истории и культуры;
не содействует формированию полноценной среды, не сохраняет архитектурное и историко-культурное наследие;
не содействует защите общества от непрофессиональных действий в области архитектуры и градостроительства;
не повышает авторитет и общественную значимость профессии;
не защищает профессиональные интересы и законные права архитекторов (о чём постоянно говорит Ольга Жуйкова);
не защищает интеллектуальную собственность и авторские права архитекторов (права на результаты интеллектуальной деятельности);
не готовит предложения по совершенствованию и развитию системы архитектурного образования и художественно-эстетического воспитания детей.

Если дела обстоят иначе, то докажите это.

В пользу того, что это — не настоящий союз, а собрание экспертов по вызову, говорит то, что настоящие проблемы города замалчиваются. На сайте этой организации нет ничего ни об одном спорном проекте в городе — о реконструкциях, выводе памятников, их уничтожении.

Я не видел публичных заявлений от лица действующего союза о том, что он предпринимал какие-то действия, чтобы спасти дом на Фурье, Курбатовские бани, Красные казармы.

Настоящий союз архитекторов уже отправил бы обращение в мэрию с просьбой демонтировать салфетницы на здании Инязя, а автора этого проекта лишил бы членства в Союзе за нарушение Кодекса профессиональной этики. Но я знаю, что иркутский Союз архитекторов публично не выступал со своим консолидированным экспертным мнением. Возможно, потому что пойти против правды и написать, что здание похорошело, всё же мешает совесть, а сказать правду — очко играет (идея поставить «салфетницы» — мэрская). Профессионалы в массе стыдятся этих треугольных щитов — имена авторов безграмотного позорища скрыты, и только один архитектор согласился дать комментарий по этому вопросу и подписался под ним.

Я прошу не путать личную позицию архитекторов или организаций, в которых они работают, с работой Союза архитекторов. Например, журнал «Проект „Байкал“» — подвижничество Елены Ивановны Григорьевой. Единственный регулярный журнал об архитектуре, выходящий в России, провинциальная гордость. Или работа Ольги Жуйковой по возвращению исторического облика бывшей «Снежинки» — это её дело, а не Союза архитекторов.

Выдавать личные успехи членов организации за её работу рекомендовал Станислав Гольдфарб на декабрьском заседании Общественной палаты, будьте бдительны, разделяйте личных баранов и государственных.

О делах местого отделения Союза архитекторов можно узнать из его сайта. Настоящее отделение должно было бы по уставу информировать людей о своей работе, но если этого не происходит, то сами понимаете.

Раздел «Деятельность» пуст

В разделе с новостями на 18 января 2020 года опубликована 31 новость, начиная с 4 декабря 2016 года. Это меньше штуки в месяц. Но количество этих новостей — не показатель. Посмотрите на их качество, на содержание. И подумайте, могли ли эти новости быть опубликованы на любом другом сайте, а не на сайте профессионального иркутского сообщества архитекторов.

14 (четырнадцать)

О выходе нового номера журнала «Проект „Байкал“». Анонсы о выходе нового номера может написать кто угодно — у журнала собственный сайт, и узнать о новом выпуске просто.

7 (семь)

О конкурсах и конференциях, которые проходят не в Иркутске, — то есть о которых правильнее писать на региональных сайтах Союза архитекторов (если эти события в России) или на федеральном сайте того же союза (если события за рубежом). Написать об этом может кто угодно, информация об этих событиях доступна в любом крупном архитектурном паблике.

4+4 (два типа по четыре штуки)

1. О вступлении новых членов — Евгений Чупарин, Антон Былков, Натальия Шестопалова — возможно, действительно есть такое имя, возможно, контент-менеджер не определился, нужно писать Наталья или Наталия, и решил совместить, Валерия Нуянзина и Валерий Смолин. Всего за три года пять новых членов. Написать об увеличении численности собственной организации для повышения её легитимности в глазах несведущих — святое дело.

2. О конкурсах и конференциях в Иркутске. Один из них — про Байкал

1+1 (два типа по одной штуке)

1. О присвоении звания заслуженного архитектора России Игорю Козаку. Это новость, которую может написать любое региональное сми — информация об Игоре Владимировиче и других награждённых есть на сайте областного правительства.

2. О шашлыкинге на Старый Новый год — 2017.

Союз архитекторов может владеть собственностью, которая может приносить какой-то доход, а может — ничего не иметь и вообще платить аренду за здание. Поэтому я не знаю, есть ли у Союза средства, чтобы нанять специалиста в помощь секретарю, который сам не справляется с обязанностями, накладываемыми на него должностью. Но если бы было о чём писать, думаю, что Союз бы нашёл возможность. Не думаю, что из полутора сотен людей никому нельзя доверить пароль от админки сайта и никому не интересно рассказывать о важных делах общности, частью которой он является.

Если бы это была настоящая организация, то я бы нашёл среди публикаций обсуждения градостроительной политики администрации, информацию о работе по защите архитектурного наследия, о профессиональном порицании Олега Бадулы за поликарбонат в оформлении Иерусалимской горы, Кобы Шемазашвилли за дом 26 по Нижне-Амурской (ныне — 3 Июля).

Не нашёл я на сайте Союза публикаций о том, что кого-то исключили из членов. Но такие случаи были, оказывается — статья 2004 года на Байкал-инфо об исключении Евгения Третьякова.

А ведь это возможно, и если подойти к вопросу честно и благородно, то те 130 человек можно здорово проредить. Но это было бы нужно той организации, которой важна репутация, а не той, которая заинтересована в большем количестве членов для увеличения собираемости дани.

Для справки: список причин, по которым человека могут лишить членства:

Причинение вреда интересам Союза и нанесение ущерба авторитету Союза;

Неуплата вступительного взноса или членских взносов в течение календарного года;

Вступление в силу приговора суда о совершении умышленного уголовного преступления;

Грубое и (или) неоднократные нарушения членом Союза Кодекса профессиональной этики российского архитектора.

Посмотрите на четвёртый пункт, а потом — выйдите на улицы города и посмотрите внимательно на то, что осталось от 19 века, и на то, что построили в 21. Мне как горожанину обидно, что нам с серьёзным лицом говорят, что в этом и заключается работа Союза.

Ещё раз. Если кто-то говорит, что отдал много сил Союзу архитекторов — это вообще не значит, что этот человек отдал силы городу. Если архитектор выражает недовольство чем-то, что-то защищает или осуждает, то это не позиция Союза архитекторов, а его личное мнение, даже если он и член этого объединения. Разумеется, если Союз обсуждал этот вопрос и принял общее решение и уполномочил какого-то человека это мнение озвучить, тогда да. Но вы видели такое?

Очень жаль, что в Иркутске нет Союза архитекторов как объединения честного профессионального сообщества архитекторов. И если оно появится, то только под другим названием — это уже занято и скомпрометировано.

Но очень хочется, чтобы была какая-то профессиональная организация архитекторов, чтобы представлять интересы горожан, гражданского общества и настоящих профессионалов.

Другие союзы

А про Союз дизайнеров что-то слышали? То-то, у него даже сайта нет (и не было). А в 2017 году местное отделение вообще ликвидировали.

Может быть, есть какие-то ещё союзы, которые на самом деле занимаются чем-то достойным, а не самоудовлетворением тщеславия своих членов?

Если видишь надпись «союз дизайнеров (художников, поэтов, музыкантов и т д) России» это значит, что собрались мутные бездельники, считающие себя творческими людьми.

Если дизайнеры и соберутся вместе, то ради нормального дела или пива попить, а не для объединения в «союз».

— Constantine (@CKonovalov) 17 января 2020 г.

Константин Коновалов, настоящий дизайнер

☉

У читателей этого блога членских взносов нет. Но всегда можете поддержать отдел расследований через форму ниже. А можете подписаться на ежемесячную автоматическую поддержку редакции, члены этого клуба получают некоторые бонусы, не пропуск в музей, а кое-что иное.

🦇 БТИ

Sat, 19 Jan 2019 00:47:40 +0800

На Тихвинской улице (ныне — Сухэ-Батора) находится 150-летняя усадьба Вульфа Храмченко. Красивое кирпичное здание, в котором располагается несколько муниципальных учреждений, в том числе — Комитет городского обустройства, отвечающий за облик города. Сейчас фасад обезображен ящиками кондиционеров и рольставнями. Если без этих артефактов можно обойтись, то от вывесок или режимных табличек никуда не деться. Но они не должны быть абы какими, их нужно вписывать в среду. С этим у собственников (или арендаторов) есть сложности.

Сейчас покажу, как менялся внешний вид здания на картах Яндекса. Ну или посмотрите на панорамах Гугля, если они вам больше нравятся.

Вот так дом Храмченко выглядел в 2010 году. Из трёх табличек одна слишком яркая, не подходит к фасаду. Обратите внимание на стоящего человека: на уровне его глаз должна быть основная информация. Далее нам это знание пригодится. Все три висят выше, чем надо бы, читать информацию с них неудобно. Все три таблички, может быть, и имеют одинаковые пропорции, но размеры и материалы у всех разные, поэтому выглядит это очень небрежно.

Хотя я тут больше про таблички, но посмотрите и на урны — они разного размера и формы. Но это не так бросается в глаза из-за нейтральных цветов. Ещё — рольставни уже успели врезать. В Прекрасном Иркутске Будущего их, конечно, здесь не оставят

В 2014 году были изменения. Сменили все три таблички, но теперь аккуратной можно назвать только одну. Опять же у всех недружественные пропорции, а у одной — чудовищный размер. Не думаю, что у дизайнера (или заказчика) дома на двери табличка с номером квартиры формата А2.

Толку-то от цветов на балконе, когда всё внимание захватывает кусок жёлтого пластика. И про урны: мало того что их не привели к единообразию, так ещё сильнее подчеркнули разницу между ними — одна стала синей

А вот как здание выглядит на панорамах того же Яндекса в 2017 году. Тут постарались сделать всё в единой гамме, но так бестолково! Что мешало сделать левую и правую таблички одинакового размера или вообще разместить график работы и название организации на единой — я не знаю.

Ну хотя бы урны покрасили в одинаковый незаметный цвет. И обратите внимание: ящик кондиционера повесили не на фасад, а поставили на балкон. Все бы так!

В Иркутске введён дизайн-код, но добиться его соблюдения мэрия пока не может. Не хватает ресурса. А я сейчас его им найду.

В Москве после введения дизайн-кода предприниматели не обязаны больше согласовывать типичные вывески с городом: описан разрешённый размер, есть понятные схемы-иллюстрации. Предприниматели, в зависимости от ситуации, делают надписи с подложкой или без неё, используют буквы не более определённого размера, а режимные таблички — вешают как посоветовано.

Сотрудники столичной мэрии сняли с себя всю бессмысленную работу по согласованию. Предприниматели не ждут полтора месяца (что для сезонного бизнеса катастрофа), а делают так, как, по меньшей мере, не уродливо. Если нарушат правила — тогда демонтаж и штраф, проще соблюсти правила, от этого выиграют все. Но демонтаж и штраф были бы и в случае незаконного размещения — что раньше, что сейчас.

И с новыми правилами чиновники решили делать как делали: всё равно всё утверждать. Ясное дело, что порядок соблюдают не все, и сотрудники, вместо того чтобы, в том числе, искать нарушения на улицах и как-то реагировать на них, тратят время работают с добросовестными людьми, которые и так бы всё сделали правильно. В результате все проигрывают: сотрудники мэрии задедошены жалобами горожан на неправильную установку с одной стороны и обращениями за согласованиями ответственных предпринимателей — с другой.

Если бы у нас работал дизайн-код в его московском формате (разрешения не нужны, но действуют суровые штрафы за нарушение регламента), город было бы проще сделать красивее.

Пока же имеем это

Я написал обращение в администрацию, чтобы здание привели в порядок, ну раз в мэрии не знают, что на здании, в котором находится Комитет городского обустройства, такой бардак.

14818 от 09.03.2018

Администрация чистит город от рекламы и вывесок, не соответствующих правилам благоустройства, ФЗ «О рекламе» и другим законам. Однако некоторые государственные, региональные и муниципальные организации сами не соблюдают эти нормы. Например, БТИ Иркутска и Иркутской области (Сухэ-Батора, д. 11).

Согласно Правилам благоустройства, верхняя вывеска должна быть выполнена без подложки, из отдельно стоящих букв. Также, согласно своду правил русского правописания, принятому в 1956 году и действующему до сих пор, после сокращения г. нужен пробел.

Используя вышеупомянутые Правила благоустройства, а также рулетку и калькулятор, я выяснил, что площадь левой таблички с графиком работы превышает допустимую в три, а правой — в четыре раза.

Прошу привести фасад исторического здания в порядок. В соответствии с ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации» прошу ответить мне в 30-дневный срок.

Таблички спустя несколько месяцев сняли, правда, пришлось для этого написать ещё и в Общественную палату.

А потом на место одной табличек повесили новую. И её площадь опять превышает разрешённую, на этот раз — вдвое. Как будто я не пойду и не проверю. Что интересно, точно такого же размера таблички и у управления по градостроительной политике и у других муниципальных структур. А вас, коммерческая организация, оштрафуют за превышение размеров. Все животные равны, но некоторые — равнее.

Можно — 40×60 см, а висит — 60×80.

Полистайте влево-вправо карусельку ниже: как есть и как могло бы быть. Конечно, в Прекрасном Иркутске Будущего мы и рольставни снять заставим.

Табличка с режимом работы не должна быть видна из космоса. Она нужна пешеходам, которые идут мимо, а не едут на машине или находятся на другой стороне улицы. Если вы собрались посетить в организацию наобум, не зная её графика, то какая разница, прочитаете вы расписание работы уже возле входа или за двадцать метров до него, — вы же уже приехали через весь город, потеряли время! А с аккуратной, сомасштабной табличкой здание будет выглядеть приличнее.

На вёрстку этого варианта я потратил десять минут, из которых три — поиск герба области в .eps, а не .cdr. Не претендую на то, что это потрясающий дизайн, но это лучше, чем было, по следующим причинам:

табличка не нарушает закон;
она лучше вписывается в среду, табличка «растворяется» на фоне, незаметна для наблюдателя, который смотрит на здание целиком;
информация разделена на более и менее значимую;
прямо здесь у меня график работы, и теперь не нужно делать ещё одну табличку, что экономически целесообразнее и щадяще к фасаду;
более современная вёрстка как бы говорит «Знаете, у нас тут Иркутск — город столичный, чиновники уже на стиле, знают, что такое „клиентоориентированность“, „джетлаг“, „мэшин лёрнинг“, „биг дата“, „дип трот“ и „эджайл“. Приходите к нашим чиновникам!».

Да, раньше табличка была крупнее, но в этом не было никакой пользы: большая серая плашка просто говорила, что тут висит какая-то табличка, ничего больше, прочитать-то ничего нельзя, всё мелко и слеплено. Но это не нужно. А с обозначением входа прекрасно справляется большая деревянная дверь.

У меня, конечно, пережатые джипеги в карусельке выше, поэтому ошибаться, но мне кажется, что в моём варианте слово «БТИ» находится и угадывается (если даже не читается), а в старом варианте, при том, что он крупнее, самое главное потерялось и его не видно.

Когда будете набирать текст, делайте как я: не берите Ариал и, набирая одними заглавными, не забудьте добавить разрядку.

Конечно, прямо сейчас жду комментариев людей, у которых всё чёрное — траурное. Это пишут особые весёлые люди с двоемыслием в терминальной стадии: они не замечают, что едут на работу в траурных автомобилях в траурных пиджаках с траурными дипломатами, читая этот пост с траурного телефона.

Чёрный сам по себе никакой не траурный цвет. Равно как и не торжественный, не благородный и не строгий. Должно сложиться несколько параметров, чтобы объект начал восприниматься каким-то. Вот такие мемориальные таблички, которыми по какому-то недоразумению разрешила забомбить город комиссия по топонимике и управление архитектуры — траурные в большей степени: они так же чудовищно свёрстаны, изготавливаются из того же материала, по той же технологии и на том же производстве, что и надгробия.

О мемориальных досках я выпущу отдельный материал. Пока тизер: такими они быть не должны

Смотрите, даже государственные структуры иногда не боятся использовать чёрный в дизайне. Вёрстка, конечно, ужасная — заглавные слиплись, поля не соблюдаются, — но я сейчас разбираю аргумент о траурности чёрных табличек.

Фото из Красноярска, весна-2018

Проблема с тем, чтобы у государственных и муниципальных департаментов нет нормального дизайна табличек, характерна для всей страны. Иногда она выходит даже за границы.

Позорные таблички посольства России в Германии, фото — Андрея из Перми

В странах бывшего соцлагеря с дизайном тоже всё очень плохо. Это не пластик, это металл, возможно — латунь. И настолько безалаберно выполненная надпись на дорогом материале. Видите — буквы с нарушенными пропорциями (вытянуты и из-за этого горизонтальные штрихи стали толще, чем были и гармония с вертикальными нарушена), а некоторые — пляшут

Посольство Таджикистана в Москве, 2017. Если вы не видите проблем, кроме подпрыгнувшей д, то у меня для вас плохие новости

Ну что, я отправил обращение (№ 18475 от 19.01.2019) и теперь посмотрю, что изменится после, уменьшат ли размер табличек до положенного на этом здании и на управлении архитектуры. И ещё: я сбрею усы, если чиновники осмелятся сделать выравнивание не по центру, а как-то более демократично.

☉

Часть текста статьи частично взял из старого поста в Телеграфе.

19.01.2019 00:47:40