Человек-Фёдор: заметки с тегом исследование

📖 Владимир Яковлевич Пропп

Tue, 02 Jul 2024 12:19:39 +0800

Текст

Я немного уже писал о Проппе в рецензии на «Семиотику…», где была его известная полемика с Леви-Строссом. Теперь уже Владимир Яковлевич сам, без ансамбля.

Владимир Яковлевич Пропп, «Морфология волшебной сказки». Книга печатается по изданию 1928 года — Санкт-Петербург, «Питер», 2021, 256 с., иллюстрации (Серия «#экопокет»). ИСБН 978-5-4461-1838-0. Тираж 4000 экземпляров.
Владимир Яковлевич Пропп, «Исторические корни волшебной сказки». Книга печатается по изданию 1946 года — Санкт-Петербург, «Питер», 2021, 576 с., иллюстрации (Серия «#экопокет»). ИСБН 978-5-4461-1837-3. Тираж 4000 экземпляров.

Иногда читаю научные работы — некоторые студенты показывают, чтобы проконсультироваться, или сам хожу в Киберленинку, всё это очень удручает. Пропп демонстрирует деградацию современного научного языка: сейчас или асяказанцева, или зубодробительная бюрократическая муть. Особенно плохо на нижних уровнях — студенческие статьи с научными руководителями из кандидатов наук это невыносимый плохо структурированный бред, полный воды и канцелярита. Обе же эти книги — образец того, как нужно стараться писать научные работы.

Обе монографии написаны блестящим и живым русским языком. Обычно люди жалуются, что им сложно читать «Морфологию…» (я давал свой экземпляр двоим коллегам из разных коллективов, один не осилил), мне же её читать было очень легко, а вот «…корни…» — наоборот, утомительно. Хотя, может быть, это из-за объёма.

Морфология (русской) (волшебной) сказки

В мире Пропп известен по этой работе, она легла в основу других исследований по теме. Однако первый полный перевод «Морфологии…» на английский язык был довольно поздно (в СССР к тому времени уже опубликовали «…корни…»), её перевели в будущем на языки всех стран, где сколь-нибудь серьёзно занимаются научной фольклористикой. Забегая вперёд скажу, что «…корни…» перевели только на итальянский (почти сразу после публикации на русском, в 1949) и затем уже были посмертные переводы на румынский (1973), испанский (1974), французский и японский (1983); на английский язык перевели только вводную и заключительную главы.

Владимир Яковлевич с этой работой стал одним из тех русских, кто создал Новый Голливуд вместе со (Зворыкиным, Клушанцевым, Понятовым, Станиславским и другими трофейными царскими русскими).

Книга написана в моём любимом жанре «Вы все дураки и ничего не понимаете, я вам объясню». В самом начале от рассказывает, почему все дураки и ничего не понимают, разбирая бытовавшие тогда классификации волшебных сказок, похожие на китайскую классификацию животных (удивительно, что этого никто не замечал раньше). Он разбирает несовершенство подходов Аарне, Афанасьева, Волкова, Вундта, Миллера, Никифорова. Это он делает на протяжении двадцати пяти страниц. Всей остальной книгой Пропп объяснял, как надо.

Он показал, что для изучения сказок вовсе не обязательно их классифицировать. Но всё равно нужно понять, как они устроены. И он понял. Оказалось, что типов действующих лиц всего семь, а действий, которые они могут совершать — тридцать одно (на деле в одной сказке обычно используется меньше, но некоторые последовательности повторяются, обычно трижды [это называется ход]).

Действующих лиц я перечислю: потому что их мало и потому что там есть интересный нюанс, а с действиями предлагаю ознакомиться самостоятельно. Итак, это:

вредитель (антагонист),
герой,
даритель,
ложный герой,
отправитель,
похищенный герой (искомый предмет),
чудесный помощник.

В первом издании у Проппа был вредитель, в одном из последних он его везде заменил на антагониста, потому что советский новояз создал вокруг слова «вредитель» специфическую ауру. Чтобы она не мешала воспринимать текст, автор внёс такое изменение. Книга, которую читал я, была издана по тексту 1926 года, поэтому там везде вредитель.

Разобрав сказки сборника Афанасьева (Афанасьев, кстати, говорил, что лучшие в его сборнике — сказки нашей Катерины Авдеевой) он проявил шаблон, по которому все эти сказки были написаны. Оказалось, что в ту же схему укладываются и прочие «народные» сказки были написаны в предыдущие двести лет. Автор не решился тогда развить идею дальше, продлить её до того, что сначала были придуманы лекала, по которым за короткое время сделали большой корпус сказок на разных европейских языках, чтобы «отправить» его «в прошлое», а он сделал реинжиниринг и увидел эти самые лекала.

Вряд ли кто-то будет спорить с тем, что у всего есть автор. Он есть у пирожка, у анекдота про «И вы говорите», у картинки с неунывающей собачкой в горящем доме, у «Тихого Дона». Точно так же он был и у каждой сказки или какой-нибудь калевалы. Сказка с похожим сюжетом, с теми же типами действующих лиц, с тем же количеством ходов, существующая на разных языках, говорит о том, что эта сказка была более успешна, её автор — молодец, придумал хороший, интересный мем.

Любой национальной культуре нужно использовать для скрепления народа в одну нацию больше общих мемов и лучше использовать более интересные — чтобы они лучше запоминались и быстрее передавались. Песни и сказки для этого подходили хорошо. У одних — ритмическая и рифмованная структура, которая проще запоминается, чем прозаический текст; у других — понятная история по одинаковой схеме (пришёл — увидел — победил), в которой можно без ущерба менять сеттинг. Схема сказок именно такая, глагольная. Не так важно, с кем, важно, что происходит. А если ничего не происходит, то это и не сказка, а твиттер камня в лесу или философский трактат вроде «Утопии».

Создание большого корпуса сказок, былин, с кочующими из одной в другую мемами (жили-были, тридесятое царство, молочные реки) или особенными, но тоже запоминающимися («сяду на пенёк, съем пирожок», «мёрзни-мёрзни, волчий хвост», «я от дедушки ушёл, я от бабушки ушёл») было в момент построения европейских национальных государств важнейшей задачей государственного масштаба. Поэтому «собирателям» «народных» сказок вроде братьев Гримм или Шарля Перро (точнее, творческим коллективам, что обеспечивали их материалом), нужно было организовать и упростить процесс. В результате чего и придумали для построения сюжетов то, что мы сейчас называем «Карты Проппа».

В гипоинформационную эпоху у рассказа (сказки, былины) должна была быть понятная структура, другая бы не выжила. Не могли тогда распространиться и быть успешными абсурдистские вещи Хармса или Кафки. Это потом люди пресытились, и тексты стали более разнообразными, изощрёнными. Сложно представить, чтобы в начале позапрошлого века в народе мог бы разойтись написанный тогда же, но для другой страты «Иван Фёдорович Шпонка и его тётушка», например. Непонятно зачем тогда надо было бы народу распространять сказки без хеппи-энда.

Исторические корни волшебной сказки

После выпуска этой монографии в 1946 году, Проппа уволили из Академии наук. Его обвинили в антимарксизме, идеализме и религиозности идей. Не знаю, почему здесь нашли антимарксизм, в тексте Владимир Яковлевич натягивал марксизм-энгельсизм-ленинизм на исследование, использовал прямые цитаты этих утопических классиков. Но не помогло — недостаточно много цитат было, видимо.

Работа получила некоторую критику и от учёных, по существу, но позже. Если «Морфология…» была более формальная, математическая, если хотите, и оспаривать там было нечего, то в «…корнях…» иные вводные могли трактоваться по-разному. Но, в целом, фундаментального разноса я нигде пока не встретил, отдельные замечания, дополнения или альтернативные версии. Вроде другой версии об этимологии ножек избы Бабы Яги (ага, видите — везде только курьи, никогда не куриные, это значит, что Пропп ошибся!).

В этой книге на обширном фольклорном и этнографическом материале с разных материков показывается, что сказка проходит везде одинаковый путь, отражающий общее смягчение нравов.

Если в «Морфологии…» отдельные персонажи не очень-то сильно разбирались, к ним подходили как к представителям разных категорий, то в этом тексте как раз разбирались именно персонажи русских волшебных сказок, проводились параллели между нашими царями, царевнами, Змеями, бабами-ягами и атрибутами (вроде упомянутой выше избушки) и аналогичными действующими лицами и декорациями.

С другой стороны, это всё имеет смысл, если широкий фольклорный и этнографический материал были собраны по-настоящему. (Марко Поло вот тоже разного привёз из своей экспедиции.) И если в восемнадцатом-девятнадцатом веке создавали фольклор государствам первой лиги, а в двадцатом — второй (как СССР — союзным республикам), почему бы как легенды, и обычаи не собрать ранее посеянные и мутировавшие мемы по знакомой европейцам схеме. (Как говорит Сергей Николаевич Старостин, народные песни как будто в одном обкоме придумали). Это если не заниматься совсем уж фальсификациями и вообще ничего не собирать или же собирать так, как у нас сейчас формирующие социологические опросы и интервью проводят.

Книги

Издание

Несколько лет назад в интернетах началось «Пропп-Пропп-Пропп». Можно было бы подумать, что это связано с тем, что его произведения перешли в общественное достояние, но нет, ещё двадцать лет минимум ждать, Владимир Яковлевич умер в 1970 году. Однако издавать начали его почти синхронно во множестве издательств. Не знаю, как это объяснить. Громче всех об переиздании говорило издательство «Колибри», мне попалось несколько анонсов их книги и до того не попадались анонсы других. Поэтому когда я заказал в «Переплёте» эту дилогию, ожидал получить один том с синей щукой на обложке. Но оказалось, что изданий на тот момент было уже несколько и до сих пор их выпускают (у того же «Питера» есть и не в формате покетбука).

Другие его монографии пользуются меньшей популярностью, но в ассортименте разных издательств есть свежий «Русский героический эпос», реже встречаются «Русские аграрные праздники», сборник статей вроде «Фольклор и действительность» тоже, а вот «Проблемы комизма и смеха», что меня больше заинтересовали, похоже, не переиздавали пятьдесят лет.

Ну ничего, поговорим об этом неожиданном двухтомнике.

Обе книги предворяются статьями Валерии Игоревны Ерёминой. Если в «Морфологии...» статья была более читабельная, то в «...корнях» — просто ужас какой-то. И, что вообще никуда не годится, там некоторые куски повторялись. Куда только смотрел редактор.

Оформление

Оформление выдержано в духе экологичность — это когда дёшево. Когда-нибудь я напишу, что такое настоящая экологичность, сегодня не это тема. На обложке написано, что при печати использовалась бумага вторичной переработки и часть средств будет перечислена во Всемирный фонд дикой природы (которые ныне признаны Минюстом иностранным агентом).

Корешки не в русской традиции

Обсуждать оформление обложки смысла нет, — оно серийное. Но отмечу, что авторы могли бы постараться и сделать акцентный цвет на двух книгах одного автора не рандомным, а одинаковым.

Оба тома, хотя и в мягком переплёте, не просто на клею, а шиты! Моё почтение. Но идея выпускать в мягком переплёте книгу в 4,5 см толщиной сомнительна: изнашивается, пока будет дочитана хотя бы и раз.

Обсуждать вёрстку смысла тоже нет: оформление серийное

Хотя в титрах сказано, что оба тома с иллюстрациями, их нет. Если только не считать иллюстрациями таблицы и схему в «Морфологии…», описывающую связи с подготовительной функцией дарителя и формой передачи волшебного средства. Схема, к слову, мне кажется, выполнена с ошибкой, есть к ней один вопрос, посмотрю попозже, как она выглядит в последнем прижизненном издании.

Но вот чего в «Морфологии…» нет, так это таблицы с формулами сказок сборника Афанасьева, на основании которых и была написана монография. Это удивительно, потому что такой наглядности не хватает. Хотя найти это приложение в сети можно, но лучше бы не отрывать его от текста.

В формулах некоторых сказок, что разобраны в самом тексте «Морфологии…», кстати, не всегда присутствуют все элементы. Сам Пропп об этом говорит: «Так, по техническим причинам не указаны утроения» и далее: «В схему не включены функции подготовительной части, предшествующие завязке (например, отлучка старших и др.), так как это вызывает затруднения типографского характера».

Думаю, что первое правильное переиздание Проппа устранит недостаток схемы, о которой я писал выше; покажет полные формулы, со всеми утроениями и подготовительными функциями — сейчас с компьютерной вёрсткой это сделать будет проще. А первая правильная электронная книга не будет простым пэдефом или епубом, а будет чем-то интерактивным, с перелинковкой между собой как минимум двух этих книг, а ещё лучше — всего наследия Владимира Яковлевича. Если текст переходит в новый формат, в формат интерактивной среды, это нужно использовать, а не халтурить. А в схемах сказок интерактивность даст большую наглядность. Я уже это вижу.

☉

Понравился текст — делитесь, комментируйте или жмите на кнопку в форме ниже (потребуется регистрация в Юмани).
Для ежемесячной подписки — заходите на Бусти, выбирайте любой тариф. Начиная с «Перекати-поле» и выше, будет ещё и доступ в редакторский чат, сможете определять политику этого блога, видеть черновики и некоторые записи, что я не публикую открыто.
И для всех всё ещё бесплатен Телеграм-канал.

📖 Лестница в небо

Mon, 11 Mar 2024 09:23:05 +0800

Текст

Оказалось, что Михаил Хазин довольно известный человек, но я о нём до того, как прочёл эту книгу, и не слышал ничего. Второй соавтор — Сергей Щеглов — широко известен уже в узких кругах читателей фантастики. Так вот. Об этих людях ничего не знал, и книга бы так и прошла мимо меня, если бы мне её не дал почитать более низкоградусный член одной иркутской протомасонской организации (я уже не в ней).

Лестница в небо. Диалоги о власти, карьере и мировой элите / Михаил Хазин, Сергей Щеглов †. — РИПОЛ классик, 2021. — 624 с. ИСБН 978-5-386-14114-1, тираж 25 000 экземпляров

Делал много подходов к этому эссе, чтобы получилось коротко и ёмко: коротких и бесполезных полно (в любом онлайн-магазине, где этот текст продаётся), а начать писать ещё одно длинное — риск уйти в пересказ текста с цитированием на восемнадцать экранов. Даже статья в Википедии о «Лестнице в небо» была некоторое время в виде довольно подробного пересказа. И у меня не получилось полно и лаконично рассказать содержание этого увесистого томика, имейте это в виду.

«Лестница в небо» даёт хорошую объяснительную модель. Предсказательный силы вроде бы нет, да мне кажется, что и не закладывались такие амбиции. Скорее даже подразумевается, что предсказать что-то — сложно, потому что слишком много скрыто. Власть любит тишину.

Книга рассказывает о том, что такое Власть и как люди Власти действуют, чтобы добыть больше ресурсов для своей Власти. Чтобы это сделать, нужно создать властную группировку или примкнуть к действующей.

Властные группировки бывают построены по олигархическому принципу (родо-племенному) или по феодальному. Родо-племенной встречается реже, на верхних уровнях Власти или там, где ресурсные семьи долго живут в одной местности. Наиболее популярный тип группировки — феодальный.

Феодальная структура власти — это пирамидальная организация, где у каждого вассала есть только один сюзерен, а вассал моего вассала — не мой вассал. Формальная должность вассала может быть выше формальной должности сюзерена, если такое положение помогает добывать ресурсы властной группировке. Вассалы добывают ресурсы своему сюзерену, сюзерен помогает вассалам занимать такие места, которые помогут властной группировке добывать больше ресурса (ресурс — всё, что помогает контролировать поведение других людей). Ресурс бывает разный: денежный, материальный, технический, информационный, культурный, связи и так далее. Поэтому должность — не обязательно что-то формальное и в каком-то государственном ведомстве. Можно своего человека «посадить на культурку», раскрутить до главной литературной критикессы или ведущего кинокритика (а потом с ними можно ещё и кроссоверы делать в виде подкаста). И эти люди будут со временем определять направление целых творческих отраслей. Культура — одна из масок Власти.

Одиночки во Власть прийти не могут. Горизонтальные структуры могут быть эффективны для каких-то отдельных задач, но Властью заниматься они не могут.

Для любого типа властной группировки главное — асабийя («спаянность», «чувство локтя», «сплочённость», «фашизм»). Везде, где есть выбор: поставить умного, работоспособного, инициативного или верного и исполнительного, нормальный человек Власти предпочтёт второго. У такого подхода есть и недостаток: наблюдаемая любым внимательным человеком отрицательная селекция в государственных и муниципальных структурах (то же самое есть и в крупных корпорациях, но это не так заметно обывателю), поэтому властные группировки всегда в поиске свежей крови, подходящих ничейных людей, потому что верный и умный лучше, чем верный и глупый. Люди со стороны могут попасть в шлейф властной группировки, а позже, если подтвердят преданность, то и войти в неё. При должных способностях — даже войти в ядро властной группировки. Наиболее вероятное время, когда человек со стороны может быть индоктринирован, — кризис, флаттер. Властные группировки не вечные — у них есть цикл жизни, и каждой необходима новая кровь, иначе она выродится, как Габсбурги, и будет уничтожена (поглощена) другой, более открытой.

Властная группировка может сотрудничать с кем угодно: и с представителями других группировок, и с ничейными людьми, если это помогает добывать ресурс и усиливает позиции собственной группировки. Но это будут временные союзы, разовые контракты: ничейных людей, внесистемных, привлекают как экспертов, исполнителей, это тот момент, когда нужны умные. Но если есть сомнения в лояльности, то такие люди дальше френдзоны не пройдут.

Пример. Мэрия работала со мной как с подрядчиком или субподрядчиком (я не учитываю случаи, когда представители городской администрации могли и не знать, что я настоящий исполнитель каких-то работ, которые якобы выполняла другая, «своя» организация). И я думаю, что такое вполне может повторяться, если мои интересы и ценности пересекутся в конкретном проекте с интересами мэрии.
Но предложить мне стать, например, начальником отдела пассажирских перевозок департамента потребительского рынка комитета по экономике и стратегическому планированию они не могут: потому что я ни в какую группировку не вхожу, не очень в этом заинтересован и мне важнее защита интересов абстрактной сущности «иркутяне», а не кого-то конкретного. Поэтому как со мной таким выстраивать долгосрочные отношения и пересекаться по рабочим вопросам ежедневно — непонятно. Ну и зачем тогда. По этой же причине (моё автономное положение) меня не допустили до членства в Общественной палате Иркутска шестого созыва.

Это работает и в любых сколько-нибудь серьёзных делах, в коммерции тоже.

151. При прочих равных скорее предпочтут работать с посредственностью, но с проверенной. Чем с гением, но ненадёжным.

— Anton Martynov (@podakuni) September 25, 2017

Властные группировки действуют скрытно, непубличное обсуждение и принятие решений, кулуарные договорённости. Результат этой деятельности может быть виден обывателям, и он может вызывать недоумение или неприятие, он может выглядеть глупо, но надо помнить, что всё существующее — разумно. Какое-то действие для нас выглядит глупо, потому что оно делается не в наших интересах, а в чьих-то чужих. Конечно, бывают и просчёты, и саботаж, и простая человеческая глупость (или инициативность) конечных исполнителей, которые не были посвящены в настоящие цели проекта, но.

Вот на этом, думаю, уже можно остановиться, уже можно сделать вывод о том, читать весь текст или нет. Если стало интересно, может быть, достаточно будет взять авторский краткий вариант «Лестницы в небо», он вдвое короче (я его не читал).

Скажу ещё несколько слов не о содержании, а о том, как написан текст. Основной приём — диалог между персонажами Теоретик и Практик, позже к ним присоединяется Читатель. Роль Теоретика была в большей степени за Щегловым, а Практика — за Хазиным. Всё же он был политиком. Приём подачи информации через диалог не нов, но и используется редко, а здесь ещё и был уместен. Вторая особенность текста — большое количество примечаний, сносок, историй из жизни, иллюстрирующих описываемые тезисы.

Книга

Издание

Тот экземпляр, что я читал, мог быть издан ещё при живом Сергее Щеглове (он умер в том же 2021 году). Вообще «Лестницу в небо» переиздавали неоднократно, в разном оформлении, первая книга вышла в 2016 году, деньги на неё собирали через Бумстартер, по предзаказу реализовали 1342 экземпляра, по цене от 500 рублей (сейчас аналогичная книга в мягком переплёте продаётся от 750 ₽). Собранной суммы хватило бы на печать тиража в несколько раз больше. Хазин сделал всё правильно: не рисковал своими деньгами, не связывался с бесполезными издательствами, протестировал спрос и заработал больше, чем мог бы, работая через издательство.

Сейчас Хазин продаёт второе издание (теперь разбитое на два тома) и опять действует продуманно. Тираж разбит на две части: основная будет продаваться как обычно, а вторая — в подарочном оформлении (в наших реалиях 1000 штук уже нормальный тираж, а здесь — только подарочная часть планируется таким объёмом) — будет продаваться только через Фонд экономических исследований Михаила Хазина, и прибыль от неё пойдёт на помощь семье Сергея Щеглова.

Отмечу, что Михаил Леонидович тот ещё продуман и подаёт свои книги на сайте фонда как мерч фонда, подарок в благодарность за пожертвование. Можно купить книгу где угодно на порядок дешевле, а можно — перечислить 7000…15 000 ₽ и получить такую же, но с автографом. Понятно, что автограф столько не стоит (даже Галковский столько не берёт).

Оформление

Книга малоформатная, в мягкой обложке. Не знаю, почему было выбрано такое решение, ведь в ней получилось около шестисот страниц мелким кеглем, значит, читать её нужно не за один, не за два подхода. Мне кажется, я её месяц читал. За такое время даже при моём аккуратном отношении к книге невозможно было бы её не истрепать. Что и случилось. Может быть, это была простая экономия: ведь и бумага серая, газетная, а может быть, тут был замысел: всеми способами показать, что это — лёгкое чтиво, которого не стоит бояться. Отсюда и такой внешний вид, и оформление обложки.

Вёрстка предсказуемая. В тексте полно опечаток. Выделений жирным, курсивом, подчёркиванием, втяжкой очень много. Шрифт мелковат (для моих глаз).

☉

Понравился текст — делитесь, комментируйте или жмите на кнопку ниже (потребуется регистрация в Юмани). Для ежемесячной подписки — заходите на Бусти, выбирайте любой тариф (начиная с «Перекати-поле» и выше будет ещё и доступ в редакторский чат, сможете определять политику блога, видеть черновики и некоторые записи, что я не публикую открыто).

↑ В поддержку новых книжных рецензий

💀 Иркутская слобода, план

Wed, 13 Jul 2022 19:04:40 +0800

В сентябре прошлого года «Иркутская слобода» отмечала десятилетие, так что в этом посте я наконец подведу итоги первых десяти лет этого проекта. Я хотел приурочить его к дате официального открытия (какое-то сентября 2021 года), но редакционная коллегия на нескольких голосованиях выбирала другие темы: о «социальных» «предпринимателях»; удалённый по цензурным соображениям материал; о фильмах про женскую месть; о покраске бордюров; о частных перевозчиках; о том, чем мне люб Иркутск; о том, как красить заборы и спилы на деревьях.

И только сейчас пост о годовщине исторического квартала получил достаточную поддержку. Пусть задержка на десять месяцев вас не смущает: перерезание ленточки осенью 2011 года было скорее техническим. Строительство и внешняя отделка объектов продолжались и в 2012 году, а сам квартал так и вовсе до сих пор не завершён.

Фотографии Лены Мироновой-Ходиной за неделю до официального открытия. Не всё готово

Интересно, что статья об этом квартале в Иркипедии очень маленькая и неинформативная. А статья в Википедии неточная и устаревшая: не обновлялась с мая 2018 года. Хотя, казалось бы, такой выдающийся проект должен быть освещён подробно. Но делать это с каждым годом сложнее: некоторые сайты, на которые были ссылки, не работают, их нет даже в веб-архиве (ряд публикаций, на которые я опирался, доступны только там).

Этот пост состоит из нескольких частей. Сперва расскажу об истории квартала, его названиях и про идею реновации. В следующем посте (черновик почти готов) расскажу о том, получилось ли из этого сделать какую-то франшизу или вдохновить другие города на подобный эксперимент; покажу фотографии пяти- и десятилетней давности и снятые в 2022 году объекты в том же ракурсе, а также порассуждаю что пошло не так и как этого можно был очень избежать.

А пока, для погружения в атмосферу, включайте звук прогулки по этому кварталу. Я обошёл его по периметру кругом и по двум внутренним аллеям насквозь.

Иркутская слобода в девять вечера летними буднями (вторник, 12 июля 2022 года)

История и планы

Предыстория

Этот квартал начал осваиваться в середине 19 века, заселение шло со стороны более пологой Зимне-Байкальской улицы (ныне 3 Июля), постепенно усадьбы поднимались и по Летне-Байкальской (ныне Седова). Хотя в основном здесь были деревянные здания, квартал не пострадал во время великого пожара 1879 года, когда выгорел центр города. Обычно дома имели фасады в три окна, реже — в пять. К ним пристраивались сени. Одноэтажные дома возводились на подклети — полуподвальном этаже. Во второй половине 19 века стали строить двухэтажные усадьбы, часто с мансардами или балконами. Иногда в задней части особняка располагался антресольный этаж — всё это делали для увеличения площадей для сдачи внаём. Самый большой и единственный в квартале трёхэтажный каменный дом Сусленникова (с ювелирной мастерской Алексеева) находился на Летне-Байкальской, 36 (сейчас на этом месте двухэтажное каменное здание).

Основное назначение квартала — жильё. Здесь жили и хозяев усадеб, и арендаторы, в массе — люди невысокого социального статуса: мещане, крестьяне, отставные военные, мелкие чиновники, ссыльные. Располагались в квартале и мастерские (кроме упомянутой ювелирной, ещё портняжная, мебельная), концентрировались они в районе улицы Мастерской (ныне Кожова), на разных её сторонах ещё в начале 20 века работали слесарная, переплётная и две сапожные мастерские. Больше кустарных производств и кузниц находилось ниже, у Ангары, куда и вела Мастерская улица. Разумеется, в квартале были и лавки для обеспечения околотка: бакалейные, молочные, мясные и рыбные, торговали вином.

Ещё царское правительство собиралось изменить назначение части этого квартала. В 1899 году городской плановой комиссией был составлен проектный план города, которым было предусмотрено строительство новых улиц, расширение и благоустройство старых, упразднение некоторых переулков, образование площадей и скверов на месте снесённых построек. Тогда предлагалось ликвидировать «косой квартал между Мастерской, Средней и Верхней Амурской, обратив его в сквер» (современный квартал № 130а — только этот кусочек, а не как думают некоторые краеведы и гиды). Но это не реализовали.

Раньше квартал 130а не был обособлен. Это сейчас он отрезан широкой дорогой: образовавшийся в 19 веке проулок в разное время хотели и ликвидировать, чтобы не разрывать квартал, и расширять. Победил последний вариант — так 130 квартал получил узнаваемую треугольную форму, а принадлежавший ему и тяготеющий к нему до сих пор кусочек оказался исключён из проекта реновации.

В северной части квартала, на месте Бабра, было Лютеранское кладбище с могилой первого губернатора Иркутский губернии Карла Львовича фон Фрауендорфа. Рядом находились требующие восстановления разрушенные коммунистами Амурские ворота. Из сохранившихся памятников поблизости осталась только Крестовоздвиженская (Крестовская) церковь.

Квартал долгое время оставался деревянным одно- и двухэтажным. Он избежал и грубого вторжения советской типовой или павловской застройки, и появления российскофедеративных капромовских уродцев.

Фотографии советского периода с Паствы

Благодаря большой площади, сохранности старого архитектурного фонда, интересному рельефу и близости к центру города этот «заповедник» стал лучшим кандидатом на роль исторического квартала. Второй кандидат, «Декабристский квартал», не такой выигрышный, поэтому проект и обсуждается уже пятьдесят лет.

Резюме
Это единственный квартал, который находится в центре города, где сохранилась традиционная иркутская деревянная одно- и двухэтажная застройка без внедрения застройки другого типа. Квартал был жилым, с вкраплениями торговли, услуг, производств.

Название

Чаще всего люди используют для ориентирования в городе неофициальные, народные названия районов (например, Копай), официальные используются реже. (Это тема отдельного топонимического поста.) У этого проекта реконструкции есть два названия: «Иркутская слобода» и «130-й квартал», и оба они плохи. Они плохие, даже если руководствоваться лишь правилами Сарычевой.

Первое, под которым проект начинался, в числе прочих вариантов предложил член комиссии по топонимике Виталий Барышников (тогда руководитель Службы по охране объектов культурного наследия Иркутской области). (Курсивом обозначаю цитату.)

1. «Иркутская слобода». Хотя это был жилой квартал, здесь исторически присутствовали ремесленные мастерские, лавки. На месте Крестовоздвиженской церкви стояла застава, которая определяла границу города.

Никакой слободой здесь и не пахнет. Потому что слобода — это пригородное поселение или район города с самоуправлением (часто — цеховым). Здесь же был городской квартал, не автономный и не монофункциональный.

Апелляция к тому, что Крестовская церковь раньше находилась на окраине города, несостоятельна. К моменту заселения Иерусалимской горы церковь находилась уже в центре города. И поэтому вспоминать прошлое и называть когда-то бывшую пригородную территорию пригородной сейчас — то же самое, что вместо «гуманизм» говорить «симианизм». Ничего, что этическая позиция появилась только тогда, когда люди уже перестали быть обезьянами и стали людьми, — были же когда-то обезьянами, вот и давайте говорить «обезьянизм».

2. «Заморская площадь». «Заморская» потому, что по улице Седова проходил Заморский тракт.

Почему «заморская» — понятно (хотя лучше бы улице Ленина вернули это название). Но почему площадь-то? Ведь в этом квартале три ряда домов, расходящиеся лучами, в разных уровнях. А площадь — открытое ровное пространство, обрамлённое зданиями и зеленью. Это как если бы дверной или оконный проём заложить кирпичом снизу доверху и продолжать называть это дверью или окном.

Тракт, кстати, проходил здесь совсем недолго, когда Крестовоздвиженская церковь была окраинной, а площадь перед ней (ныне асфальтовый пустырь-перекрёсток) была границей города. Но позже Летне-Байкальская была уже рядовой улицей, которая переходила в тракт дальше.

3. «Амурский парк». Здесь находились знаменитые Амурские ворота, построенные к приезду генерал-губернатора Н. Н. Муравьёва после подписания Айгунского договора. Амурские ворота могли бы стать символом города, его брэндом.

Мне нравится идея с чем-то амурским (лучше всего — с воротами, которые в Прекрасном Иркутске Будущего мы восстановим), но почему парк-то? Парк — это зелень, водоёмы и дорожки. В них могут быть строения — и капитальные, и временные — павильоны, беседки. Но здесь же всё наизнанку: очень много домов и очень мало зелени. Это как если бы Гошу Куценко называть волосатым — как так, волос на голове нет? Нос — часть головы? В нём волосы есть? То-то! Поэтому Куценко — с шевелюрой, а сто домов — это парк: вот у нас три ёлки растёт и два чубушника.

Такие вот члены комиссии по топонимике у нас в Иркутске имеются.

Все три предложенные Барышниковым названия не очень, но хуже всех то, под которым эта территория стала широко известна в городе и за его пределами, — Сто тридцатый квартал.

Есть вещи, к которым нельзя допускать архитекторов. Раньше я думал, что их нельзя допускать только к любой работе с буквами, теперь думаю, что к придумыванию названий их тоже лучше не допускать. А меня, соответственно, можно не допускать к строительству зданий, это будет справедливо.

У каждого нормального города есть кварталы. И эти кварталы для бюрократических целей пронумерованы, обыватели же понятия не имеют, в квартале с каким номером живут. Эта кодификация действительно удобна для проектирования: не надо каждый раз давать длинные описания «квартал, ограниченный улицами Фурье, Маркса, Ленина и Победы Терроризма», достаточно назвать одно число. Но это всё для служебного пользования, обычным людям же нужны нормальные названия, а не числовые. Бывают ситуации, когда люди помещаются в искусственную среду, где город с самого начала делится на нумерованные районы, например, Зеленоград. Когда я туда переехал, мне было дико и непонятно, почему такие длинные номера домов (3- и 4-значные), как люди умудряются в них ориентироваться. Но для того, кто жил в городе давно, такая система была родной, и когда он слышал, что я из 412 корпуса, то мог не только понять, из какой я части города, но и достаточно точно определить нахождение моего дома. Если людей с детства приучать, то им и ангарская система будет казаться верхом логичности.

Пока архитекторы работали над проектом, то они там, внутри группы, вполне могли оперировать номерами кварталов — и 130-го, и всех примыкающих к нему (70, 91, 128, 129, 131, 132, 134, 154, 155). Но они зачем-то потащили это в публичное пространство. Так постепенно служебное название, которое должно было остаться только на чертежах, превратилось в официальное.

Если варианты Барышникова ещё как-то пытались быть историчными, то это — нет. И возникли дополнительные проблемы. Например, как быть с иностранцами. В навигации важен принцип последовательности: название на слух и при чтении должно быть максимально похоже. Цифры обеспечивают совпадение только в варианте с чтением, а если какой-нибудь нерусский поймает на улице обычного горожанина и спросит его про One hundred and thirtieth quarter, то рискует быть непонятым и не найти Sto tritsatiy kvartal, а с нормальными буквенными названиями такой проблемы бы не было: турист бы читал Podgornaya, произносил бы Podgornaya и слышал бы близкое Patgorna.

А вот как название музыкальной поп-группы «130-й квартал» звучит нормально. Клип на песню «Иркутск» снял 10 лет назад «Мотор Видео Продакшн». Посмотрите, как похорошел город при ком надо! Один момент только меня смущает: где памятник царю?

Слушайте 130-й квартал — 130-й квартал на Яндекс Музыке

Олег Владимирович Беседин ещё в 2013 году прозорливо заметил, что квартал переименовывается в «Модный». И действительно, когда я проводил предыдущее исследование этого «130-го квартала» (пять лет назад), заметил, что молодёжь часто говорит «Модный квартал», не имея в виду сам торговый центр, а распространяя это название на весь «музейный комплекс под открытым небом». Происходит это потому, что люди стремятся к экономии языковых средств. И если вместо четырёх слогов можно сказать два без потери смысла, то постепенно вариант с двумя слогами в речи начнёт доминировать. «Модный квартал» занимает четверть площади квартала, это значимый объект. Можно возразить, что так говорить неправильно, ведь это всё равно что называть целую квартиру кухней, спальней или кабинетом: любое из этих помещений может занимать четверть квартиры. Это ложная аналогия: у разных помещений в доме разные функции (в спальне не принимают пищу). А функция всего квартала ничем не отличается от функции отдельного торгового комплекса — это покупки, еда и прочие развлечения. Когда человек говорит, что идёт «в модный», а сам идёт в «сто тридцатый», значит, ему по большому счёту всё равно, куда идти: он хочет кутить. Но если ему нужно в конкретное место, то он вообще не будет оперировать названиями кварталов, а скорее назовёт заведение («Камчатка», «Рассольник»).

Название «Иркутская слобода» плохо по той же причине: оно длинное. Если бы изначально форсили как название территории просто «Слободу», я верю, что она бы прижилась. Ведь «Иркуцкая слобода» длиннее, чем «Сто трицатый квартал» и при произношении (важно количество слогов), и на записи («130-й квартал»). А вот просто «Слобода» выигрышнее. И ещё было бы сложнее выдавить слободу варианту «модный»: разница в длине не такая заметная.

Наименование слободы по названию города, кстати, — недоразумение, обычно их называют по местности или по специализации. Поэтому слово «иркутский» из названия можно безболезненно убрать. (Точно так же, как его можно убрать и из названия «Иркутских кварталов», но о них как-нибудь в другой раз, тема очень чувствительная.) Добавление прилагательного места иркутский может иметь смысл, например, в товарах, то есть в том, что может физически находиться в другом городе: иркутский торт может так называться, по той же логике, что и рижский бальзам.

В хорошем названии должно быть одно слово из двух или трёх слогов. Второе слово может присутствовать в полном названии, но должно без проблем убираться (Российская Федерация — Россия). И название должно отражать символ места, поэтому мне кажется, если уж давать кварталу какое-то отдельное название (чего в Иркутске не делали), то лучшим вариантом был бы Амурский квартал. Вот это было бы со знанием истории, с уважением, а в случае с иностранцами — ещё и немного с любовью.

Резюме
Все предлагавшиеся названия для квартала плохи: в них нет истории или логики. Прижившееся название ещё хуже: в нём нет души. Лучшее название квартала — Амурский.

Проект

К началу нашего века квартал, находящийся в центре города, пришёл без инженерных сетей и благоустройства, в основном с деревянными жилыми домами в ветхом и аварийном состоянии и разрушающимися объектами культурного наследия.

По легенде, инициатором проекта реновации в его нынешнем виде был тогдашний губернатор области Дмитрий Фёдорович Мезенцев. Делалось это к «350-летию» Иркутска. Результат объявили огромной победой, потому что изначально на этом участке планировали вернуть кварталу жилую функцию следующим образом: снести всю деревянную застройку и поставить и зигзагообразный 7…9-этажный дом. Также планировалась и ещё более высотная, убивающая доминанту Крестовской церкви, 13…16-этажная переменная застройка (тоже со сносом деревяшек). На одном из этапов обсуждения проекта с малоэтажной деревянной застройкой предлагалось отреставрировать несколько памятников, а остальную площадь — застроить однотипными коттеджами из калиброванного бревна.

Хорошо, что авторский коллектив: (Елена Ивановна Григорьева, Андрей Юрьевич Макаров и Марк Григорьевич Меерович) — продвинул и защитил идею комплексного восстановления квартала № 130.

На первом этапе в работе над проектом участвовал также председатель Совета национальной гильдии градостроителей Юрий Александрович Перелыгин. Говорят, он работал до того над реновацией одного из кварталов Санкт-Петербурга, мистическим образом тоже с номером 130. Однако его фамилии на странице об этом проекте я не нашёл.

Подход команды Григорьевой-Мееровича в отношении деревянных зданий на территории реконструируемого квартала заключается в следующем (по статьям «Продóлжащаяся жизнь деревянного города. Иркутск. Идеология комплексной регенерации квартала № 130 исторической деревянной застройки [ул. 3-го Июля, Седова, Кожова]» и «Принципы разработки и реализации проекта комплексной регенерации исторического квартала Иркутска в границах улиц 3-го Июля, Седова, Кожова»), № 22, 2009 журнала «Проект „Байкал“»: ценные сооружения должны сохраняться и реставрироваться — это памятники регионального, местного значения (а также вновь выявленные объекты культурного наследия, рекомендуемые к постановке на учёт). Сооружения, достойные быть включёнными в список памятников, и здания, не являющиеся памятниками, но играющие роль средовых объектов, должны по решению органов охраны либо восстанавливаться как средовые, либо заменяться на другие, переносимые сюда с других мест.

Поэтому типы работ предполагались следующие:

Реставрация памятников.
Реконструкция средовых объектов.
Перенос памятников с другой стороны расширяющейся Зимне-Байкальской (и, возможно, с других мест).
Новодел — изготовление деревянных домов в полном соответствии со старой технологией и в полном соответствии с внешним видом исторических построек; по чертежам, снятым с других памятников, может быть, уже уничтоженных.
Новые современные строительные объёмы (подземное эксплуатируемое пространство и надземный переход от Музыкального театра через Летне-Байкальскую).

Юрий Перелыгин ответил тем, кто хотел ввести в этот квартал немножко современной архитектуры: «Я много работаю с европейцами и вижу, что там сейчас специалисты высказывают большие сомнения в новоделах. Чёрт знает что понаделали, теперь приходится исправлять. У нас есть шанс не наделать таких ошибок. Модерн не в том, чтобы построить что-то ультрамодное, а в том, чтобы в старину вдохнуть новые функции».

Планировали оставить тридцать два здания:

семь объектов культурного наследия регионального значения;
восемь вновь выявленных объектов культурного наследия, рекомендуемых к постановке под государственную охрану и включению в Государственный реестр;
семь выявленных объектов культурного наследия, отнесённых к ценным историческим постройкам;
десять исторических построек, являющихся усадебными элементами.

Ещё восемь зданий, не являющихся памятниками, должны были переехать с Большого транспортного кольца.

Восстановить собирались пятьдесят шесть зданий, из которых три каменных, остальные деревянные. Шестнадцать утраченных домов планировали воссоздать по старинным чертежам.

В квартале планировалось возвращение изначальной, жилой функции. Также в разное время анонсировали, что в домах и подземной части квартала ещё должны разместиться кузнечные, гончарные, берестяные и краснодеревщицкие мастерские; сувенирные лавки, магазины; кафе, рестораны; отели; художественные галереи, музей авиации, культурные центры, мастерская Даши Намдакова с выставочным залом, штаб-квартира фестиваля «Звёзды на Байкале», музыкальный салон Дениса Мацуева; амфитеатр — концертный зал на 1500…2500 мест, кинотеатры, каток с искусственным льдом; подземные и наземные автопарковки; искусственные водоёмы и открытый бассейн; детские центры; венчурное кафе; пункт полиции; общественные туалеты.

Нью-Васюки

На депутатских слушаниях выражалось опасение, что «Слобода» превратится в очередной торговый центр. Юрий Перелыгин ответил, что торговля ни в коем случае не будет превалировать. Дмитрий Мезенцев озвучил похожую позицию: «Вложить столько времени, внимания и творчества в 130-й квартал только для того, чтобы он стал местом продажи китайских кроссовок, — по такому пути мы пойти не можем. Квартал должен жить и быть источником радости, приносить новые впечатления горожанам. Никаких супермаркетов и торговых развалов не предусматривается». («Лол, кек», — можем сказать мы из 2022 года.)

Квартал задумывался пешеходным. От стрелки, где сейчас установлен памятник Бабру, веером расходится четыре основных пешеходных пути: два снаружи и два внутри квартала. Их должны были пересекать мелкие, но частые пешеходные же связи: дорожки и лестницы. Эта «потребительская проницаемость» должна была увеличить мобильность и повысить наполняемость заведений.

Мощение предполагалось гранитной плиткой и с устройством традиционных для исторического Иркутска деревянных настилов. Также сми сообщали о велосипедных и колясочных дорожках (я даже не знаю, что это за новация).

Реализовываться проект должен был не только на деньги области или города, а со значительным привлечением частного капитала: 80 % площадей и объектов планировалось восстановить на средства частных инвесторов.

Иркутскгражданпроект в «Проекте „Байкал“» № 43 (2015 год) в статье «День сегодняшний (с 2010 года)» рассказывает, что гордится работой проектировщиков и в той части, что всем видна, и скрытыми от глаз посетителей инженерными решениями. Это единственная в Иркутске городская территория, которая сформирована как единое общественное пространство. Поэтому он получал за этот важный и сложный проект награды.

Чаще всего вспоминают о том, что «Иркутская слобода» заняла второе место из восьми в списке самых значимых архитектурных проектов России 2012 года. Это правда, заняла. Но нужно учесть, что за авторитет составил этот список, а это был сайт про элитную недвижимость «Майндор» (работал с 2010 до 2018 года). Это из серии, когда сми пишут, что храм в Тельме — лучший в Европе (по мнению производителя штукатурки).

Также говорят, что «Зодчество» в 2010 году присудило проекту Хрустального Дедала. Это не совсем так. В тот год никто не получил эту награду, а «Иркутскгражданпроект» получил немного другую.

Однако отмечу, что «Зодчество» действительно наградило Иркутск но дало другой приз, в другом году и другому проекту.

Резюме
Квартал задумывался культурно-рекреационным с историко-краеведческим уклоном, торговая функция планировалась скорее третьестепенной. Архитектурный облик домов должен был строго соответствовать традиционному иркутскому.

По такому же принципу планировалось сделать и несколько других кварталов в центре города

На этом вводная часть закончилась. В следующем посте мы посмотрим, что и как получилось реализовать. Посмотрим и на историчность домов, и на реальное назначение квартала, и на отдельные элементы: пешеходную доступность, освещение, визуальное и шумовое загрязнение. И я порассуждаю, можно ли было как-то иначе. Если у вас есть какие-то соображения о том, про что обязательно стоит написать во второй части, напишите в комментариях. Особенно интересно будет узнать что-то о вашем опыте арендаторов помещений на этой территории.

☉

В Телеграм-канале материалов больше. Можете также подписаться на ежемесячные пожертвования через Бусти, — сможете даже войти в редакционный совет и влиять на темы и содержание будущих публикаций.

🧠 Пятьдесят оттенков дерева

Mon, 07 Mar 2022 21:38:22 +0800

После моей публикации о том, что деревья в Иркутске выглядят так, будто поражены ветряной оспой, мэрия стала лучше смотреть за тем, чтобы подрядчики соблюдали утверждённые ещё в прошлом веке правила, которые гласят:

2.6.2. Срезы ветвей и места повреждений следует зачистить и покрыть садовой замазкой или закрасить масляной краской под цвет ствола.
3.1.4.18. После затвердения поверхность заделанного дупла покрывают масляной краской под цвет коры дерева.

Вопреки этим требованиям, ранее подрядчики по указанию мэрии же должны были «закрашивать срезы краской зелёного или бежевого цвета». Почему вдруг в контрактах появилась зелёная краска — Марина Алексеевна Шевела пояснить не может. Ну я бы тоже был в тупике: зелёноватая кора у деревьев — не распространённое явление, а уж оттенка бриллиантового зелёного — так и вообще невозможное. Но вспомните, до 2020 года было невозможно найти в городе срезы, закрашенные бежевой краской, тем более — под цвет ствола: подрядчики использовали только яркую зелёную краску.

Требование делать спилы в цвет коры, незаметнее, само собой разумеется: чтобы дерево выглядело естественно, как будто в его рост и не вмешивались, как будто оно здорово (поэтому и белить их тоже не надо). Однако что у людей из Комитета городского обустройства, что у их подрядчиков очень странное отношение к цвету. Они думают, что у иркутских деревьев такие цвета коры:

Красный, оранжевый, охристый, жёлтый, зелёный, синий, лиловый, коричневый, белый

Иногда одного цвета им кажется мало, и тогда используют два:

Зелёный и коричневый (да ещё и незаконная побелка!), зелёный и оранжевый

Хотя что одним цветом, что двумя — всё равно не всегда голая древесина укрыта краской полностью, — работа сделана на отвали. Но акты подписываются, деньги платятся, вопросов у Шевелы не возникает. А у вас?

Чтобы помочь Марине Алексеевне разобраться с тем, какого цвета у деревьев кора, я решил сравнить её с образцами палитры Рала. Веер любезно предоставила Сибирская лаборатория урбанистики. Хотя веер старый (производитель рекомендует обновлять их каждый год, а этот выпущен в 2012), пошорканный, выкрасы немного выцвели, но для пробы моей технологии вполне достаточно и такого.

Эксперимент

Сперва я пошёл простым путём. Взял веер и, гуляя по городским улицам и садам, прикладывал его к стволам разных деревьев, подбирал наиболее похожий цвет, фотографировал. Но результат меня не устроил.

Облачка набегали, и Айфон постоянно менял экспозицию, а мне хотелось стабильности

Собрать большую палитру образцов было сложно: пород деревьев в городе слишком мало: сплошной ясенелистный клён с вкраплениями тополей и вязов. Можно пойти в какой-нибудь заметный сад, вроде Иерусалимского парка: там есть лиственницы, например. А просто фланируя не найти разносолов: политика озеленения Иркутска последние тридцать лет примитивна.

Поэтому мы с женой посоветовались, взяли зеркалку и в умеренно пасмурную погоду поехали в Ботанический сад: там, наверное, наиболее широкий «ассортимент» древесных пород из доступных нам.

Немногочисленные сотрудницы сада (ибо несезон) были приветливы, заинтересованы и помогали всячески советами. Хотя главная помощь была бы в предоставлении резиновых сапог: пост пишу в феврале, а ездили фотографировать мы в начале апреля: снег сошёл, дорожки ещё не высохли: грязевая каша, кисельные берега. Кое-как мы где-то крались, где-то прыгали, где-то балансировали, но всё равно не смогли не выпачкать ног.

Отсняли два-три десятка пород деревьев.

Неожиданно открылось для меня само собой разумеющееся. У дерева кора не какого-то одного цвета. Пресловутые белые берёзки вообще-то не белые — посмотрите на основание стволов, особенно у взрослых деревьев, и на самые тонкие веточки. И другие деревья такие же неоднотонные. У некоторых черёмух с отслаивающейся корой стволы тут охристые, там — как бронза, а иные лоскуты — тёмно-коричневые. У сосен, особенно молодых, кора — десятки оттенков от жёлто-оранжевого до тёмного серо-коричневого. Бывают такие деревья, у которых цвет коры более-менее однородный сам по себе от корней до самых кончиков, но из-за глубокой фактуры расходятся по стволу морщины теней.

Так как веер был неполный и уже поживший, иногда было сложно подобрать наиболее подходящий цвет. Если бы кора была однотонной, сделать это было бы проще, но иногда выбирал два совсем противоположных — ярко-оранжевый подходит к одним пятнам, тёмно-коричневый — к другим.

Так как сложно понять, какой у коры цвет, я решил усреднить цвета.

Оригинальные фотографии, наиболее подходящий цвет из представленных в веере

Усреднённые значения каждой отдельной плашки и всех стволов и веток

Имитация взгляда близорукого без очков

Во второй карусели видно, как усреднение цвета искажает его и на самом дереве, и на плашках: вышорканные белые полоски осветляли исходный цвет. Так что ещё одно затруднение в выборе более подходящего образца. На третьей карусели, с другим алгоритмом усреднения, цвета иногда меняются неожиданно.

Мозг, когда расшифровывает цвет, ориентируется не только на какой-то ограниченный участок коры, он учитывает ещё и фон, тени, солнечных зайчиков... Это усложняет подбор образца.

Оказалось, что при подборе на месте ближе всего подходили одни цвета, а после обработки фотографий и усреднения цвета иногда казалось, что ближе подходят уже соседние.

Мой метод исследования, возможно, неоптимальный, может быть, можно было бы сделать это точнее. Но если КГО мэрии не может предложить какую-то другую методологию, то предлагаю опереться на мои выводы и рекомендации. Предлагаю указывать в контрактах одновременное использование двух гамм: коричневой и серой, подходящая банка выбирается исполнителями на месте для каждого конкретного дерева, но можно и закрепить определённые цвета за определёнными породами деревьев.

	Коричневые	Серые
Основной	8025, бледно-коричневый	7002, оливково-серый
Замена	8008, оливково-коричневый	7006, бежево-серый
	7008, серый хаки	7039, кварцево-серый
		7032, галечный-серый

Перечислю также и другие цвета из коричневых и серых, которые встречались нам на исследовании: 7003 (серый мох), 7009 (зелёно-серый), 7033 (цементно-серый), 8000 (зелёно-коричневый), 8002 (сигнальный коричневый), 8024 (бежево-коричневый), 8028 (терракотовый). Их тоже можно было бы использовать, но они или значительно светлее, или в них больше красноты или зелени, чем в большинстве встреченных нами деревьев, поэтому как универсальные подойдут меньше.

Интересно, что некоторые подрядчики уже используют или сам 8025, или близкий к нему 8024 (бежево-коричневый) — в нём больше красноты. Какой точно — не берусь сейчас судить: и спил покрашен небрежно, и веер старый.

Нет смысла красить с проплешинами, только если нет задачи освоить бюджет

Но, как видите, оба коричневых не совпадают с цветом коры взрослого ясенелистного клёна, к нему (из тех тех образцов, что есть рядом) вообще ближе 8022. Связано сие с тем, что в Ботаническом саду как-то мы с женой не встретили (или не заметили) эту погань, цвет для этой погани я и не подбирал. Но в таком случае всё равно лучше брать не коричневый, а какой-то из серо-зелёных, что я упомянул выше: здесь уместнее будет смотреться не тёплый, а холодный оттенок.

Я думаю, правильный подбор краски сделает спилы менее заметными (хорошо бы ещё обязать мэрию закрасить те ядрёные зелёные пятна, которыми она нас наградила в предыдущие годы). Но если эти спилы большой площади, то любое однотонное покрытие будет выделяться, какой бы цвет мы ни выбрали: живое дерево — не столб. Поэтому для таких ситуаций я придумал другое решение.

Городская администрация не должна доводить деревья до такой стадии, что приходится спиливать большие ветви или когда со ствола кора облезает (см. фотографии в начале поста), но раз это происходит, то можно к этому относиться как к чему-то неминуемому, а можно — подчеркнуть, что такого быть не должно. Может быть, этим руководствовались сотрудники комитета городского обустройства, когда полтора метра ствола на Котельниковской (ныне — Фурье) покрасили зелёным. Арт-объект из этого никудышный — посыл не считывается.

Поэтому я предлагаю уличным художникам взять под опеку такие запущенные деревья и подчеркнуть их боль. Заполняйте сухобочины, морозобоины, участки открытого рака и особо крупные спилы орнаментами. Выбирайте две любые акриловые краски, придумывайте паттерн — и вперёд, прямо поверх заплаток, что нарисовала мэрия.

Не думаю, что нужно тратить время и фантазию на то, чтобы делать какие-то сложные рисунки, как в московском проекте «Паркарт» (хештег #природатут в Инстаграме уже загажен маркетологами, не ходите). Такая милота сместит фокус с проблемы и будет говорить прохожим не «За деревьями нет ухода», а «Посмотрите, какое оригинальное благоустройство».

Нам такого не надо

Просто оставлять монотонно покрашенные в муниципальный цвет дефекты — неправильно: как видно, хоть синий, хоть оранжевый уже используются, и никого это не волнует, все относятся к этому как к само собой разумеющемуся. А орнамент просигнализирует: обратите внимание, у этого дерева нет хозяина, это дерево не кормят, не лечат, его могут только пилить по кусочкам.

Свои работы в натуре или эскизы в цифре присылайте в комментарии к посту или мне в личку. Желательно — в формате «Было — стало» («Было — будет»). Если захотите — я их опубликую с именами или анонимно.

В прошлом году мэрия научилась не красить деревья зелёным, если в следующем научится определять цвет коры, то в будущие годы мы с ней поработаем над тем, чтобы закрашивать спилы целиком и равномерно, а потом — и чтобы правильно делать эти самые спилы. Так, глядишь, к 2030 году дойдём до задачи со звёздочкой — научиться спиливать только нужные ветки. И ухаживать за деревьями так, чтобы не приходилось полкроны срезать.

☉

Стать спонсором настоящего, а не мамкиного сми просто. Форма для разовой благодарности автору ниже. А можете подписаться на ежемесячную автоматическую поддержку редакции.

🧠 Недалёкие маршрутчики

Thu, 18 Nov 2021 00:38:52 +0800

В Иркутске есть общественный транспорт. Основная задача его — выполнять социальный заказ на перевозку людей. Но не весь общественный транспорт выполняет эту задачу: муниципальный делает то, что должен, а частный, паразитируя на муниципальном транспорте, занят получением чёрного нала для владельцев маршрута.

Муниципальный транспорт выходит на линию в то время, когда это невыгодно: ранним утром или поздним вечером.
Муниципальный транспорт ходит днём с примерно одинаковым интервалом, есть час пик или нет часа пик.
В муниципальном транспорте крайне сложно встретить курящего во время движения водителя (но они это иногда делают в салоне на отстоях между рейсами).
В муниципальном транспорте объявляют остановки.
В муниципальном транспорте не включают музыку или просто радио.
Подвижной состав муниципального транспорта адаптирован для городских перевозок: почти всегда это транспорт большой вместимости, с широкими проходами, всё чаще — низкопольный.
Водители муниципального транспорта соблюдают скоростной режим (без +20) и не играют в шашечки — это безопаснее.
Муниципальный транспорт принимает безналичную оплату и даже за наличную оплату выдаёт билеты.

Частник может не выйти на линию рано утром или поздно вечером, нарушив контракт, потому что водителю не хочется возить воздух.
Частник может в час пик вывести больше единиц транспорта, чем в течение дня, он может вывести даже больше машин, чем было разрешено по контракту.
В частном транспорте курящие водители на некоторых маршрутах ещё встречаются.
Частники не объявляют остановки (а это важно для человека, который едет незнакомым маршрутом).
Вместо того чтобы объявлять остановки, частники включают радио или свой плейлист для всех.
Основной подвижной состав частников — микроавтобусы, а если большие автобусы и есть, то это техника для междугородних перевозок.
Частники агрессивно ведут себя на дороге, даже если ведут автобусы большой вместимости, а не микроавтобусы.
Частники не принимают оплату безналом, не выдают чеков.

При этом частники дублируют маршруты муниципального транспорта. Что получается. Те, кто работает по правилам (платит налоги, отчисления в фонды) и действительно приносит пользу жителям (работает в слабозагруженные часы), не выдерживают конкуренции с теми, кто работает вчёрную и только в тучные часы. В результате маршрут муниципального транспорта в среднем получает меньше пассажиров, чем мог бы, а частники — больше, чем должны. Мунициальный транспорт несёт бо́льшие издержки, а частники получают сверхприбыль. Муниципальный транспорт теряет возможность обслуживать и закупать подвижной состав, со временем уже не сможет обеспечивать выход на линию необходимого количества техники, станет зарабатывать ещё меньше. Так частники, при потворстве депутатов и администрации, уничтожают муниципальный транспорт.

Ладно если бы они его переиграли и уничтожили по-честному, но это же происходит в неконкурентной борьбе. Борись частники повышением качества обслуживания, у меня бы не было никаких вопросов. Но если муниципальный транспорт умрёт, то нынешние частники не возьмут на себя его задачи — обслуживание населения в малолюдные часы. И никакого повышения комфорта тоже не будет. Зачем это монополисту, и так пипл схавает.

Что до комфорта пассажиров водителям нет дела, хорошо видно по простейшей операции, которую они выполняют несколько сотен раз в день: остановка автобуса у павильона. Хотя может быть ещё одно объяснение — водителям не до лампочки, они просто ahmoq.

Высадка людей на перекрёстке, посадка из второго ряда

Исследование-2016

Пять лет назад я в одиночку провёл исследование: в выходной и в будний день (воскресенье, 30 октября, и среда, 2 ноября 2016 года) выходил на остановку Усадьба Сукачёва (в сторону центра) и фиксировал проезжающие автобусы и троллейбусы.

В первый и последние часы движения (06:00—07:00 и 22:00—23:00) я стоял все шестьдесят минут, чтобы понять, какие маршруты вышли без опоздания и закончили не раньше положенного срока. А весь остальной день я стоял только каждую первую четверть часа (07:00—07:15, 08:00—08:15 и так далее). Стоять непрерывно восемнадцать часов одному невозможно, а иметь данные по каждому часу хотелось. Согласно предоставленному администрацией расписанию, мимо этой остановки не проходит ни одного маршрута с интервалом движения более 15 минут — получается, я обязательно должен был бы зафиксировать хотя бы одного представителя в каждый период наблюдения.

Для каждого автобуса и троллейбуса я записывал время остановки для посадки-высадки и отмечал, где относительно павильона была остановка.

Ещё в начале каждого часа фиксировал значение пробок по сервису Яндекс-карты. Интересно было посмотреть, влияет это как-то на периодичность или нет. Для полноты картины записывал, курили ли водители (не заметил) и говорили ли они по мобильнику без гарнитуры (бывало).

Четыре карусели бланков наблюдений и данных по пробкам, можете открыть и полистать.

Пробки в выходной. Только в три часа дня поднялись до трёх баллов, после восьми вечера уже было снова два балла и меньше

Бланки наблюдений в выходной

Пробки в будни с восьми утра уже четыре-пять баллов, но в десять уже опять три. С двух часов дня снова четыре балла, растёт до семи баллов к восьми вечера, когда начинает падать каждый час (четыре, два, один балл)

Бланки наблюдений в будний день

Остановка

Остановочный павильон ставится не просто так:

ожидать транспорт с защитой от ветра и дождя комфортнее, чем под открытым небом;
павильон для пассажира — заметная и однозначная точка притяжения, обозначающая место, где следует ждать транспорт: павильон гораздо заметнее, чем дорожные знаки, которые пешеходы не замечают;
когда пассажиры ожидают транспорт у павильона, а не растягиваются вдоль дороги, посадка происходит быстрее.

Иркутскому транспорту особенно важно доезжать до павильона и даже немного дальше. Поясню для жителей других городов. У нас почти на всех маршрутах оплата в автобусах и троллейбусах (без кондуктора) водителю на выходе. Вход через заднюю (иногда и через среднюю) дверь, выход — через переднюю. Соответственно, если водитель не доезжает до павильона, то выходящие из передней двери создают препятствие тем, кто идёт для посадки в заднюю дверь. А если водитель останавливается таким образом, что задняя дверь находится напротив павильона, то потоки входящих и выходящих людей не пересекаются, меньше толкотни, неудобства, быстрее посадка и высадка. К тому же, если вдруг к остановке подъедет ещё один автобус, то людям, которые пойдут на посадку в него, не будут мешать люди из первого автобуса.

Остановка; где должен останавливаться автобус; где автобус останавливается

В бланках вы видели, как именно я отмечал место остановки автобуса. Потом я нарисовал остановку и прилегающую территорию, до самой зебры, и отобразил каждый остановившийся автобус в соответствии с данными наблюдения. Я считал автобус или троллейбус остановившимся, только если он открывал двери для посадки и высадки. Если транспорт останавливался, не открывал двери, проезжал дальше и открывал их только там, тогда я учитывал как остановку лишь второй раз. Если транспорт останавливался, открывал двери, а потом проезжал дальше и снова останавливался, то я учитывал только первый раз.

Те немногочисленные автобусы, которые останавливались как надо, были в массе настоящие пригородные — из Пивоварихи, например

В будни автобусы останавливались почти там же, что и в выходной, тоже до зебры. Обобщённая линия на схеме получилась более широкой и тёмной, потому что автобусов было больше и в будни чаще останавливались по два автобуса

При этом почти никто не подъезжал вплотную к бордюру, люди выходили для на проезжую часть. Это опасно, неудобно и замедляет посадку и высадку. Одно дело, если человек сразу делает шаг в автобус, троллейбус или трамвай прямо с тротуара; другое дело — когда человек спускается с тротуара на проезжую часть, идёт по ней (а зимой в этом месте ещё и снежная каша), потом поднимается в транспортное средство. Поэтому и появляется низкопольный транспорт — для скорости и удобства, но он не будет иметь смысла, если водители не подъезжают к бордюру вплотную.

Расписание

С соблюдением расписания у частников плохо. Они начинали ездить позже того времени, что прописано в контракте, а заканчивали — раньше. Кроме того, в течение дня расписание тоже не соблюдалось: однажды на остановке одновременно находилось три 480-х. Обвинять в этом какие-то мифические пробки неправильно: троллейбус в то же самое время ходил ритмично, без значимых отклонений от графика.

Информацию о расписании движения я получил в мэрии по всему транспорту, кроме пригородных маршрутов, это не в ведении городской администрации.

Вот, например, по наблюдениям 2016 года, количество рейсов за первую четверть каждого часа с семи утра и до девяти вечера (когда все маршруты уже начали ходить и ещё не закончили). Даю табличку по среде, когда были какие-то значительные дорожные заторы.

Час	Пробки	3	4	45	90	99	480
07:00...15	2	3	2	1	5	0	5
08:00...15	4	2	2	1	3	0	5
09:00...15	5	1	2	2	4	1	5
10:00...15	3	3	1	2	2	1	3
11:00...15	3	2	2	5	6	1	3
12:00...15	3	6	1	4	2	0	2
13:00...15	3	4	2	3	4	0	4
14:00...15	4	2	2	2	4	1	3
15:00...15	4	3	2	3	0	0	5
16:00...15	4	3	2	3	2	1	5
17:00...15	4	3	1	2	2	1	4
18:00...15	6	5	2	3	2	0	2
19:00...15	7	1	3	4	4	0	4
20:00...15	4	2	2	2	0	0	1
21:00...15	2	0	0	2	1	0	2

Понятно, что это несколько приблизительные данные, если бы наблюдение было сплошное, на протяжении дня, то детализация была бы выше. Смотрите, вот самые большие пробки — в шесть-семь вечера. И автобусов 480 было чуть меньше, а автобусов 3 — больше, чем обычно в течение дня. В полдень пробок не было, а ситуация повторилась.

И видно, как автобус 480 в утренний час пик проездил, обобрал троллейбус и до дневного часа пик не напрягался. С пробками это не коррелирует.

Также наблюдение показало, что до семи утра не появилось ни одного частника, был только троллейбус 4:

№	Старт	Интервал	План	Будни, факт	Выходной, факт
3	06:12	9	3	1	0
4	?	?	?	2	1
45	06:04	4	10	2	0
90	06:04	3	18	6	0
99	06:04	10	4	0	0
480	?	?	?	3	3

Заканчивали ходить тоже показательно. Два маршрута (3 и 99) официально заканчивают ходить до десяти вечера, поэтому к ним вопросов нет.

№	Старт	Интервал	План	Будни, факт	Выходной, факт
3	—	—	0	1	0
4	?	?	?	2	0
45	22:30	4	10	2	0
90	22:00	3	1	0	0
99	—	—	0	0	0
480	?	?	?	1	0

По деталям графика работы автобуса 480 у меня данных нет, потому что это не городской маршрут, а пригородный. Но это ничего, в одном из будущих материалов расскажу, почему этот маршрут нужно вообще закрыть.

Исследование-2021

В августе этого года я трижды выходил на ту же остановку: утром, днём и вечером. Ставил камеру на часик внутри остановочного павильона, чтобы наглядно показать, какая доля водителей по-прежнему կույր.

Три ролика в ускоренном движении. Посмотрите сами, как часто возникает ситуация, когда два или более автобуса на остановке; и как часто дверь для посадки оказывается напротив павильона; и как часто троллейбусы оказывались бы на остановке вместе с автобусом.

Утро

День. Я выходил на 1 ¼ часа, чтобы получить более точное среднечасовое значение. Экшн-камера, которой пользовался, не снимает одним непрерывным большим куском а дробит ролики на фрагменты около 20 минут. Финальный фрагмент дневной съёмки не сохранился, запись всего в 58 минут

Вечер. Видно, что транспорта в сторону центра значительно меньше, по сравнению с двумя другими наблюдениями

Период	Не доехали	Доехали	Переехали
Утро	32	7	6
День	32	0	5
Вечер	23	2	3

——

Поясню по поводу тех, кто переехал остановку. Это только троллейбусы, и они не виноваты. Почему-то ГИ(Б)ДД считает, что нужно разводить остановки по типу транспорта. Это как-то ещё можно понять, если речь о рельсовом транспорте и всём остальном, но зачем разводить автобус и такой же автобус, но с рогами — непонятно. В результате люди, которым важен не вид транспорта, а кто первым подойдёт, бегают от остановки до остановки, а те, кому нужен именно троллейбус, стоят без защиты от осадков.

Нет ни одной уважительной причины, по которой нельзя разрешить остановку троллейбуса возле павильона прямо сейчас.

Карман слишком глубокий, люди для посадки выходят на проезжую часть

А водители автобусов по-прежнему останавливаются как попало. Прошло пять лет. За это время стоимость проезда частники уже один раз поднимали и сейчас планируют поднять ещё раз. А что изменилось с тех пор качественно, если водители до сих пор не узнали, для чего нужен остановочный павильон? Может, они начали принимать безнал, как того уже федеральное законодательство просит и как уже делают в других городах страны, например в Воронеже? Нет. Может быть, водители соблюдают расписание рано утром, поздно вечером и следуют ему в течение дня? Может быть, они начали объявлять остановки, как того требуют правила, что внутри каждого салона висят? То есть без повышения качества обслуживания, без всякого обоснования — просто «потому что» — частники в очередной раз хотят повысить тарифы. Мне кажется, это какая-то херня. Посмотрим, что думает наш департамент транспорта, нормально ли повышать стоимость услуг без повышения качества обслуживания? Надо ли продолжать топить муниципальный транспорт, никак не контролируя соблюдение условий контракта частниками?

☉

Подписывайтесь на ежемесячную автоматическую поддержку редакции — сможете влиять на будущие публикации. И подписывайтесь на канал в Телеграме — там анонсы новых публикаций и прочее.

🧠 Музыкальный театр переехал

Sun, 31 Jan 2021 13:57:25 +0800

Остановку Музыкальный театр в сторону Бабра перенесли 1 сентября 2018. Администрация города сделала это под давлением ГИ(Б)ДД и, как я понимаю, лично подполковника полиции Ильи Яковлевича Подвойного.

При переносе был допущен ряд ошибок в дизайне перекрёстка возле старой остановки и проезжей части в новом месте. В результате 27 января 2021 погиб человек. Иркутское отделение фонда «Городские проекты Ильи Варламова и Максима Каца» в статье на ВК рассказывает, как можно было избежать трагедии, и предлагает решения, которые сделают этот участок безопаснее. Я согласен с этими доводами почти полностью, но предлагаю посмотреть на ситуацию шире.

Это актуальная редакция моего старого поста на Яндекс-дзене от 27 сентября 2018 года. Я перенёс его в этот блог, переработав и дополнив в связи с трагическим событием. По сравнению с оригинальным постом, это совершенно новый материал: я выбросил вступление, перенёс заключительную часть в начало, исправил некоторые недочёты в тексте, добавил много новых иллюстраций.

Как проектируют улицы в Иркутске

Подход к проектированию дорог и улиц где-то устаревший, где-то просто неправильный. Среди многих атавизмов остался один главный: почему-то до сих пор спрашивают мнение гаишников. Но зачем? Ведь это не инженеры, которых учили транспортному планированию и моделированию, а простые siloviki, которые не знают ни современных тенденций в организации дорожного движения, ни об изменении транспортной парадигмы, ни о результативных подходах к обеспечению безопасности, ни о теории игр. Их суета только мешает нормальному развитию города.

С 1 июня 2013 года проектирование больше не в ведении ГИ(Б)ДД

В отдельном материале я объясню подробно и с цифрами, что не так с этой инспекцией, сейчас вернёмся к проектированию вообще.

Перед тем как что-нибудь изменить, нужно измерить существующую ситуацию, а затем выдвинуть гипотезу: «У нас сейчас вот так, чтобы получилось вот сяк, нужно сделать то-то».

При изучении ситуации можно измерить какой-то один параметр и дальнейшие действия направлять на корректировку его. Но это приведёт к перекосу, и ситуация в целом может даже ухудшиться. Поэтому нужно стремиться измерить как можно больше параметров, тогда можно будет с большей уверенностью предлагать сбалансированные решения. В нашем случае можно было бы хотя бы:

Посчитать количество людей, переходящих Летне-Амурскую (ныне — Седова) в районе надземного пешеходного перехода в каждую сторону.
Посчитать количество людей, пользующихся надземным пешеходным переходом.
Посчитать количество пешеходов, переходящих улицу по каждому из переходов на перекрёстке возле входа в Иерусалимский парк.
Посчитать пешеходов, которые поднимаются в горку, чтобы сесть на троллейбус (по этой стороне ходит и один маршрут автобуса, но редко, поэтому я в тексте им пренебрегаю).
Посчитать количество единиц личного и общественного транспорта, рассчитать провозную способность (сколько людей проезжает на каждом типе транспорта).
Посчитать велосипедистов и зафиксировать, где они едут (по тротуару или проезжей части).
Посмотреть на показатель загруженности этого участка в разное время суток в Яндекс-пробках.
Посмотреть на места, количество, тип, причины, виновников ДТП на проектируемом участке.

Это самый минимум. По-хорошему, нужно смотреть не только на сам изучаемый участок, а ещё на то, что его окружает, поэтому нужно будет брать перекрёстки у Бабра и театра кукол, а также Зимне-Амурскую (ныне — 3 Июля).

После анализа этих данных можно выдвигать обоснованную гипотезу. И через год после реконструкции измерить те же самые показатели в тех же самых местах. Ситуация изменилась в лучшую сторону — молодцы, давайте по такой же методологии ещё чего-то улучшать. Ничего не изменилось? Продолжайте изучать, чтобы в будущем было ясно, где ошиблись. Стало хуже — возвращайте всё назад.

Иногда исследовательская часть может быть и достаточно бюджетной, но она должна быть. Нельзя перепроектировать движение в центре города только на основании ничем не подкреплённого мнения начальника ГИ(Б)ДД. Это должны делать настоящие эксперты, например Транспортная лаборатория при Политехе, которая может обосновать решения исследованиями и расчётами.

Нет, Илья Яковлевич, не так

Интересна риторика гаишников. Послушайте или почитайте их интервью. Хотя их организация называется «инспекция по безопасности дорожного движения»», но они же про эту безопасность не говорят, они говорят о пробках. Если бы ведомство называлось ГАИ НБП («Государственная автомобильная инспекция неяйцеголовых по борьбе с пробками»), то у меня никаких вопросов бы не было, но здесь же очевидно: люди с погонами садятся не в свои сани.

А был ли мальчик? С чего вообще Илья Яковлевич Подвойный взял, что в этом месте есть пробки и он приедет на серебристом коне и всё исправит? Вот две гифки, показывающие обычную загруженность этого участка в разное время в разные дни недели. Первую я взял из старой публикации (сентябрь 2018), вторую записал вчера (конец января 2021)

Свежий вариант ещё залил в формате видео и на Ютуб

Как видите, на рассматриваемом участке пробок как не было, так и не появилось. А вот вечерами понедельника и среды пробки есть на Зимне-Амурской. Для этой улицы есть решение, как уменьшить заторы на ней, вот только ГИ(Б)ДД не даёт его реализовать, в частности, препятствуя запуску общественного транспорта на выделенной полосе «против шерсти».

Гаишники могли быть советниками в этом деле, но реализовывала-то проект мэрия. И вот как в июле 2018 года это решение пытался обосновать Андрей Николаевич Пономарёв, начальник департамента дорожной деятельности, в интервью Ирк.ру:

— Федеральный проект «Безопасные и качественные дороги» направлен в первую очередь на обеспечение безопасности дорожного движения, на устранение очагов аварийности по городу. Данный участок у нас всегда был сложным для проезда, кроме того, на нерегулируемом пешеходном переходе происходили ДТП с пострадавшими. Данная реконструкция снимет этот вопрос.

Нет, Андрей Николаевич, не так

Работа по методике «меткого» японского стрелка не делает чести чиновнику.

Притча про японских стрелков
Один из лучших стрелков из лука в Японии однажды проходил через одну деревню. И увидел, что кто-то стрелял из лука в мишень, и все стрелы попадали точно в цель. Рассматривая результаты стрельбы неизвестного стрелка, лучший мастер понял, что он не лучший. Достав меч для харакири, он хотел покончить с собой. Но местные жители сказали, что это стрелял местный дурачок. Он сначала стреляет, а потом вокруг стрел рисует цель.

Раз Андрей Николаевич говорит об «очагах аварийности» и про ДТП с пострадавшими, наверное, он погружался в вопрос и знает ответ на вопросы:

Действительно ли здесь есть «очаг аварийности»?
Сколько ДТП было за последний год?
Какого рода были ДТП (какая тяжесть, сколько раненых, погибших среди пешеходов, водителей, велосипедистов)?
По чьей вине были ДТП?
Какие факторы влияли на то, что ДТП произошло?
Какие ещё способы снижения ДТП рассматривались и почему их не приняли (особенно интересует, почему решили, что ДТП никуда не денутся после установки светофоров и почему отвергли принятые в прошлом августе предложения Минстроя о хорошо зарекомендовавших себя способах успокоения трафика)?
Какие прогнозы по ДТП ожидаете на этом участке и на новом месте остановки?

Но не думаю, что эта работа проводилась. Потому что тогда бы результаты были совсем иными. Например, можно было бы использовать меры по успокоению трафика и устроить физические островки безопасности для контроля скорости.

Зелёным обозначил неиспользуемую машинами территорию

«Очаг аварийности», который упоминал Пономарёв, — несуществующий термин, под ним следует понимать «аварийно-опасный участок дороги» или «место концентрации дорожно-транспортных происшествий», как его определяет ФЗ «О безопасности дорожного движения» — участок дороги, улицы, не превышающий 1000 метров вне населённого пункта или 200 метров в населённом пункте, либо пересечение дорог, улиц, где в течение отчётного года произошло три и более дорожно-транспортных происшествия одного вида или пять и более дорожно-транспортных происшествий независимо от их вида, в результате которых погибли или были ранены люди.

То есть «очаг аварийности» там, где за год произошло:

три однотипных ДТП (гибель и ранение людей при этом не имеет значения);
пять любых ДТП, но обязательно с гибелью или ранением хотя бы одного человека.

Вот только здесь не было «очага аварийности», как нет его здесь сейчас. Но вообще в Иркутске они существуют.

Очаги аварийности на январь-2021

Работа с «очагами аварийности», кстати, ведётся несистемная: гаишники пытаются работать со следствиями, а не с причинами, поэтому клюв достали — хвост завяз, хвост достали — клюв завяз. Об этом говорит создатель аналитических сервисов «Карта ДТП» и «Трансметрика» Алексей Радченко.

В среднем 10% очагов дтп сохраняется из года в год. 90% возникают в новых местах. На скрине постоянные очаги в Иваново. pic.twitter.com/9EjX8CNeYP

— Радченко Алексей (@alex_radch) January 29, 2021

Андрей Николаевич говорил о том, что здесь происходили ДТП, в том числе и с пострадавшими, вот сейчас и посмотрим, как повлиял перенос остановки и другие рекомендации «экспертов» из ГИ(Б)ДД на ситуацию. Сравним сложный перекрёсток у входа в Иерусалимский парк и участок возле надземного перехода. Смотреть будем по официальным данным, взятым с сайта ГИ(Б)ДД и транслирующихся в удобном виде на сервис «Карта ДТП». Период возьмём одинаковый: 25 месяцев до переноса и 25 месяцев после, то есть период с 31 июля 2016 по 31 августа 2018 и с 1 сентября 2018 по 1 октября 2020.

Для начала — все ДТП с 1 января 2015 года до 30 ноября 2020 года (данные до 2015 года ГИ(Б)ДД не хранит, что плохо, а за декабрь-20 и январь-21 ещё не поступили)

Было

Сперва посередине улицы было спокойно, за два года одно ДТП и то без участия пешеходов.

17 ноября 2016, четверг, 16:20 — вина водителя, нарушение правил перестроения

А на перекрёстке в то же время вроде бы много разного. Четыре ДТП с пешеходами (остались живы), все по вине водителей, и ещё четыре ДТП без участия пешеходов, их здесь не разбираю, в них вина водителей.

3 сентября 2017, воскресенье, 10:20 — вина водителя. Одно из обстоятельств — отсутствие дорожных знаков в необходимых местах.
5 октября 2017, четверг, 19:30 — вина водителя.
4 февраля 2018, воскресенье, 15:10 — вина водителя, одно из обстоятельств — недостатки зимнего содержания. Видимо, был плохо убран снег.
22 августа 2018, среда, 10:00 — вина водителя (нарушение правил проезда пешеходного перехода).

Стало

После того как перенесли остановку, ситуация на Летне-Амурской заметно ухудшилась.

Опять же не разбираю ДТП с участием только водителей (жёлтые отметки), но и их стало больше

20 апреля 2019, суббота, 18:35 — виноват водитель.
18 сентября 2019, среда, 20:15 — виноват пешеход, переходил через проезжую часть вне пешеходного перехода в зоне его видимости либо при наличии в непосредственной близости подземного (надземного) пешеходного перехода.
9 июля 2020, четверг, 17:00 — вина водителя, он не соблюдал очерёдность проезда и наехал на велосипедиста.

На старом участке ДТП действительно стало меньше. Но ситуация в целом не улучшилась, проблемный участок лишь переехал вниз.

13 августа 2020, четверг, 18:20 —виноват водитель.

Вывод из этой части такой, что улучшить ничего не получилось. В остальных частях я покажу, что много чего ещё испортили.

Изменилось расстояние между остановками

Остановки в городе должны размещаться не где попало, есть снип (СП 42.13330.2016, сеть общественного пассажирского транспорта и пешеходного движения), и он мне кажется вполне рациональным. Отдельно об этом вопросе я писал в посте о разработке ПКРТИ.

Выдержки из него ниже (полная цитата по щелчку на этом тексте)

От дома до остановки должно быть не более 500 м, но в некоторых климатических районах 400 и даже 300.

В центре города от остановки до массовых точек притяжения должно быть не больше 250 м.

Если сложный рельеф и нет фуникулёров или их аналогов, то указанные расстояния нужно уменьшать на 50 м для каждых 10 м перепада рельефа.

Дальность пешеходных подходов до ближайшей остановки общественного пассажирского транспорта следует принимать не более 500 м; указанное расстояние следует уменьшать в климатических подрайонах IА, IБ, IГ и IIА до 300 м, а в климатическом подрайоне IД и IV климатическом районе до 400 м.

В общегородском центре дальность пешеходных подходов до ближайшей остановки общественного пассажирского транспорта от объектов массового посещения должна быть не более 250 м; в производственных и коммунально-складских зонах — не более 400 м от проходных предприятий; в зонах массового отдыха и спорта — не более 800 м от главного входа.

В условиях сложного рельефа, при отсутствии специального подъёмного пассажирского транспорта указанные расстояния следует уменьшать на 50 м на каждые 10 м преодолеваемого перепада рельефа.

Примечание. В районах индивидуальной усадебной застройки дальность пешеходных подходов к ближайшей остановке общественного транспорта может быть увеличена в больших, крупных и крупнейших городах до 600 м, в малых и средних — до 800 м.

Иркутск относится, судя по всему, к району 1В (данные о среднемесячных температурах из Википедии).

Де-юре с транспортной доступностью в этой части города почти прекрасно (голубая заливка), но даже при таком формальном подходе видны дома, которые не обеспечены транспортом.

Зона покрытия остановками и плотность маршрутов показывают неоптимальность сети

Но де-факто ситуация значительно хуже: на этом участке слишком много остановок в одну сторону, когда на противоположной стороне дороги нет павильона и транспорт не останавливается. Это означает, что транспортом по нормативу пассажир обеспечен, но только в одну сторону. Если остановка в разные стороны не находится через дорогу, то это неудобно и жителям ближайших домов, и приезжающим на работу, и тем, кто мог бы сделать в этом месте пересадку.

О пересадках я расскажу чуть ниже, а сейчас покажу, что произошло, когда перенесли остановочный пункт Музыкальный театр при движении в сторону Бабра.

Чисто математически из упомянутого снипа следует, что если до ближайшей остановки в нужную сторону должно быть не более 400 м, то между остановками по одной стороне дороги должно быть не более 800 м, а в районе у театра кукол и музыкального театра — так и вообще 500 м (250 + 250), — потому что и сами эти театры точки притяжения, так ещё напротив первого находятся здоровенные ТЦ «Новый» и рынок; напротив другого — ТЦ «Модный квартал» и вообще вся Слобода.

Давайте посмотрим, какой длины перегоны до и после обсуждаемой остановки при движении в сторону центра, фрагмент Омулевского — Усадьба Сукачёва — Эталон — Театр кукол — Музыкальный театр — Ленина — Художественный музей — Сухэ-Батора:

Было, м	650	700	450	650	700	750	550
Стало, м	650	700	450	950	400	750	550

Как видно, раньше остановки были более-менее равномерно размещены (только более короткий перегон между Эталоном и Театром кукол). И уже тогда остановки хотя и находились в пределах законного и комфортного для людей расстояния, но было отклонение от предписанного оптимума в районе обоих театров. Теперь же перегоны стали неравномерными и один из них выпадает из удобного расстояния. Человеку теперь придётся или существенно раньше выходить, или проезжать лишнего и подниматься в гору.

Мне могут возразить, что зато стало удобнее приезжать в Слободу. Давайте проверим: посмотрите на две диаграммы. Зелёным обозначена условная 10-минутная доступность от остановки. Сперва — от старого места, затем — от нового. Видно, что если рассматривать только территорию так называемого 130-го квартала, то в обоих случаях охваченная площадь примерно одинакова, так что выигрыш во времени сомнителен. К тому же нужно учесть, что по результатам исследования этой территории, которое я делал несколько лет назад, всё чаще молодёжь говорит не «130-й квартал», а «Модный квартал» или просто «Модный». Подразумевает она при этом не только сам торговый центр, но всю территорию квартала вообще. Это говорит и о том, что главная точка притяжения для местных здесь не деревянные домики. А ко входу в здание «Модного квартала» со старой остановки через надземный переход подходить вполне комфортно.

Пострадали маломобильные

Как видно из стандарта, что я цитировал выше, от остановки до входа в театр (как у объекта массового посещения) должно быть не более 250 м. Оба варианта размещения (и до переноса остановки, и после) соответствуют этому параметру.

Однако если раньше вход в театр находился почти в одном уровне с остановкой — там была небольшая лестница из нескольких ступенек и полноценный удобный пандус с малым углом наклона, — то теперь подняться маломобильным людям очень сложно.

Напоминаю, что маломобильные — это не только люди на инвалидных колясках. Это ещё пожилые, травмированные, родители с маленькими детьми, люди с колясками, туристы с рюкзаками или просто пешеходы с грузом. По экспертным оценкам, примерно треть пешеходов можно отнести к маломобильным. Только инвалиды маломобильны всегда, другие люди — в определённые моменты испытывают сложности с перемещением.

Тут подойти-то сложно, не то чтобы подняться

Пожилому человеку сложно подниматься, потому что за эти перила (если этот декоративный бордюр вообще можно классифицировать как перила) неудобно браться. А когда дождь или гололёд, то держаться за что-то обязательно нужно — и как быть? На этой лестнице нет никакого пандуса, поэтому что там говорить про инвалидные коляски, мамам с обычными колясками на этот пик Культуры не взобраться.

Маломобильному сложно перейти дорогу: он просто не сможет воспользоваться надземным переходом. А раньше — смог бы, потому что был пандус.

Подробнее о недопустимости надземных и подземных переходов в современном городе:
— поинтерактивнее,
— покороче.

Изменилось транспортное поведение

Иркутская маршрутная сеть несовершенна, есть глобальные проблемы (дублирующиеся маршруты), есть локальные (неудачные места остановок; разнесённые остановки для разных видов транспорта).

Раньше у льготников и маломобильных была относительно удобная возможность пересесть с троллейбуса 4, двигавшегося со стороны аэропорта, на троллейбусы, двигающиеся в сторону Солнечного. Они доезжали до Музыкального театра, там быстро пересекали дорогу по переходу без светофора и садились на один из трёх маршрутов, которые едут в сторону плотины. Такая же схема работала раньше и в обратном направлении.

Пересадка на Театре кукол не такая удобная для людей, которым тяжело ходить: нужно пройти 150 м и отстоять один светофор. В обратном направлении эта пересадка вообще не работает. В карусели ниже четыре схемы:

Как люди пересаживались и пересаживаются с троллейбуса со стороны аэропорта на троллейбус в сторону Солнечного. Не самый удобный вариант, но терпимо.
Прежний вариант пересадки с троллейбуса со стороны Солнечного на троллейбус в сторону аэропорта.
Самый простой вариант пересесть с троллейбуса из Солнечного на троллейбус в сторону Аэропорта. Ясно, что так уже никто делать не будет, слишком большой перепробег. А альтернативы какие? Выходить на новой остановке Музыкальный театр и подниматься в гору 150 метров? Или выходить на Театре кукол и идти до Эталона?
А с автобуса из Солнечного здесь вообще никак удобно не пересесть в сторону Аэропорта.

Удобные пересадки на электротранспорте делают общественный транспорт более привлекательным, здесь же ситуация ухудшилась. Если до переноса остановки необходимость перепроектировать размещение остановочных павильонов на Театра кукол не стояла остро, то теперь сложилась ситуация, когда это делать необходимо.

Больше двухсот метров и два пересечения проезжей части — плохое решение для пересадки

Закрыли удобный пешеходный переход

Когда я писал в администрацию, чтобы нарисовали ещё одну зебру на пересечении Казацкой и Канавной (ныне — Красноказачьей и Трудовых резервов), мне сказали, что это нерационально. Там была типичная ситуация с П-образным пешеходным переходом: прямо пройти ПДД разрешают, но только машины не пропускают: зебра-то не нарисована. Поэтому вместо двадцати метров приходится проходить шестьдесят.

Но это ещё ничего — там усложнили жизнь людям всего в три раза. Здесь же ГИ(Б)ДД усложнила её в десять! Вот это да, теперь всё рационально!

Если раньше дорогу можно было пересечь сразу и без светофора (переход был нерегулируемым), то теперь нужно пройти расстояние в десять раз большее, пересечь проезжую часть четыре раза. И везде отстоять на светофорах: они загораются одновременно, и сложно перейти все дороги за одну фазу зелёного. Тем более что сейчас там всё загорожено вредными заборами.

При этом люди как ходили, так и продолжают ходить здесь, даже при отсутствии зебры и пешеходного светофора: есть фаза, когда машинам в этом направлении красный, поэтому переходить здесь не просто быстро, а безопасно. Нужно убрать забор, нарисовать зебру и поставить светофор с пешеходной фазой, раз она и сейчас существует.

Видео от 29 января 2020, я просто шёл мимо

Конечно, здорово, что нарисовали переходы и поставили светофоры через Верхнюю Амурскую (ныне — 25 Октября) и Мастерскую (ныне — Кожова) — они были нужны давным-давно, но зачем при этом нужно было закрывать имеющийся переход?

Перекрёсток до реконструкции

С другой стороны от нового места остановки ближайший официальный наземный переход аж на пересечении с Преображенской (ныне — Тимирязева). И он тоже П-образный, наверное, это очень рационально. Я прямо вижу, как Подвойный перед тем, как зайти в магазин, дважды обходит здание, в котором он находится, ведь движение — жизнь, много ходить — очень рациональное действие.

Тут всё организовано тупо, хотя физические островки безопасности и канализирующие потоки решили бы вопрос безопасности для пешеходов и водителей на этом сложном перекрёстке

Разумеется, люди сейчас переходят дорогу прямо там, где вышли из троллейбуса. Они и раньше перебегали дорогу. Только раньше делали это только сами водители (те самые, которые в других ситуациях не любят перебегающих дорогу пешеходов), а теперь к ним добавились ещё пешеходы. Ну что поделать — если парковка (и остановка) тут, а ближайшие наземные переходы слишком далеко.

Здесь и произошла на этой неделе трагедия, когда водитель троллейбуса убил переходившего здесь улицу человека.

Незаконный переход — 21 м, крюк по лестницам надземного перехода — 449 м, крюк по земле через бабра — 645 м

Путь через надземный переход мог бы быть короче, если бы можно было спуститься по лестнице сразу после окончания проезжей части. Но руководство «Модного квартала» не обслуживает эту лестницу и не открывает доступ к ней.

Хотя по натоптанной тропинке видно, что маршрут востребован

Карман

На новой остановке появился карман. В городе они не нужны и только вредят. Любой гае́ц может сколько угодно говорить о том, что есть гост, но этот гост действует для загородных трасс.

Троллейбус не может подъехать к бордюру вплотную (мешают рога), чем увеличивает время посадки и высадки. Ему легко заехать в карман, но сложно из него выбраться: машины не всегда сразу пропускают.

Неудобный карман — люди заходят в салон не с тротуара, а с проезжей части

Даже если предположить, что карман нужен, его геометрия и глубина реализованы из рук вон плохо, без понимания того, как двигается поток.

Карман настолько глубокий, что машины в нём паркуются перпендикулярно.

И обратите внимание на фото выше — на заднем плане человек перебегает дорогу, и видно, что он не спешит на транспорт. Это один из водителей. Который потом будет возмущаться другими перебегающими.

О том, как карманы помогают образовывать пробки, снижают скорость движения и комфорт пассажиров, уже писал Аркадий Гершман (посты побольше и поменьше), не буду повторяться. Те, кто думает, что всё как раз наоборот, — посмотрите аргументы и критически отнеситесь к тому, что думали раньше. Ну и с новым знанием понаблюдайте за практикой на дорогах.

Остановочный павильон стал ещё хуже

На старой остановке был павильон. На новой остановке сперва долгое время не было павильона, затем появилось недоразумение. ФСИН-дизайн во всей красе. Неудобная, продуваемая, без защиты от солнца, хлипкая, безвкусная. А самое смешное, что скамейка — клавиатура фортепиано с неправильным расположением клавиш. И это возле Дома музыки Дениса Мацуева!

Протёртый до асфальта снег даёт понимание о том, на сколько можно сузить полосы

Что стало лучше

Понятия не имею. Никаких идей. Ноль, зеро, пусто. Если у вас есть предположения — напишите в комментариях, обсудим.

Чего ждать

Вы когда-нибудь слышали, чтобы администрация города признавала свои ошибки и принимала какие-то меры в связи с этим? Если исключить послевыборный период, когда новая команда немножко поливает грязью дела предыдущей команды, чтобы немножко подрасти в глазах народа до тех пор, пока не сделают чего-то сами.

Вот я не припомню, когда кто-то от властей выходил и говорил «Пришла пора просить прощения и извиняться» (если такое было, расскажите). Поэтому остановку, думаю, никто назад не вернёт. Это, конечно, стыд и позорище, но такова реальность. Даже если накосячит одно ведомство, другое будет его прикрывать и оправдывать — круговая порука.

Но, с другой стороны, у нас сейчас новый мэр, новый главный архитектор, вдруг что-то получится. А мнение гаишников должно учитываться только в том случае, если оно подкреплено цифрами, доказывающими, что предлагаемые ими меры приведут к каким-то положительным изменениям в плане безопасности дорожного движения. А пропускная способность, пробки и прочее — это не их ума дело.

Большое спасибо читателям телеграм-канала «Человек-Фёдор» за то, что поучаствовали в краудфёдоринге и помогли подключить Иркутск к сервисам «Карта ДТП» и «Трансметрика».

☉

Форма для разовой благодарности автору ниже. Можете подписаться на ежемесячную автоматическую поддержку редакции, это даст возможность влиять на темы будущих публикаций.

👅 Вялые члены Общественной палаты

Mon, 04 Jan 2021 20:17:25 +0800

Общественную палату Иркутска сейчас составляют большей частью известные и ресурсные люди, но проблема в том, что они занимают там чужое место. Слишком занятые на основной работе или на каких-то проектах (личных или проектах общественных организаций, к которым эти люди относятся), они оказались неспособны к рутинной административной работе. Они могли бы принести пользу городу, если бы занимались тем, чем занимаются сами по себе, а настоящая, работающая общественная палата (без них) занималась бы ещё чем-то. И вместо одного дела делалось бы больше одного.

Нотабенька. Обсуждение этого поста членами ОП № 6 и горожанами в Фейсбуке.

Виталий Владимирович Барышников (заместитель мэра — председатель комитета по социальной политике и культуре) предлагал тем, кто не вошёл в состав Общественной палаты, всё равно включаться в её работу в роли экспертов. Я знаю людей, которые с радостью бы включились, но только нынешний состав эту регулярную систематическую работу обеспечить не может. Собирается ОП крайне редко (подтверждения ниже), о собраниях и повестке заранее не сообщает.

Мне кажется, более продуктивной была бы обратная схема, когда способные к регулярному посещению заседаний и планомерной работе люди организовывали бы встречи, готовили материалы, занимались исследованиями, взаимодействовали с комитетами мэрии, учреждениями, коммерческими и общественными организациями, пиарили бы работу Общественной палаты. И вот эти люди адресно привлекали бы экспертов, в том числе из тех, кто значится сейчас членами Общественной палаты № 6. И этим экспертам, возможно, даже не надо было бы приходить ни на какие заседания — те же Козак, Маяренков, Салацкая, если их график не позволяет встречаться регулярно, каждые две недели (как от них того требует регламент), с большей вероятностью могли бы найти возможность для консультационных встреч в удобное им время.

Но члены Общественной палаты не желают работать по такой схеме. Видимо, им важнее шашечки, а не ехать. Может быть, они думают, что принадлежность к такого рода организации — какая-то статусная должность, показывающая народное признание заслуг, вроде звания почётного гражданина города. Возможно, они считают, что никаких обязательств это не накладывает, можно продолжать жить как прежде, заниматься тем, чем они занимались бы и без всякой палаты, но независимо, не тратя время на заседания, на общение с органами власти и просто жителями Иркутска. Если вдруг кто-то настолько честолюбив, что ему нужен статус, то никто не будет против дать этому выдающемуся человеку за его заслуги пожизненный статус почётного члена общественной палаты, без каких-либо встречных обязательств. А работают в этом органе пусть другие. (Хотя, может быть, я неправильно понимаю цель существования такого органа и прав был автор этого текста двадцатилетней давности.)

Евгений Юрьевич Стекачёв, председатель иркутской городской думы обещал поднять вопрос на Думе о роспуске ОП осенью 2019 года. Но, насколько я знаю, этого до сих пор не произошло. Может быть, настала пора сдержать слово. Теперь оснований на то стало больше: если раньше было известно о нарушении регламента выборов, теперь ещё очевидно, что люди, прошедшие в неё, не работают.

Обращение, зарегистрированное 5 июня 2020 года

Итак, я отправил в мэрию обращение, в котором задал несколько вопросов. В вопросах я использую стандарт краткой записи ссылок на юридические документы. Ниже эти вопросы и ответ на каждый из них. В некоторых случаях полная версия ответа Юрия Евгеньевича Коренева (председателя общественной палаты № 6 Иркутска) скрыта. В кавычках я даю краткий перевод на человеческий язык, полный ответ из оригинала письма откроется по щелчку на символе ►.

vyalye-chleny-otvet-4@2x.png

Приложения на 72 страницах

Вопрос о плане работы

Сообщите о дате и месте размещения документа об утверждении плана работы ОП № 6, предусмотренного 2 · 9 Регламента, и содержание самого этого плана.

Ответ о плане работы

«Мы не обязаны публиковать план работы. Актуальный план корректируем из-за пандемии, как закончим — разместим на сайте во вкладке „Общественная палата“. А дату, к которой закончим, — не скажем».

В соответствии с Положением об Общественной палате города Иркутска (далее — Общественная палата), утверждённым постановлением мэра города Иркутска от 14 марта 2008 года № 031-06-451/8 (далее — Положение), Регламентом работы Общественной палаты г. Иркутска шестого созыва, утверждённого решением Общественной палаты города Иркутска шестого созыва от 17 декабря 2019 года (далее — Регламент), план работы Общественной палаты утверждён Советом Общественной палаты 24 декабря 2019 года. Размещение указанного плана работы не предусмотрено муниципальными нормативно-правовыми актами и Регламентом.

Актуальный план работы Общественной палаты на данный момент находится в стадии корректировки и в связи со сложившейся эпидемиологической ситуацией на территории Иркутской области и города Иркутска. После корректировки и утверждения план работы будет размещён на сайте администрации города Иркутска во вкладке «Общественная палата».

Комментарии к ответу о плане работы

Я присутствовал на заседании Общественной палаты, когда представители комиссий должны были рассказать о планах комиссий (прямую текстовую трансляцию вёл в приканальном чате). Хотя опять это заседание проводили тайно, я попал на него (благодаря Сергею Юрьевичу Маяренкову, который сам не пошёл, но меня о собрании предупредил).

Из планов комиссий должна была сформироваться программа Общественной палаты. Но озвученные планы были в лучшем случае планами самих членов в рамках их работы за пределами Общественной палаты — в своих коммерческих или некоммерческих организациях (как было в случае с Дианой Анатольевной Салацкой). В худшем — это были спонтанные выступления на вольную тему, без целей, сроков, ресурсов, ответственных. Так выступили Гольдфарб, Козак, Лесин, Цыганова, Язев. Присланную Кузевановым, который даже не пошёл на заседание, «муру» (по выражению Коренева) начали было зачитывать, но быстро прекратили, потому что председатель сказал, что это «неконструктивно». Единственный глава комиссии, который эту работу выполнил должным образом, — это Ильдус Ильясович Галяутдинов. Подробнее о выступлениях каждого — в письме от 23 декабря рассылки Общественной палаты и в приложении к ответу.

Юрий Евгеньевич в своём ответе должен был бы, по-хорошему, показать ту программу, которая у него была на июнь 2020. Ведь что-то он как минимум к сведению принял на том новогоднем заседании. Эпидемиологическая обстановка осложнилась несколькими месяцами позже. И если она потребовала что-то скорректировать, значит, подразумевается, что это что-то существует. Но показать ничего не могут, потому что нет никакого плана работы. Не иметь план очень выгодно — за его невыполнение ничего не будет.

Вывод 1

С выполнением пункта 2 · 9 Регламента ни председатель, ни главы комиссий, ни члены комиссий, ни просто члены общественной палаты справиться не смогли и программы работы Общественная палата не имеет.

Вопросы об обращениях

Сообщите, по каким вопросам ОП № 6 осуществила подготовку обращений в компетентные органы или должностным лицам, согласно 5 · 3 · 1 Регламента.

Сообщите, по каким вопросам и в какие органы ОП № 6 направила обращения согласно 5 · 3 · 4 Регламента.

Ответы по обращениям

«Мы написали письма: про ипподром; „Ремесленный парк“; про автобусы 80 и 90; про программу „Комфортная городская среда“, о проекте избрания мэра, о благоустройстве сквера 300-летия Иркутска, парков Лисихинского и Парижской коммуны, комплекса „Иерусалимская гора“; о нехватке учителей в школах и их поддержке, о нехватке мест в детсадах; о поддержке НКО; об изменении областного закона „О налоге на имущество организаций“; об общественном контроле за мусором; о работе сферы услуг в карантикулы; о концепции универсального выставочного центра в Иркутске; о многофункциональном молодёжном центре; о включении члена Общественной палаты № 6 в оргкомитет по созданию Дома молодёжи в Иркутске; о поддержке и развитии Горзеленхоза».

За период работы Общественной палаты были подготовлены и направлены следующие письма:

по вопросу о сохранении ипподрома руководителю Федеральной антимонопольной службы России, генеральному прокурору Российской Федерации, временно исполняющему обязанности Губернатора Иркутской области, заместителю мэра — председателю комитета по управлению муниципальным имуществом администрации города Иркутска;
по вопросу создания культурно-образовательного проекта для горожан «Ремесленный парк» на территории Ботанического сада федерального бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Иркутский государственный университет», направлено письмо исполняющему обязанности ректора федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Иркутский государственный университет»;
по вопросу предоставления качественных услуг при пассажирский перевозках на автобусных маршрутах № 80, № 90, направлено письмо заместителю мэра — председателю комитета городского обустройства администрации города Иркутска;
по вопросу реализации муниципальной программы «Формирование комфортной городской среды города Иркутска на 2018 — 2022 годы», направлены письма директору областного государственного бюджетного учреждения «Центр компетенций», заместителю председателя комитета — начальнику департамента городской среды комитета городского обустройства администрации города Иркутска, заместителю председателя комитета — главному архитектору комитета по градостроительной политике администрации города Иркутска;
о предоставлении проекта избрания мэра города Иркутска согласно новой системы избрания главы города Иркутска, направлено письмо председателю Думы города Иркутска;
по вопросу благоустройства в 2020 году Лисихинского парка, сквера 300-летия города Иркутска, парка имени Парижской коммуны, Историко-мемориального комплекса «Иерусалимская гора», направлено письмо заместителю председателя комитета — начальнику департамента городской среды комитета городского обустройства администрации города Иркутска;
по вопросу о нехватке учителей в муниципальных бюджетных общеобразовательных учреждениях, реализации программы поддержки педагогического состава на федеральном, региональном и муниципальном уровнях, а также нехватки дошкольных общеобразовательных мест, направлено письмо начальнику департамента образования комитета по социальной политике и культуре администрации города Иркутска;
о встрече с представителем Общественной палаты по вопросам поддержки некоммерческих организаций Иркутской области, направлены письма министру культуры Российской Федерации, руководителю программы «Культура» благотворительного фонда Елены и Геннадия Тимченко Е.В. Коноваловой, экспертному Совету Фонда Прохорова;
по вопросу создания комитета по экономике администрации города Иркутска, направлены письма председателю Думы города Иркутска, временно исполняющему полномочия главы города Иркутска, вице-мэру города Иркутска, временно исполняющем полномочия главы администрации города Иркутска;
о поддержке инициативы Общественной палаты по внесении изменений в Закон Иркутской области «О налоге на имущество организаций», направлены письма вице-мэру города Иркутска, временно исполняющему полномочия главы администрации города, председателю Думы города Иркутска;
по объединению и координации усилий в установлении общественного контроля за выполнением государственного контракта на «Оказание услуг по замерам объёмов накопления твёрдых коммунальных отходов на территории Иркутской области и проведению расчётов для определения нормативов твёрдых коммунальных отходов» (№ изв. 013420000012000882), направлены письма главам органов местного самоуправления Иркутской области, Думам муниципальных образований, общественным палатам муниципальных образований;
о рассмотрении возможности разработать рекомендации с учётом эпидемиологической ситуации по организации работы организаций общественного питания на летних террасах, а также по организации работы крупных спортивных комплексов, летних пляжей и кинотеатров, крупных торговых центров, направлены письма руководителю Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Иркутской области, Главному государственному санитарному врачу Иркутской области, советнику государственной гражданской службы Российской Федерации 1 класса;
об обсуждении концепции универсального выставочного центра в городе Иркутске, направлено письмо и.о. заместителю мэра — председателю комитета по градостроительной политике администрации города Иркутска;
об участии в рассмотрении вопроса о размещении современного многофункционального молодёжного центра на территории города, направлено письмо и. о. министра по молодёжной политике Иркутской области;
о включении члена Общественной палаты в состав организационного комитета по созданию Дома молодёжи в городе Иркутске, направлено письмо временно исполняющему обязанности Губернатора Иркутской области;
о поддержке и обеспечении развития муниципального унитарного производственного эксплуатационного предприятия зелёного хозяйства г. Иркутска, направлены письма председателю Думы города Иркутска, заместителю мэра — председателю комитета городского обустройства администрации города Иркутска.

Комментарии к ответу про обращения

За год Общественная палата № 6 подготовила пятнадцать писем. Это примерно одно в три недели. Чуть меньше двух писем на одну комиссию. Где-то полписьма на члена. Формально писем было больше — по одному вопросу они иногда направлялись на разные адреса, но по содержанию это с большой долей вероятности один и тот же текст, рассылались копии. Малое количество обращений показывает, что члены палаты не заинтересованы во взаимодействии с внешним миром, а либо выполняют какую-то декоративную, ритуальную функцию, либо вся их работа замыкается на помощи одних членов другим членам.

Поэтому я не буду разбирать каждое письмо (тем более что содержания их я не знаю и не уверен, что с ними дадут ознакомиться: хотели бы — дали бы сразу). Но иногда и темы уже достаточно, чтобы появились некоторые вопросы и ответы. Например, у письма про «Ремесленный парк» есть конкретный выгодоприобретатель — член Общественной палаты № 6 Сизых.

Вывод 2

У общественной палаты № 6 крайне низкий КПД по обращениям. Работа по пунктам 5 · 3 · 1 и 5 · 3 · 4 Регламента выполняется халатно.

Вопрос о посещаемости и личном участии

Сообщите, каким образом фиксируется исполнение 7 · 1 · 1 Регламента (о личном участии каждого члена ОП № 6 в работе Совета, пленарных заседаний, комиссий и рабочих групп). При наличии этой информации прошу предоставить отчёт о посещениях вышеуказанных собраний каждым членом ОП № 6.

Ответ о посещаемости и личном участии

«Мы указываем в протоколах, кто присутствовал на заседании. Но не интересуемся, сколько заседаний прогуливает каждый член».

Исполнение пункта 1 части 1 статьи 7 Регламента фиксируется путём указания в протоколах заседаний списка участников. Согласно регламенту, формирование отчёта о посещении заседаний в отношении каждого члена Общественной палаты не предусмотрено.

Комментарий к ответу о посещаемости и личном участии

Юрий Евгеньевич Коренев отвечает опять же формально. С одной стороны, он прав — все вроде бы взрослые люди и зачем нужен какой-то журнал посещений. С другой — как можно проверить уровень вовлечённости члена в работу? Это можно было бы сделать очень просто: посмотреть в табличку и увидеть, что на заседания условный Иванов не ходит, потому что важный, занятой человек. Ну так и нужно освободить его от ярма работы в Общественной палате и не тяготить мыслями о том, что вот ещё одно заседание прошло без его участия. Пусть он эту энергию направит на благо города, официально работая вне Общественной палаты.

Я начал было в том году вести такую табличку, чтобы посмотреть на три параметра:

посещаемость заседаний (заодно и их количество);
голосование по вопросам;
выдвижение предложений.

Но у меня не очень получилось, бросил: не было возможности заполнять её синхронно с происходящими событиями. Потому что информация о месте и времени очередного заседания не анонсируется, я узнавал о них иногда за несколько часов до начала; протоколы не публикуются своевременно (многих до сих пор нет на сайте и возможно, после выхода этого материала они опять появятся задним числом). Но если бы Общественная палата Иркутска действительно бы работала и если бы её члены выполняли работу добросовестно хотя бы по формальным принципам — то есть хотя бы просто проводили нужное количество собраний, дату и повестку которых публиковали заранее, а затем бы присутствовали, то не было бы нужды скрывать протоколы.

Но даже в таком ущербном виде, с данными за первые несколько месяцев существования Общественной палаты шестого созыва, приведённая выше таблица может показать кое-что:

заседаний проводится слишком мало, и посещаемость их невысокая;
есть люди, которые систематически пренебрегают посещением заседаний;
голосования единодушны с позицией, которую озвучивает председатель;
некоторые люди — просто массовка для поднятия рук: не выносят вопросов на обсуждение.

Вывод 3

У членов Общественной палаты № 6 низкая дисциплина и пассивная позиция.

Вопрос о комиссиях

Сообщите, в каких комиссиях состоит каждый член ОП № 6 согласно 7 · 1 · 3 Регламента.

Ответ о комиссиях

«Посмотрите на сайте».

Список членов Общественной палаты — участников комиссий Общественной палаты размещён на официальном сайте администрации города Иркутска во вкладке «Общественная палата» (список прилагается).

Комментарий к ответу о комиссиях

По регламенту каждый член Общественной палаты должен входить как минимум в одну комиссию. На заседании 10 декабря 2019 года в состав комиссий не вошла пятая часть палаты. Позже Барсукова, Гайдарова и Хоменко вписали членами двух комиссий, Дрокова и Шлёнову — одной. Но Жемчужников и Коленов до сих пор (спустя полтора года после выборов) так и не стали членами ни одной комиссии.

Скриншоты с сайта мэрии от 2 января 2021 года со списком комиссий

Вывод 4

Некоторые члены общественной палаты Иркутска № 6 даже не собираются работать, нарушая регламент на протяжении полутора лет. Председателю это поведение безразлично.

Вопрос о заседаниях

Сообщите о датах:

проведённых и планируемых обязательных пленарных заседаний ОП № 6 (согласно 8 · 3 Регламента);
внеочередных пленарных заседаний, их инициаторах, перечень предложенных вопросов и проекты решений по ним согласно 10 · 2 Регламента;
проведённых и планируемых обязательных заседаний Совета ОП, о датах проведения внеочередных заседаний Совета ОП согласно 19 · 1 Регламента;
проведённых и планируемых обязательных ежемесячных заседаний каждой из комиссий ОП № 6, о датах проведения внеочередных заседаний комиссий ОП № 6 согласно 27 · 4 и 28 · 3 Регламента;
проведённых заседаний рабочих групп с указанием, какая из комиссий инициировала её образование (29 · 1 и 29 · 2 Регламента);
проведенных ОП № 6 слушаний по общественно важным проблемам развития города Иркутска, гражданским форумам, конференциям, круглым столам по актуальным вопросам общественной и социально-экономической жизни города Иркутска (статья 36 Регламента);
проведения отчётного доклада об итогах работы за прошедший год и основных задачах на следующий год (статья 38 Регламента).

Также прошу направить мне протоколы по принятым решениям, резолюции и рекомендации в виде текстовых файлов или скан-копий с подлинников, хранящихся в архиве ОП (согласно 17 · 4 Регламента).

Ответ о заседаниях

«Держите протоколы. Комиссии не обязаны собираться ежемесячно. Рабочие группы мы не формировали, слушания, форумы, конференции, круглые столы не проводили. Отчётное заседание за 2019 год не проводили, а вот за 2020 когда-нибудь проведём».

Очередные пленарные заседания Общественной палаты проведены 15 октября 2019 года, 22 октября 2019 года, 12 ноября 2019 года, 10 декабря 2019 года, 17 декабря 2019 года, 12 марта 2020 года. Копии протоколов прилагаются)

Согласно Регламенту, заседания Совета Общественной палаты проводятся по необходимости (копии протоколов прилагаются).

Согласно Регламенту, ежемесячное проведение заседаний комиссий Общественной палаты не является обязательным (копии протоколов прилагаются).

Рабочие группы Общественной палаты по инициативе комиссий не формировались.

Слушания, форумы, конференции, круглые столы Общественной палатой не проводились.

В связи с проведением в декабре 2019 года довыборов в Общественную палату отчётное заседание за 2019 год не проводилось. Отчётное заседание за 2020 год будет проведено в установленном порядке.

Комментарий к ответу о заседаниях

Касательно того, что какие-то собрания организуются по необходимости — всё верно. И раз члены Общественной палаты № 6 решили, что нет необходимости, ну и добро. Вот только тогда неясно, зачем эти люди собирались, зачем формировали какие-то комиссии, если вопросов в Иркутске нет и обсуждать нечего. Зачем им тратить время на редкие, но всё же встречи, зачем им читать про себя неприятную правду и думать, не подлецы ли они? Занимались бы своими делами и жили бы спокойно. Но они же целенаправленно шли сюда, вот чтобы что? Чтобы иметь приписку к должности?

А вот комиссии, кстати говоря, обязаны собираться как минимум ежемесячно. Юрий Евгеньевич лукавит, когда говорит, что комиссии собираются когда захотят. Это не так. В Регламенте написано буквально следующее: «Заседания комиссии Общественной палаты проводятся, как правило, не реже одного раза в месяц».

Комментарий юриста:
При изложении обязательных требований в тексте нормативного документа должны применяться слова «должен», «следует», «необходимо», «обязаны» и производные от них. Как исключение допускается ограничивать обязательность требований словами «как правило», которые означают, что данное требование является преобладающим, а отступление от него должно быть обосновано лицом, применяющим документ.

Председатель Общественной палаты № 6 прячется за размытость неуместного в юридическом документе выражения «как правило». Но любой человек, владеющий не юридическим, а простым русским языком, может задаться вопросом: «А может ли комиссия собираться реже?» Да, если это нарушение правила. Может быть, правила можно нарушать? Наверное, если есть весомые причины. Были ли они у председателей комиссий? Нет никаких, кроме неспособности к общественной работе.

И правила эти о периодичности придумал не я, сами члены проголосовали за этот регламент в 2019 году. Со всеми формулировками, которые там были.

Какой же КПД у палаты по этому параметру? Смотрите.

Пленарные заседания должны проводиться не реже четырёх раз в год, их состоялось четыре в первые полгода работы и одно во вторые полгода (15.10.2019, 12.11.2019, 10.12.2019, 17.12.2019, 12.03.2020).

Заседание без статуса «пленарное» никак не регламентируется по частоте, прошло одно (24 декабря 2019).

Внеочередное заседание проводится по необходимости, есть протоколы о двух таких событиях (14.02.2020, 07.04.2020), но были ли они на самом деле — вопрос спорный, поясню ниже.

Рабочее совещание (количество не регламентируется) прошло одно — 22 октября 2019.

Заседание совета прошло лишь один раз (1 июня 2020), спустя почти год после выборов в Общественную палату. По регламенту совет собирается раз в три месяца.

Каждая комиссия должна собираться не реже раза в месяц, но за год работы заседаний было всего двенадцать, если сложить все заседания всех комиссий. Смотрите. Все при этом начали собираться только в 2020 году.

Комиссия по науке, образованию собиралась 4 и 20 февраля и 24 марта.
Комиссия по городскому развитию (градостроительство, архитектура, ЖКХ и транспорт) собралась 28 января и 18 февраля.
Комиссия по экономике города и предпринимательству собралась 31 января и 16 апреля.
Комиссия по экологии, здравоохранению, демографии, семейным отношениям собралась 3 марта и — дистанционно — 19 октября.
Комиссия по культуре и поддержке гражданских инициатив собралась по документам 20 мая и 6 июня, но лично я присутствовал ещё на одном заседании, которое было 25 февраля.
Комиссия по делам молодёжи, спорту и развитию человеческих ресурсов собралась только один раз (10 марта).
Комиссию по связям с общественностью и сми Станислав Гольдфарб не собирал ни разу.
Неудивительно, что комиссию по вопросам законности, регламента, противодействию коррупции и взаимодействию с правоохранительными органами Вячеслав Лесин тоже не собрал. Иначе бы ему пришлось заниматься вопросами соблюдения регламента членами Общественной палаты.

И о том внеочередном заседании, о котором я думаю, что оно существует только на бумаге. По документам оно прошло в пятницу, 14 февраля. И якобы удалось собрать на внеочередное заседание двадцать шесть человек (члены ОП и Барышников). Притом, что почти всегда заседания проходят по вторникам и внезапно собрать вечером в пятницу для обсуждения одного вопроса столько занятых людей — уже удивительно. Обсуждали вопрос «О предложении по присвоению городу Иркутску почетного звания Российской Федерации „Город трудовой доблести“». И, разумеется, единогласно проголосовали «за».

Но есть ещё кое-что. Я присутствовал на настоящем заседании комиссии по культуре 25 февраля и вёл трансляцию в Телеграм-чате. И в самом конце, когда люди уже расходились, глава комиссии по культуре Салацкая сказала, что в администрации попросили Общественную палату формально выразить поддержку придания Иркутску статуса города трудовой доблести. Голосования не было, но и никто против не высказался, Диана Анатольевна задала вопрос на подтверждение, не против, выходит, палата — и пять присутствующих человек одной из её комиссий сказали за всю палату, что нет.

Вот возникает у меня вопрос. Если за неделю до этого заседания комиссии уже на самом деле прошло совещание целой палаты, на котором присутствовали некоторые из тех же людей, что были потом позже на реальном заседании комиссии, зачем нужно было что-то ещё раз уточнять у небольшого количества людей, если решение единогласно приняли двадцать пять человек? Я думаю, что здесь опять фальсификация, как это не раз делала мэрия — оформление чего-нибудь задним числом.

В общем, если вы сможете мне помочь и подтвердить, что Алиев, Барсуков, Гайдаров, Галяутдинов, Днепровский, Жемчужников, Козак, Коленов, Коренев, Кузеванов, Лесин, Малинович, Мещанинов, Неверов, Попова, Присяжникова, Сигал, Сизых, Стегайло, Тучкова, Филиппов, Хоменко, Цыганова, Шлёнова, Язев не могли быть в Доме Европы 14 февраля 2019 года в районе 16:00...17:00, буду очень признателен. Потому что пока моё слово против их бумажки.

И этот факт заставляет меня задуматься — а все ли остальные заседания прошли в реальности?

Ну и по всем этим заседаниям (реальным и мнимым ) главная претензия — это то, что о них не предупреждали заранее и простые иркутяне не могли присутствовать. А чаще всего не предупреждали даже задним числом.

Мне кажется, что ежемесячных встреч в рамках одного направления может быть достаточно. Потому что остальное можно решать и дистанционно, а здесь будет возможность встречаться с народом, с обществом. Если есть задача с ним взаимодействовать. Общественная палата занимает шикарный Дом Европы, и в нём должна бурлить жизнь и кипеть работа. Посчитайте сами. Восемь комиссий, восемь заседаний в месяц — то есть дважды в неделю должны быть какие-то собрания. А если ещё собирать рабочие группы, устраивать слушания, форумы, конференции, круглые столы, как то предполагает регламент, то сколько всего можно было бы сделать!

Вывод 5

Общественная палата Иркутска № 6 не заинтересована в том, чтобы работать. Это собрание прогульщиков. Ни один из её членов не стал бы держать у себя на работе человека, который пропускает 95 % времени и при этом выдаёт весьма посредственный количественный результат (письма мы считали выше) и вообще неизмеримый качественный. Тем не менее они считают вправе прогуливать работу самим и думают, что мы, общество, с этим согласимся.

Вопрос о кодексе этики

Сообщите о дате принятия и месте размещения Кодекса этики членов ОП № 6, предусмотренного статьёй 8 Регламента.

Ответ о кодексе этики

«Кодекс этики мы так и не разработали».

Согласно Регламенту, Кодекс этики членов Общественной палаты разрабатывается Советом Общественной палаты. Указанный Кодекс будет представлен на утверждение Общественной палаты на пленарном заседании после завершения его разработки.

Комментарий к ответу о кодексе этики

Прошёл год после выборов и полгода после принятия регламента. Но кодекса нет. Это письмо, повторюсь, июньское. Сейчас январь — то есть прошло ещё полгода, а кодекса, насколько мне известно, так и не появилось.

Вывод 6.

Общественная палата № 6 не заинтересована в том, чтобы появился кодекс этики, потому что после этого возникнет ситуация, когда нужно будет этот кодекс применять. И тогда выяснится, что палату придётся распустить.

С ответа Юрия Евгеньевича Коренева на мои вопросы прошло полгода. Всего шестой созыв Общественной палаты существует уже полтора года. Заседания, письма, конечно, хорошо, но вы слышали о реальных делах за эти восемнадцать месяцев, которые сделала палата? Говорить можно много, но есть ли что-то такое, что этот орган может показать как результат деятельности объединения тридцати с чем-то людей? Не как отдельные люди, которые в него входят и что-то действительно делают (выставки, мастер-классы), а вот именно в таком качестве? Вот и я не слышал.

Даже при советской власти председатель палаты после такого разбора должен был бы подать в отставку. Вероятно, каждый глава комиссии тоже должен был бы подать в отставку, чтобы сохранить лицо. Каждый член, если у него есть честь и достоинство, должен признать, что он не справляется со своей работой в Общественной палате.

Повторю то, что писал в самом начале: многие эти люди замечательные, деятельные, нужны нашему городу, но — не в этом качестве. Своей бездеятельностью на посту в Общественной палате они отнимают у нас, у горожан, этот представительный орган. Вот Роман Дмитриевич Малинович не понимает этого и смешивает своих баранов с государственными.

Конечно, не у всех членов палаты хватит сил признать реальное положение дел, возможно, линия защиты будет такой, чтобы не отвечать за то, что не сделали они, будут спрашивать, что сделал я, ну например, что-то вроде: «Взрослый мужик, а какой-то хернёй мается, кляузы пишет. Лучше бы шёл к нам волонтёром в детское отделение Спид-центра, стены расписывать. Вот это реальное, хорошее дело и нам рук не хватает». Не дайте ввести себя в заблуждение. Давайте сперва разберёмся с теми, кто брал на себя обязательства и их не выполнил, а потом давайте о том, что делаю я. Но потом.

Этот пост я планировал выпустить летом, в годовщину так называемых выборов в палату. Запросил к этому сроку в мэрии список всего, что касалось работы Общественной палаты, чтобы не с моих слов вы увидели, что её члены не делают того, что они обязались делать, а со слов выгодоприобретателей-нанимателей, то есть со слов самой городской администрации. И если вы сомневаетесь, что я что-то изложил неправильно, вы можете точно так же отправить официальный запрос и получить точно такой же ответ.

Но читатели посоветовали подождать с этим постом хотя бы до осени, потому что были выборы Кобзева. Депутатские выборы в прошлом году помешали нормальному освещению событий вокруг моего протеста. И было бы неправильно, чтобы сейчас поднимаемая тема опять подзамялась, уже в связи с губернаторскими выборами. Опять бы спекулировали какой-то возможной заинтересованностью использования этой ситуации для каких-то политических целей. Я могу себе позволить действовать от себя. Открыто, с прозрачной позицией, с чёткими аргументами.

☉

Форма для разовой благодарности автору ниже. Можете подписаться на ежемесячную автоматическую поддержку редакции.

🧠 Купеческий сквер, пять лет спустя

Tue, 03 Nov 2020 16:57:49 +0800

Несколько лет назад в Иркутске начали массово строить и реконструировать скверы и прочие общественные пространства. При создании некоторых из них проводят исследования. Где-то лучше, где-то — хуже, но самое главное — мне не известно ни одного случая, когда бы по прошествии года, трёх, пяти кто-то поднял это исследование и посмотрел, а какие были гипотезы, как их реализовали и как это повлияло на пространство. Два исследования лучше одного, потому что становится понятна квалификация исследователей.

И делать это нужно не только при создании общественных пространств, а и при ремонте дороги, например. Как только чиновники из мэрии или сотрудники ГИ(Б)ДД перед тем, как изменить количество полос или их ширину, закрыть (или открыть) наземный пешеходный переход, начнут говорить на языке цифр, можно будет говорить о каком-то профессионализме и экспертности. То есть какой-нибудь Подвойный скажет: сейчас вот на этом участке столько-то таких-то ДТП в год; такая провозная и такая пропускная способность; проезжает столько-то единиц общественного транспорта и столько-то велосипедистов; пробки в такое-то время вот во столько баллов; столько пешеходов проходит вдоль, а столько — переходит улицы. А после вот таких изменений мы через год планируем зафиксировать вот такое изменение этих показателей. И через год по той же методике независимая группа исследователей проверяет улицу по тем же показателям, что год назад, и все делают выводы, можно ли верить прогностическим способностям гражданина Подвойного или не стоит подпускать этого гражданина в мундире к делам города, потому что он делает только хуже. Но Подвойный никогда не согласится поставить на карту свою репутацию, потому что он видит, что город в пробках продолжает задыхаться и знает, что люди продолжают гибнуть, несмотря на все копошения гаишников. Поэтому такие сравнительные исследования до и после решений мы не увидим.

И никто из Комитета городского обустройства не согласится проверить свою компетентность и служебное соответствие. Поэтому для них будет только два показателя эффективности: срок и количество освоенных денег. А стала ли среда лучше, как изменилось поведение людей и какие новые группы пользователей появились, какие бизнесы открылись и закрылись в результате благоустройства — это ничего чиновников не интересует.

Скоро будет много картинок, пока почитайте ещё немного текста

Исследование до и после благоустройства, строительства, реконструкции — замечательно, но даже если будет одно в начале, пусть даже по какой-то странной, не очень академической методологии — это уже что-то. Проектировщики узнают о территории больше, в том числе и совершенно неожиданные вещи. Если только они ответственно подходят к работе, а не просто осваивают деньги в определённый срок.

С июня по август 2015 года я участвовал в предпроектном исследовании территории у Дома-бумеранга. Публикация об этом в журнале «Проект „Байкал“», № 45, стр. 154-155.

Спустя пять лет я вернулся на то же место и повторил снимки с фотофиксации 2015 года. Основная часть фотографий будет в формате «было — стало», но иногда будут и отдельные фотографии из прошлого или настоящего, не для всех фотографий, которые у меня сохранились, получилось найти точку съёмки и не все показательны без контекста.

Может быть, правильнее было бы вернуться не через пять лет от начала исследования, а через пять лет после окончания благоустройства, но я решил так, потому что точная дата окончания благоустройства мне не известна, среда изменялась и без строителей, ну и всегда можете открыть этот пост на телефоне и ещё через год, три, пять и сравнить фотографии 2015 года и описание того, что здесь было тогда, с тем, что будет в уже недалёком будущем.

Старые панорамы

Новые панорамы

Сделать сейчас, в 2020 году, такое же исследование, как тогда, не сложно, только дорого, но мне, конечно, было бы интересно это полноценно повторить. Полноценно — с подсчётом людей, с фиксированием разных практик в разное время суток, с интервьюированием представителей бизнеса, находящихся в Доме-бумеранге. Но моя главная задача сейчас — обратить внимание на необходимость исследований вообще и постпроектных — в частности. Если я что-то упустил в рассуждениях, дополняйте меня в комментариях.

Исследование

Руководителем исследовательской группы со стороны Градостроительной школы была Татьяна Юрьевна Гребенщикова (социолог, научный сотрудник Центра независимых социальных исследований и образования). Работу с волонтёрами координировал я. Волонтёры — Мария Демченко, Маргарита Захарова, Илья Киселёв, Екатерина Ловчагина, Виктор Мерзляков, Кристина Макарова, Марина Мартынихина, Вадим Палько, Елена Сайбаталова, Дарья Филиппова и примкнувший к нам Роман Малинович.

Втяжкой с курсивом я оформил текст из отчёта — в основном это слова Татьяны Юрьевны. Текст не редактировал и даю в полном объёме, каким он был представлен на первой встрече-защите.

Наблюдение проводилось в разные дни недели и в разное время суток, в разных погодных условиях. Мы разделили пространство на три участка. Фиксировали количество людей, проходящих через территорию и по её периметру, отмечая при этом их качественные характеристики, выделенные изначально.

Волонтёры визуально определяли возраст горожан, отдельно отмечали «особо мотивированных пользователей» и фиксировали практики: что делают люди, как взаимодействуют друг с другом и с окружающими объектами.

Сквер с внешней стороны Дома-бумеранга поделили на три части — у каждого крыла и центральную. Мы считали людей и наблюдали за ними с шести утра до одиннадцати вечера в четверг и в субботу. Кроме общего количества проходивших людей, нам было интересно, сколько среди них велосипедистов, куривших, инвалидов, пивших алкоголь (или уже пьяных), выгуливающих собак, искавших туалет.

Как изменялась территория до исследования

Как менялась территория с начала исследования

1 участок

Факт и план (представленный на последней встрече мэру), сравните оба изображения с тем, что реализовано

Оживлённое место: много торговых точек и трамвайная остановка. Участок высокопотенциальный, но рискованный. Потенциал связан с высоким трафиком, наличием мест, использующихся для общения. Оно используется только как туалет (людьми и собаками). Территория не освещена, плохо просматривается, выглядит непривлекательно.

При проектировании важно не вступить в конфликт с пользователями места, учесть их присутствие, увеличить время пользования и изменить стандарты пользования местом. Для этого нужно создать комфортную среду ожидания, повысить визуальную привлекательность места и его безопасность.

К разработчикам не прислушались, и комфортная среда ожидания не образовалась: на первом участке как не было ни одной скамейки, так ни одной и не появилось (хотя на всех этапах концепции и проектирования они были). Эта территория как была транзитной, так и осталась.

Крыльцо супермаркета — место для общения, особенно в малолюдное время.

Пространство за аркой визуально крайне проигрышно: это огромная разъезженная автомобилями площадка.

Территория с торца здания не прозонирована ни на стадии проекта, ни в процессе использования, хотя это самое насыщенное людьми место (даже вечером здесь собираются под фонарём). Все категории пользователей (пешеходы, велосипедисты, автомобилисты и собаководы) пользуются всей поляной грязной разъезженной земли одновременно.

Тоже недоработка. Вместо того, чтобы сделать пространство более живым, его сделали более мёртвым. За счёт снесённых ларьков увеличили площадь парковки, которой и так было достаточно (о парковках поговорим ниже отдельно). Вместо разъезженной земли и разбитого асфальта мы видим полигон из того же асфальта. Но здесь могли быть лавки, клумбы, ещё один ряд деревьев.

Трамвайная остановка на этой стороне улицы не оборудована, для сидения люди используют бетонный блок, скамейки есть только через дорогу.

Небольшая ошибка у Татьяны Юрьевны. Действительно, люди сидят на бетонном блоке, ожидают трамвая. Но это не те же люди, которым нужно ехать в сторону рынка, — эти сидят на вот этой нанотехнологической остановке.

По эту же сторону рельс ждут трамвая, двигающегося в обратную сторону, к танку. Хотя через дорогу и есть павильон, но люди предпочитают ждать трамвая здесь, потому что водители неохотно пропускают пассажиров к трамваю и продолжаю движение даже при открытых дверях. А продходить на посадку с этой стороны — безопаснее. Устройство платформ бы изменило ситуацию. Но все остановки выходят за границы исследования территории, поэтому разбирать их не будем.

Но обратите внимание на нанотехнологичную остановку, о которой шла речь. Уже тогда она выглядела не очень, потому что это был просто пиар и самореализация за чужой счёт (как с советскими автобусными остановками), а не удовлетворение вопросов пользователей. Сейчас это неуклюжее позорище из профлиста своим видом просит об эвтаназии.

Бетонная арка используется для остановки служебного транспорта и как место для перекура и укрытие от дождя.

Киоск и реклама убраны, но демонтировать каркас рекламного щита оказалось слишком сложно

2 участок

Менее наполненная людьми территория. В тёмное время суток она не освещается, что притягивает опасных людей. Растительность хаотична, создаётся ощущение заброшенности, пустыря.

С ощущением безопасности стало лучше. Потому что территория стала лучше просматриваться — здорово сократили заросли ясенелистного клёна (который мы в Прекрасном Иркутске Будущего выведем весь) и поставили фонари.

Днём площадка используется как парковка и место для курения и ожидания.

Как место для сидения используется бетонная площадка, оставшаяся от торгового павильона.

2015

Сейчас старый фундамент демонтировали, поставили для сидения скамеек. Качество их невысокое и они не дружат по стилистике с фонарями.

2020

Отсутствует место комфортного ожидания, где была бы и тень (навес), и скамейка, и урна, и фонарь.

Лавочки напротив Дома Европы не используются: установлены слишком близко к дороге, рядом нет тени.

2020

Ситуация с тенью у скамеек слабо изменилась. Много взрослых деревьев при строительстве уничтожено, навесы из дерева у скамеек не появились. Только у одного объекта тень есть некоторую часть времени — у качелей. Сами качели при этом уродливы — проектировщики предлагали более уместные деревянные (см. ниже), но исполнители и заказчики решили, что ФСИН-дизайн — то, что иркутяне схавают и не поморщатся. Сделать такое могли только люди из КГО — пластика профиля не дружит с другими элементами, в частности — с фонарями.

Очевидно, что качели пользуются популярностью и земля вокруг вытоптана. Что мешает сделать твёрдое покрытие, чтобы не было грязи — не знаю. Не обязательно асфальт или плитку, можно просто из булыжников, как это сделал я возле дома, к тому же, это бы соответствовало концепции.

Есть велопарковка, но ею не пользуются: место для установки выбрано неудачно, без опыта велосипедистов.

Велопарковки с территории убрали совсем. И новых не поставили и я не знаю, куда вывезли эти (в целом, почти правильные).

Хотя я вставляю фотографии, иллюстрирующие текст, но обращайте внимание не только на то, о чём идёт речь, но и на прочие элементы. Например, здесь важны не только велопарковки, а ещё и то, как вдруг открылся Дом Европы и за счёт чего. Поверьте, этого в планах не было, оно само.

Лестница прилично выглядит только с фасада, с одной стороны — заросли травы, с другой — облезлая стена.

Встреча исследовательской группы в 2015 и состояние лестницы в 2020

Лестница спустя несколько лет начала разваливаться (пара фото выше). А мусор и заросли не до конца исчезли, хотя прошло уже достаточно времени (пара фото ниже).

Фото 2015 и 2020 годов

3 участок

Посмотрите, как планировалось разбить парковку зеленью и как мощением хотели уменьшить площадь для машин

Самый безлюдный и малоиспользуемый участок. Вечером и в будни вымирает.

Это не тротуар вдоль дома, а обман зрения. Бордюр просто торчит гребнем для спотыкания — слева и справа от него уровень асфальта одинаковый

Основная часть территории — парковка, использующаяся не полностью. Газон — место выгула собак. Пользователей пространства нет, их ещё предстоит создать.

Был полигон и остался полигон

Несколько лавочек, установленных так же, как и напротив Дома Европы. И так же не пользуются популярностью. За всё время наблюдения они бывали заняты нечасто и ненадолго — люди садились отдохнуть с сумками, наброать телфонный номер, подождать машину. Лишь однажды за время наблюдения девушка задержалась до сорока минут: читала.

Урна есть не у каждой скамейки. Но сейчас это не страшно, трафик слабый.

Напротив лавочек есть колонка. Ею пользуются как жильцы близстоящих домов, так и водители маршруток. Эта колонка — объект привлекательный и ликвидный в туристическом смысле, но её состояние оставляет желать лучшего.

Жильцы дома рядом с колонкой испытывают потребность в благоустройстве и прилагают к этому личные усилия: высадили вдоль дома цветы и кустарники.

Здесь всё осталось как было. Скамейки на палящем солнце так же не привлекают людей. Колонкой так же пользуются местные жители и те, кто приезжает машину помыть.

Автостоянки

На территории несколько мест для стоянки автомобилей. Значительная часть пользователей этой стоянки — сотрудники или посетители коммерческого центра, расположенного через дорогу (Фридриха Энгельса, д. 8). Они чаще всего оставляют автомобили на длительное время.

Стоянка в парковочном кармане в будни мало загружена, на выходных почти не используется. Основной потребитель — автобусы с туристами.

Лишь стоянка перед лестницей банка бывает полностью заполнена днём в рабочие дни.

Стоянка, расположенная за лестницей вдоль дома, чаще всего пустует.

Стоянки у банка и у супермаркета используются тажке водителями служебного транспорта.

Стоянка у супермаркета используется, чтобы оставить автомобиль на небольшой срок.

Таким образом, мест для стояния машин более чем достаточно, и их площадь может быть грамотно сокращена без риска возникновения конфликтных ситуаций.

Вопрос с парковками я буду ещё разбирать чуть ниже, нужно сперва познакомить вас с туристическими автобусами и что мы для них придумали. Но пока познакомьтесь со структурой занятости парковок на территории сквера и на прилегающих улицах в 2015 году.

На слушаниях по проекту громче всех были люди, которые беспокоились за то, что негде будет бесплатно припарковать машину. Тогда парковка на территории будущего сквера и вокруг него была занята не полностью. Всегда были свободные места. Но здесь машины ставили даже из бизнес-центров напротив, потому что возле этих бизнес-центров парковки были бесплатными. То есть, какие-то халявщики хотели себе удобств за счёт иркутян. И ведь эти халявщики победили в результате. И тогда территория использовалась не просто как парковка, а как стоянка — личный транспорт стоял не несколько часов или просто рабочий день, а сутками!

Что интересно, если бы изменилась структура бизнеса и здесь действительно бы появилось кафе, то даже бесплатная парковка была бы более выгодна городу в целом, — каждым парковочным местом пользовался бы не один человек, а несколько. Оборачиваемость была бы существенно выше.

Дорожки и тропинки

Основное использование тропинок под деревьями — выгул собак.

Фотографии 2020 года, видно, что за эти несколько лет уже натоптали дорожек

Тропинка между деревьями вдоль улицы Декабрьских Событий. Люди просто так по ней не ходят, предпочитают тротуар: на тропинке легко наступить на собачьи экскременты. Ни один из владельцев собак за всё время наблюдения не убрал за своим питомцем.

Фотографии 2020 года, выгул собак и экскременты

Когда мы исследовали территорию, собачники оказались очень заметной группой пользователей. И не только жители дома, люди приходили сюда за несколько кварталов. Понятно, что эти люди никуда бы не делись и нужно было сделать их жизнь лучше. Предлагалось два способа — сделать небольшую огороженную территорию для собачьего туалета или каких-то занятий с ними и отсевом покрыть вот эти народные тропы, чтобы было меньше грязи и чтобы были видны какахи, чтобы в них не вступить (в траве они менее заметны). Это планировалось в каждой из концепций, но не было реализовано на финальном этапе.

Вся территория пронизана сетью дорог и тропинок разного качества — есть дорожки, выложенные плиткой (одна из них не заканчивается ничем) асфальтированные, просто протоптанные в траве. По протоптанным тропинкам можно войти на территорию практически со всех сторон периметра (по несколько мест входана каждой). Протоптанные тропинки (например, от банковской лестницы до площадки перед супермаркетом не очень чистые, часто они ведут через какие-то препятствия, типа бетонных плит, оставшихся на месте, где был ларёк или через заросли крапивы.

Малозаметная тропинка от банковской лестницы позволяет срезать путь, но даже местные жители ею не пользуются, потому что даже днём легко споткнуться, а вечером это место ещё и не освещается.

Проектировщики сделали несколько новых дорожек из твёрдого покрытия по тем траекториям, где ходили люди. Но иногда эти решения оказывались половинчатыми. Вот посмотрите на две фотографии ниже. Новая асфальтовая дорожка, ведущая за угол дома, начала пользоваться большей популярностью, чем просто грунтовая, которая была на её месте до проектирования и люди натоптали ей продолжение, ведущее в никуда, на проезжую часть. Такое сложно было предсказать, но это нужно пресечь — высадить кустарник, потому что для водителей появление пешеходов здесь будет неожиданным.

2020

Строители сделали свою работу некачественно. Есть неровные дорожки с провалами и лужами.

2020

Люки уложены так, что уже проваливаются. Мне кажется, это делали уже по БКД, но сути не меняет.

До сих пор в Иркутске не закрывают люки, врезающиеся в тротуары или зелёные зоны

А ведь возможно делать это аккуратно. На пешеходных дорожках это особенно важно. В Москве это уже понимают. Это и эстетично, и безопасно

Прерывание тротуаров из-за попадания люков в линию границы дороги наконец начали массово заделывать решётками.

Как вам дизайн решёток? pic.twitter.com/s574eMl3lS

— Constantine (@CKonovalov) October 28, 2018

Но наши строители совершенно не понимают, что такое красиво, безопасно и зачем нужна доступная среда.

2015 и 2020

И вроде есть снижение (даже немного спилили угол бордюра справа), но только оно сделано для галочки, как будто наши гости из соседних республик слышали о том, что должно быть понижение на стыке тротуара и проезжей части, но для чего это нужно — не додумались, а спросить — неловко. А мэрия жалеет этих бедных недотёп, которым нужно кормить семьи и деньги на родину отправлять и принимает такую работу.

Вот с этого бордюра съехали молодые люди на инвалидных колясках с фото выше

И это не единственная ошибка. Иногда не просто нет снижения, а ещё и торчат опасные острые уши, о которые легко зацепиться, особенно в темноте. А ведь на них направлены указатели для слепых, мол, иди, там безопасно.

2020

Вся остальная территория утыкана бордюрами и порогами. Новый пользователь территории, которого создавали, — молодые мамы с колясками. Этот сквер должен был стать частью маршрута их в сторону сквера жён декабристов. И эти пользователи появились. Только немного страдающие и спотыкающиеся.

2020

Одна из задач проектирования, которую пытались решить, — сделать тротуар вдоль Жандармской (ныне — Фридриха Энгельса) таким же ровным, как вдоль Ланинской (ныне — Декабрьских Событий).

Ланинская, 2020

Как видите, этого не получилось. Сперва дорогу преграждает запаркованная машина (конкретно об этом парковочном кармане ещё расскажу ниже), затем — два участка тротуаров не смогли состыковать, хотя это не было невыполнимой задачей. Как не была невыполнимой задачей и замена покрытия. На этом участке же оставили разбитую плитку.

Жандармская, 2020

Мусор

Мест для сбора несколько, они сосредоточены на первом участке. Их не хватает, на втором и третьем стоит всего по одной урне и не в тех местах, где мусорят люди. Территория выглядит грязной. Убирают урны и контейнеры с разной степенью интенсивности — иногда ёмкость несколько дней стоит полная и мусор копится уже вокруг неё.

Возможно, ответственность за участки территории распределена между исполнителями нечётко и некоторые места не убирает никто. Урну у банка регулярно опустошает сотрудник, окурки у входа в банк он, надев перчатки, собирает вручную. Но края стоянки он не убирает, и те же окурки лежат там многодневным слоем.

Кресло, выброшенное с балкона жильцом дома, валялось несколько дней.

Возможно, некоторые исполнители более ответственны, чем другие: так, вокруг супермаркета более чисто, чем за киосками. Кроме того, проходя непосредственно через территорию — заросшую хаотично травой и кустами, с разбитым асфальтом, с остатками основания торговой точки, — люди мусорят потому, что «уже грязно». При проектировани сквера новая территория должна задать другие стандарты чистоты. Риски связаны с тем, что непонятно, кто будет их поддерживать. Недостаточно придумать, «как сделать чище», нужно озаботиться выяснением того, у кого это будет на балансе.

За ларьками грязно: кроме собачьих экскрементов, валяются пластиковые бутылки, сигаретные пачки и иной мусор.

Жильцы дома выбрасывают мусор во дворе: контейнеры стоят у каждого подъезда.

Два мусорных контейнера в конце первого участка.

Контейнер между киосками.

По моим ощущениям, территория стала убираться лучше. Но некоторые вопросы так и не решились. Урн на территории не хватает, и не только возле скамеек, а возле коммерческих организаций тоже. Хотя это и не дело города, а дело бизнеса, но бизнес этот не существует в вакууме — среда вокруг диктует нормы поведения. И если здесь имитация сквера, то вот и имеем имитацию урны.

Центр крупного города, напротив важной достопримечательности, 2020

Реклама низкого качества. Сосредоточена больше на первом участке. На третьем рекламы и объявлений почти нет (только в окнах банка). Ещё одно свидетельство заброшенности этой части территории.

2020

Культура размещённых вывесок и рекламы на низком уровне.

Яркая реклама и вывески размещены на задней стороне павильонов, что является нарушением.

Рекламный щит на перекрёстке установлен с нарушением госта.

В конце первого участка значимый визуальный объект — внушительных размеров рекламный банер.

Площадь указателя на торце здания значительно превышает рекомендованную.

Места для частных объявлений не предусмотрено, что приводит к вандализму.

Яркая реклама большой площади закрывает первый этаж супермаркета, жители дома выражали недовольство её видом.

Раньше, при Союзе, первый этаж здания был панорамно остеклён и в нём находился ресторан. Потом было разное, и я после переезда застал здесь уже «Спар». Не знаю, он ли заложил окна блоками, лишив лёгкости эту многоэтажку, но здоровый красный баннер, оставшийся до сих пор — точно его. Супермаркет некоторе время назад съехал, а баннер частично остался до сих пор. Панорамное остекление не вернулось — помещение арендует кафе специального назначения «Память», проводят ритуальные поминальные обеды. Деградация среды продолжается.

2020

Несколько фотографий 2015 года из отчёта

Озеленение

Многие, узнав о планах по благоустройству территории, проявляли обеспокоенность судьбой зелёных насаждений. Горожане традиционно считают Иркутск «городом, где мало зелени». При проектировании следует учесть, что горожане могут болезненно отнестись к сокращению количество деревьев и кустов на территории.

Действительно, когда местные жители начинали разговор со мной (я тоже стоял наблюдателем-счётчиком), первый их вопрос — когда будут пилить деревья. Страх, что под шумок, под благовидным предлогом поспиливают деревья, реален. Мэрия может что угодно говорить о компенсационных посадках, но если люди не верят этому, значит, у них есть основания. Даже если вдруг реально высаживается больше, чем спиливается, но раз у людей есть мнение о факте, которое противоречит факту, этот вопрос нужно исследовать, где происходит разрыв.

Я рассказывал жителям дома о планах сохранить все взрослые деревья, которые можно сохранить. На тот момент было по одному мёртвому ясенелистному клёну, груше, рябине и яблоне, по две мёртвые лиственницы и татарской жимолости. В остальном — деревья разные: молодые, старые, сильные, слабые, но живые (жаль, что такое огромное количество мусорного клёна). Планировалось даже какие-то крупномеры перенести, если того потребуют проектировочные решения. И точно планировалось высадить дополнительные кустарники и деревья. Жители кивали, но не верили.

И ведь эти страхи оказались оправданными. Когда начались строительные работы, дорожники без лишних раздумий начали спиливать взрослые деревья и выкорчёвывать кусты (начали продвижение со стороны третьего участка). Насколько я знаю, работы пришлось экстренно останавливать на уровне примерно заместителя мэра, чтобы довести до подрядчиков мысль, что можно совсем чуть-чуть поднапрячься и укладывать асфальт, оставив деревья в покое. Каких же неквалифицированных строителей у нас нанимают, если такую естественную вещь приходится объяснять дополнительно!

После реконструкции сквера этот участок попал под благоустройство по программе «Безопасные и качественные автомобильные дороги», поэтому я не могу сказать, какие из тополей на границе участка уничтожили строители сквера, а какие — пали по программе БКД, но что точно понятно — если бы мэрия ухаживала за этими деревьями как следует, а не варварски кронировала, было бы сложно убрать взрослое дерево, не было бы повода. Пролистайте панорамы ниже послайдово и сравните общую зелёную массу и посчитайте количество стволов.

Вид на сквер в 2015 году

Вид на сквер в 2020 году

Одно хорошо — хотя бы здесь перестали белить. На противоположной стороне тоже пропало взрослое дерево. Но это точно не во время реконструкции сквера — это противоположная сторона.

2015 и 2020

Компенсационные посадки в сквере делали, но город терял взрослое дерево возрастом несколько десятков лет, а на его место почти всегда приходил прутик. Сергей Шишкин (тогдашний председатель Общественной палаты) говорил в 2016 году, что высадили сто деревьев и ещё высадят в клумбах цветы. Так вот это ложь, деревья высаживали на протяжении нескольких лет партиями разного объёма, но даже сейчас кустарников около шестидесяти, а молодых елей и других свежепосаженных деревьев — около двадцати. При этом сложно сказать, какие из этих кустарников действительно новые, а какие — в рамках компенсации.

Старые и новые кусты и, вероятно, молодые деревья, 2020 год

Это к скамейкам без тени или тут оставить, показать, что если бы росли кусты, то и грунт бы не вытаптывали, срезая, и приятнее было бы сидеть, если бы спиной шуршали листья

2020

Цветы же, о которых говорил Сергей Иванович, не высаживали ни разу (их не видел ни я, ни жители Дома-бумеранга).

А вот грибы в 2020 есть

Уход за деревьями плохой. Посмотрите, как неправильно растёт нижняя ветка на этой яблоне: длиной несколько метров параллельно земле.

2020

Когда опиливают ветви, спилы, нарушая нормативы, окрашивают зелёным.

2020

Что молодые посадки, что взрослые деревья не знают, что такое мульча. Не появилось никаких приствольных решёток. Вокруг стволов здесь, на тротуаре, должно быть не менее 6 м² грунта, прикиньте, действительно ли здесь квадрат 2,5 на 2,5 м?

2020

Обычно Горзеленхоз рассыпает грунт выше уровня бордюра. Это делается, потому что лопатой машут колхозники, переехавшие в город и притащившие свой уклад жизни сюда. Они в огороде у себя делают грядки и почему-то считают, что всегда и везде земля должна возвышаться над дорожками. Подумать они не могут, зачем столько сыпать не на огороде, но что-то проблеять в ответ на вопросы или поогрызаться на замечания — запросто. Но этот сквер какой-то заколдованный. Если бы здесь грунт был как везде в Иркутске, выше бордюра, чтобы стекал с каждым дождём и делал улицы грязнее, я бы всё понял. Но тут грунт зажали!

Цементный раствор неприкрыто и неряшливо торчит, 2020

Если бы привезли немного побольше земли, то это помогло бы ещё скрыть другую недоделку. На земле в траве сейчас лежит много щебня, кусков кирпича, застывших кусков бетона. А в начале участка здоровый кусок безжизненной земли с остатками стройматериалов. Там даже сантиметрового слоя грунта пожалели, поэтому настолько бедная поверхность, что и сорняки не хотят расти.

2020

И эти куски строительного мусора могут быть весьма большого размера. Что мешало убрать за собой после окончания строительства или, мы видим, что подрядчик работает на отвали, может быть, потом как-то стоило убрать этот мусор. Но зачем, если уже отчитались и сквер на бумаге построен?

2020

Сквер строили в 2016 году, раз здесь указан 2017, значит, компания ДМС сажала здесь деревья, поэтому по вопросу строительства не к ним

2020

Проектирование

Проектирование сквера с исследованием понадобилось, потому что на конкурс, что был объявлен публично, начали присылать какие-то нелепые работы.

Вот проект сквера «Птица счастья». Инна Кондратьева (экс главный архитектор Иркутска) сделала вот такой бёрдшит. Иркутские архитекторы старой школы в проектах идут не от людей, которые будут пользоваться территорией, а от заказчика, которому будут показывать план с высоты птичьего помёта. Отсюда — стремление к неоправданной симметричности или регулярности, непонятные углы дорожек и клумбы в виде фигур для рассматривания из космоса.

Из описания на Ирк.ру:

Сквер находится в знаковом для города месте, Дом Европы и площадь городов-побратимов символизируют дружбу народов, мир. Символом мира является голубь, поэтому мы хотели предложить выполнить деревянную кружевную птицу.

Автор никогда не ездил на объект, иначе бы нарисовал дорожки по-другому. Посмотрите хотя бы на верхний угол

Ещё одна болезнь заслуженных иркутских архитекторов — желание непременно поставить на площадь памятник. Чтобы место не было пустым. Но это лишает людей возможности заполнить это место. Я рад, что никакая птица здесь не появилась. и рад, что до сих пор здесь не поставили фигуру купца (о чём ходил слух). Иркутску вообще необходим десятилетний мораторий на установку любых монументов. Горшочек, не вари.

Был ещё один проект, к сожалению, не знаю автора и у меня не сохранилось оригинальных рендеров, только пиратские копии с презентации.

Поднимающаяся смотровая площадка с колоннадой

Это очень дорогой в исполнении проект — очень много бетона и излишеств, а была установка заказчика — проект благоустройство малой кровью. Но несмотря на то, что эта фантазия выглядит громоздко и пугающе, её стоило обсудить, это хотя бы смелое высказывание, а не традиционное советское провинциальное проектирование.

Недостаток обоих этих проектов — что они выполнены без учёта реальных потребностей пользователей территории. По результатам исследования (речь идёт не только о социологическом, а ещё и об историко-культурном), принципиальные решения были следующими:

Сокращение площади парковки за счёт более эффективного её использования.
Сужение автодороги для устройства велодорожки.
Озеленение усадебного типа.
Оборудование места для занятий с собаками.
Создание одной точки для размещения мусорных контейнеров.
Снос существующих торговых павильонов.
Создание новых коммерческих площадок.
Визуальное обозначение приоритета пешеходов над автомобилями за счёт мощения и разметки.
Использование в работе дерева, камня и других натуральных материалов.
Выбор естественных цветов: охристых, деревянных, серых.

Когда закончилось исследование и первый такт проектирования, я уже не очень плотно участвовал в работе, поэтому дальше могу немного путаться и неправильно интерпретировать концепции, представленные жителям, и финальный проект. Поправляйте в комментариях.

Эскизы Анастасии Сапижевой, Евгении Ямовой и Анастасии Репиной

План 1, Анастасия Сапижева

Организованные клумбы многолетних растений, художественно оформленные в стиле «новые многолетники» (new perennial), являются главным акцентом территории, а площадь (как исторический отсыл) и тротуарный фонтан станут местом притяжения людей. Возможность коммерческих площадей предполагает размещение в здании кафе или ресторана с террасой.

План 2, Евгения Ямова

Основной сценарий территории — рекреация и возможность общения людей. Для этого спроектированы мини-площадки с лавочками, каждая из которых может служить площадями для разных сценариев. А местом притяжения станет детская площадка с тротуарным фонтаном. Соседство с Домом Европы предлагает выгодные места для любования архитектурным ансамблем на лавочках-качелях в окружении высокорослых деревлев и клумб усадебного типа.

План 3, Анастасия Репина

Акцент территории — площадь и фонтан-каток перед главным архитектурным элементом здания, лестницей, которая в дуэте с площадью выполняет функцию амфитеатра. Этот элемент показывает исторический отсыл к Упенской площади. Возможность всесезонного использования предполагает запуск активностей на территории и постоянный поток людей, что важно для живого общественного пространства.

Посмотрите на ключевые особенности планов.

Тротуары, подходящие к перекрёстку, прямые. Карман для туристических автобусов убран — предполагалось, что они будут заезжать на территорию парковки (физически это возможно, во время наблюдения мы видели отстой частных автобусов малой, средней и большой вместимости в тени дома на парковке у третьего участка). И это было наилучшим решением — пешеходы ходят по тротуару постоянно, туристические автобусы — бывают не каждый день, а полгода их вообще не видно. Поэтому очевидно, кому нужно отдавать приоритет. К тому же, если бы автобусы заезжали внутрь сквера, они могли бы сразу сфотографировать Дом Европы с более выигрышной точки, они могли бы зайти в кафе или магазин сувениров, которые бы открылись в подвале, они бы прошли через территорию сквера и перешли бы дорогу через пешеходный переход — среда бы подталкивала их к таким действиям, а не к тому, чтобы перейти дорогу там, где вылезли из автобуса.

Между основными тротуарами из твёрдого покрытия петляют дорожки из отсева — это для прогулок с собаками. В двух концепциях из трёх на третьем участке (наименее насыщенном) предусмотрены собачьи площадки (бежевые на плане).

Проектировщицы планировали включить в план благоустройства территорию, примыкающую к подвальным помещениям здания. Раньше там был ресторан, но много много лет уже закрыт. Место выглядело непривлекательно, трафик вдоль здания был слабый. После того, как сквер был бы разбит (и если бы это было сделано без отступления от проекта), пешеходные потоки частично изменились бы: часть людей захотела бы пройти мимо клумб, уже ближе ко входу в заведение. И это бы повысило бы привлекательность и посещаемость кафе, тем более если бы у него была уличная терраса (коричневым на плане).

Озеленение закладывали разнообразное и недорогое — многолетниками, в том числе с такими, которые обычно ассоциируются с сорняками (на планах — фиолетовые и тёмно-зелёные). Это должно было отражать усадебную застройку, которая была здесь до революции. Также зелёные зоны с теневыносливыми растениями должны были появиться на третьем участке.

Планировалось, что будет несколько типов мощения. Асфальт — только в зоне парковки и на подъездах к ней. Иногда даже эта территория должна была пересекаться дорожками из плитки, чтобы транслировать, что это — зона пешеходов, а водители тут гости.

Вдоль обеих улиц планировалась велодорожка, а на территории сквера — установка велопарковок. Несколько лет спустя вдоль одной из сторон сквера появится велополоса, но ничто не мешало сделать это уже тогда. Да, она бы вела из ниоткуда в никуда, точно так же, как сейчас ведёт велополоса на Котельниковской (ныне Фурье), появившаяся в 2020 году. Но чиновники бы поняли, что можно создавать велоинфраструктуру без уменьшения количества полос и к 2020 году таких фрагментов на квартал или несколько кварталов было бы уже много, по всему городу. А дальше — дело небольшого времени было соединять эти разрозненные фрагменты, чтобы они вели уже откуда-то куда-то. Но не фартануло.

Установленные места для сидения должны были побуждать к знакомству и общению. Скамейки и лавки предполагались и небольшие, и очень длинные. Первые ставились под углом или напротив друг друга, чтобы было видеть собеседника, вторые — не всегда, но их размеры позволяли большему количеству людей взаимодействовать друг с другом. Но всегда за спиной у скамеек и лавок предполагались клумбы (в том числе с насыпными холмами), кустарник или деревья. Чтобы чувствовать себя комфортнее (когда спина прикрыта) и защищаться от солнца.

Везде предполагался тротуарный фонтан, который зимой должен был бы превращаться в каток. Понятно, что это не полноценный каток, с прокатом коньков, — площади не те, но одна из задач проектирования — оживить место зимой, чтобы здесь были хотя бы дети. Идея родилась случайно, но выяснилось, что аналогичные фонтаны-катки в мире существуют и даже в Сибири есть. Но эту идею не удалось реализовать, потому что коммуникации проходили где-то с обратной стороны дома и стоимость проекта возрастала настолько, что становилась нереальной — сквер строили не за счёт города, поэтому финансовый вопрос был очень важным.

Слушания

Все концепции были представлены на слушаниях, куда приглашались, кроме экспертов, жители и бизнес из Дома-бумеранга, а также просто горожане. Встреч было несколько — 7 и 8 октября и где-то в ноябре — презентация мэру финальной версии с доработками.

Слушания в октябре и ноябре 2015

Татьяна Гребенщикова прочла присутствующим лекцию «Создание общественных пространств: цели, возможности, риски». Мне кажется, что всем сотрудникам Комитета городского обустройства нужно её слушать раз в год и сдавать зачёт по материалу. Потому что пока получается у нас с общественными пространствами чёрт знает что — о чём постоянно пишет Вадим Палько в Иркутском блоге, о чём я недавно сделал небольшой обзор для «Верблюда в огне».

Собрали мнения и предложения. Громче всех выступали жители дома. К сожалению, люди в возрасте, что дало крен. Они были категорически против кафе в цоколе, бабуля эмоционально объяснила, что в девяностые там уже был ресторан, а это пьянство, шум, стрельба, не надо такого. На вопрос, когда она в последний раз сама была в кафе, сказала, что на свадьбе у дочери, там тоже одни пьяные. Вот и представьте, о чём можно договориться с такими людьми.

Молодые! Ходите на выборы и общественные слушания, иначе ваше будущее будут воровать бабки и дедки, у которых горизонт планирования — дожить до очередной выплаты пенсии.

Вторая сложность на слушаниях — это желание жителей обсуждать фасад дома, который требует ремонта, а не территорию у дома. При этом были обречены на провал все попытки объяснить людям, что деньги есть только на сквер, что дом — это их, жильцов, собственность и они сами должны решать, что и как с ним делать, когда и как ремонтировать. Так сто лет советской власти отбили у людей интерес решать вопросы собственности, так люди не хотят нести ответственность и принимать решения сами, а просят, чтобы всё за них порешал кто-нибудь ещё. Эта пустая болтовня здорово сжирала время.

Были и настоящие вопросы, которые действительно было интересно и важно порешать. Например — разрешение противоречий между защитой интересов пешеходов и необходимостью запарковаться, подвезти товар на разгрузку, разместить туристические автобусы и сохранить пожарные проезды.

Предложения с первого дня обсуждения проекта

В результате всех обсуждений все три концепции слились и немного изменились.

Финальный проект

Из ключевых изменений — появление детской площадки. Хотя во дворе дома есть свои, но обсуждения как-то вырулили в обоснование необходимости детской площадки снаружи. Лично я это решение не очень поддерживаю, но если бы тогда, пять лет назад, в Иркутске появилась вот такая площадка, как на рендерах, тогда я был бы за.

Рендеры проекта

На Ирк.ру писали:

Запланировали в сквере размещение фонтана, детских площадок, прогулочных дорожек, двух парковок, остановку для туристического автобуса, площадку для проведения мероприятий под открытым небом и даже место для выгула собак. Зимой сквер планируется использовать для размещения катка и елки. Также по задумке, через него пройдет туристический маршрут.

Рендеры проекта с финальной презентации

Реализация

Теперь, когда вы прошли весь путь, вспомнили, как это выглядело, узнали, что и зачем планировалось, давайте сделаем финальный подход и посмотрим, удалось ли решить какие-то из принципиальных решений.

То, что вышло в итоге, просто перечеркнуло работу исследователей и проектировщиков. На сравнительных фотографиях в формате «Было — стало» внимательный человек, даже не знакомый с проектными гипотезами, концепцией, рендерами, увидит, что из всех положительных изменений — только вывоз палаток. Остальное — осталось тем же самым по сути или даже стало хуже (особенно по части озеленения, что совсем никуда не годится для сквера).

Как было, так и осталось

Получилось всё тяп-ляп при строительстве и это закрепилось на территории. Ничего нового никто хорошо уже и не хочет делать. Вот, например, когда ставили навигационную стелу, то никто не замостил площадь перед ней ни с одной из сторон.

Саму стелу можно было вдвинуть ближе в угол

Сократить площадь парковки не получилось. Может быть, в квадратных метрах на бумаге площадь для автомобилей и меньше, но и фото со спутника, и личные ощущения говорят мне обратное. Вот если бы соотношение асфальта и зелени стало таким, каким оно было двадцать лет назад, можно было бы говорить о том, что площадь парковки сократилась. Сейчас можно смело говорить не о Купеческом сквере, а о Купеческой парковке. Кстати, это планировали называть Ланинским или Шастинским садом, садом «Кружевного дома», но не удалось. Мне кажется, первые два варианта лучше прочих.

Гуглоснимки

Сузить автодорогу для устройства велодорожки не получилось.

Озеленение усадебного типа — не получилось. Впервые цветники такого типа появились в Иркутске спустя несколько лет на Иерусалимской лестнице. Выглядит хорошо, жаль, что план сделать то же самое здесь так и не реализовался.

Оборудовать места для занятий с собаками — не получилось. Даже небольшую огороженную площадку с песочком не получилось сделать (говорят, из-за сложностей с санитарными нормативами), но ведь и отсыпать дорожки под деревьями — не смогли.

Создать одну точку для размещения мусорных контейнеров — получилось. Контейнеры при этом страшенные, но хотя бы оба в одном месте.

Снести существующие торговые павильоны — получилось.

Создать новые коммерческие площадки — не получилось. После реконструкции территории собственник помещений в цоколе не увидел новых перспектив и не стал ничего открывать.

Визуальное обозначение приоритета пешеходов над автомобилями за счёт мощения и разметки — не получилось. Хотя в концепциях и в проекте было несколько типов мощения, из экономии, видимо, всё закатали асфальтом, только два круга выложили брусчаткой. В планах было ещё и сделать два приподнятых перехода, чтобы и там тоже уровнем и мощением показать приоритет пешеходов. Насколько мне известно, этого не сделали по двум причинам: дорожники сказали, что такие переходы невозможно очистить (это ложь) и что так нигде не делают (это тоже ложь). Особенно жаль, что не получилось сделать приподнятый переход со стороны Поплавской (ныне Красногвардейская).

2015 и 2020

Потому что в этом месте во время дождя сейчас улицу перейти невозможно, здесь находится Море Бердникова.

Пешеходы идут по трамвайным путям, иначе — не получится

Использовать в работе дерево, камень и другие натуральные материалы — частично получилось. Но этого настолько мало! Два гранитных круга и деревянные элементы у кованых скамеек.

2015 и 2020

Выбор естественных цветов — охристых, деревянных, серых — частично получилось. Но единого стиля не получилось. Урны, скамейки и фонари не дружат друг с другом и слабо дружат с окружающим пространством. Самое смешное, что фонари не дружат даже друг с другом. Их в сквере находится четыре разных конструкции, да ещё так близко, что вот они вошли в один кадр.

Выводы

Исследования — хорошо. Их нужно проводить и публиковать. Я вот могу чего-то поизучать
Проекты нужно базировать на исследованиях, это две последовательные стадии.
Авторский контроль нужен, чтобы объект получился таким, каким его спроектировали на базе исследования.
Постпроектные исследования по прошествии нескольких лет — обязательны, чтобы понять, где были допущены ошибки.

При строительстве Купеческого сквера всё пошло не туда где-то на стадии реализации. Скорее всего, из-за попыток сэкономить.

2020

☉

Ещё я сам делаю возле дома небольшой городской сад имени Поленова, можете поддержать меня в этом через форму ниже или подписаться на регулярные ежемесячную поддержку редакции блога через подписку на Бусти.

🧠 Мифический Союз архитекторов

Sat, 18 Jan 2020 14:24:38 +0800

Чтобы более эффективно заниматься общественной работой, а не просто растить свой сад, я пробовал попасть в Общественную палату. Негодяи из мэрии сорвали выборы, а подлые люди — промолчали насчёт этой ситуации. Даже члены этой самой Общественной палаты промолчали, хотя они уже были не просто горожанами, а находились в роли людей, представляющих интересы иркутян.

Среди них трое — Козак, Стегайло и примкнувший к ним Малинович — члены Общероссийской творческой профессиональной общественной организации «Союз архитекторов России». Сокращенно — Союз архитекторов России или Региональное отделение Союза архитекторов России. Существует мнение, что эта организация — настоящая и имеет право выдвигать своих членов в ту же самую Общественную палату.

Но на самом деле это не так. Я изучил Устав Союза архитекторов России и считаю, что работающая в Иркутске контора, лишь выдаёт себя за его региональное отделение. За ежемесячную мзду в 300 ₽ с человека она только обеспечивает корочку для бесплатного прохода в музеи.

Да только в Иркутске столько музеев-то нет, чтобы имело смысл такой абонемент выкупать.

Сейчас объясню, почему эта организация похожа на самозванца.

Всё как в настоящей конторе — даже должности есть

Численный состав по состоянию на 21.12.2019 г. — 130 человек. Сергей Александров, Сергей Демков, Руслан Хотулёв, Женя Ямова — вы-то как туда попали?!

Организация эта, судя по её деятельности, вовсе не общественная, а коммерческая. Она зарабатывает на членах. В открытую — на членских взносах (всего — 39 000 в месяц), но ещё же можно торговать маркой — экспертным мнением (сколько стоит оно — знают только продавцы и покупатели). Отсюда следует, что даже если мнением не торгуют, то всё равно выходит так, что ключевой показатель эффективности для учредителей и выгодоприобретателей — количество членов этого союза, а не качество его работы.

Если бы это было настоящее отделение Союза архитекторов, тогда оно бы функционировало совсем иначе и мы бы жили в другом городе. Но у нас — лже-союз архитекторов, который:

не отчитывается периодически;
не содействует развитию российской архитектуры как неотъемлемой части отечественной истории и культуры;
не содействует формированию полноценной среды, не сохраняет архитектурное и историко-культурное наследие;
не содействует защите общества от непрофессиональных действий в области архитектуры и градостроительства;
не повышает авторитет и общественную значимость профессии;
не защищает профессиональные интересы и законные права архитекторов (о чём постоянно говорит Ольга Жуйкова);
не защищает интеллектуальную собственность и авторские права архитекторов (права на результаты интеллектуальной деятельности);
не готовит предложения по совершенствованию и развитию системы архитектурного образования и художественно-эстетического воспитания детей.

Если дела обстоят иначе, то докажите это.

В пользу того, что это — не настоящий союз, а собрание экспертов по вызову, говорит то, что настоящие проблемы города замалчиваются. На сайте этой организации нет ничего ни об одном спорном проекте в городе — о реконструкциях, выводе памятников, их уничтожении.

Я не видел публичных заявлений от лица действующего союза о том, что он предпринимал какие-то действия, чтобы спасти дом на Фурье, Курбатовские бани, Красные казармы.

Настоящий союз архитекторов уже отправил бы обращение в мэрию с просьбой демонтировать салфетницы на здании Инязя, а автора этого проекта лишил бы членства в Союзе за нарушение Кодекса профессиональной этики. Но я знаю, что иркутский Союз архитекторов публично не выступал со своим консолидированным экспертным мнением. Возможно, потому что пойти против правды и написать, что здание похорошело, всё же мешает совесть, а сказать правду — очко играет (идея поставить «салфетницы» — мэрская). Профессионалы в массе стыдятся этих треугольных щитов — имена авторов безграмотного позорища скрыты, и только один архитектор согласился дать комментарий по этому вопросу и подписался под ним.

Я прошу не путать личную позицию архитекторов или организаций, в которых они работают, с работой Союза архитекторов. Например, журнал «Проект „Байкал“» — подвижничество Елены Ивановны Григорьевой. Единственный регулярный журнал об архитектуре, выходящий в России, провинциальная гордость. Или работа Ольги Жуйковой по возвращению исторического облика бывшей «Снежинки» — это её дело, а не Союза архитекторов.

Выдавать личные успехи членов организации за её работу рекомендовал Станислав Гольдфарб на декабрьском заседании Общественной палаты, будьте бдительны, разделяйте личных баранов и государственных.

О делах местого отделения Союза архитекторов можно узнать из его сайта. Настоящее отделение должно было бы по уставу информировать людей о своей работе, но если этого не происходит, то сами понимаете.

Раздел «Деятельность» пуст

В разделе с новостями на 18 января 2020 года опубликована 31 новость, начиная с 4 декабря 2016 года. Это меньше штуки в месяц. Но количество этих новостей — не показатель. Посмотрите на их качество, на содержание. И подумайте, могли ли эти новости быть опубликованы на любом другом сайте, а не на сайте профессионального иркутского сообщества архитекторов.

14 (четырнадцать)

О выходе нового номера журнала «Проект „Байкал“». Анонсы о выходе нового номера может написать кто угодно — у журнала собственный сайт, и узнать о новом выпуске просто.

7 (семь)

О конкурсах и конференциях, которые проходят не в Иркутске, — то есть о которых правильнее писать на региональных сайтах Союза архитекторов (если эти события в России) или на федеральном сайте того же союза (если события за рубежом). Написать об этом может кто угодно, информация об этих событиях доступна в любом крупном архитектурном паблике.

4+4 (два типа по четыре штуки)

1. О вступлении новых членов — Евгений Чупарин, Антон Былков, Натальия Шестопалова — возможно, действительно есть такое имя, возможно, контент-менеджер не определился, нужно писать Наталья или Наталия, и решил совместить, Валерия Нуянзина и Валерий Смолин. Всего за три года пять новых членов. Написать об увеличении численности собственной организации для повышения её легитимности в глазах несведущих — святое дело.

2. О конкурсах и конференциях в Иркутске. Один из них — про Байкал

1+1 (два типа по одной штуке)

1. О присвоении звания заслуженного архитектора России Игорю Козаку. Это новость, которую может написать любое региональное сми — информация об Игоре Владимировиче и других награждённых есть на сайте областного правительства.

2. О шашлыкинге на Старый Новый год — 2017.

Союз архитекторов может владеть собственностью, которая может приносить какой-то доход, а может — ничего не иметь и вообще платить аренду за здание. Поэтому я не знаю, есть ли у Союза средства, чтобы нанять специалиста в помощь секретарю, который сам не справляется с обязанностями, накладываемыми на него должностью. Но если бы было о чём писать, думаю, что Союз бы нашёл возможность. Не думаю, что из полутора сотен людей никому нельзя доверить пароль от админки сайта и никому не интересно рассказывать о важных делах общности, частью которой он является.

Если бы это была настоящая организация, то я бы нашёл среди публикаций обсуждения градостроительной политики администрации, информацию о работе по защите архитектурного наследия, о профессиональном порицании Олега Бадулы за поликарбонат в оформлении Иерусалимской горы, Кобы Шемазашвилли за дом 26 по Нижне-Амурской (ныне — 3 Июля).

Не нашёл я на сайте Союза публикаций о том, что кого-то исключили из членов. Но такие случаи были, оказывается — статья 2004 года на Байкал-инфо об исключении Евгения Третьякова.

А ведь это возможно, и если подойти к вопросу честно и благородно, то те 130 человек можно здорово проредить. Но это было бы нужно той организации, которой важна репутация, а не той, которая заинтересована в большем количестве членов для увеличения собираемости дани.

Для справки: список причин, по которым человека могут лишить членства:

Причинение вреда интересам Союза и нанесение ущерба авторитету Союза;

Неуплата вступительного взноса или членских взносов в течение календарного года;

Вступление в силу приговора суда о совершении умышленного уголовного преступления;

Грубое и (или) неоднократные нарушения членом Союза Кодекса профессиональной этики российского архитектора.

Посмотрите на четвёртый пункт, а потом — выйдите на улицы города и посмотрите внимательно на то, что осталось от 19 века, и на то, что построили в 21. Мне как горожанину обидно, что нам с серьёзным лицом говорят, что в этом и заключается работа Союза.

Ещё раз. Если кто-то говорит, что отдал много сил Союзу архитекторов — это вообще не значит, что этот человек отдал силы городу. Если архитектор выражает недовольство чем-то, что-то защищает или осуждает, то это не позиция Союза архитекторов, а его личное мнение, даже если он и член этого объединения. Разумеется, если Союз обсуждал этот вопрос и принял общее решение и уполномочил какого-то человека это мнение озвучить, тогда да. Но вы видели такое?

Очень жаль, что в Иркутске нет Союза архитекторов как объединения честного профессионального сообщества архитекторов. И если оно появится, то только под другим названием — это уже занято и скомпрометировано.

Но очень хочется, чтобы была какая-то профессиональная организация архитекторов, чтобы представлять интересы горожан, гражданского общества и настоящих профессионалов.

Другие союзы

А про Союз дизайнеров что-то слышали? То-то, у него даже сайта нет (и не было). А в 2017 году местное отделение вообще ликвидировали.

Может быть, есть какие-то ещё союзы, которые на самом деле занимаются чем-то достойным, а не самоудовлетворением тщеславия своих членов?

Если видишь надпись «союз дизайнеров (художников, поэтов, музыкантов и т д) России» это значит, что собрались мутные бездельники, считающие себя творческими людьми.

Если дизайнеры и соберутся вместе, то ради нормального дела или пива попить, а не для объединения в «союз».

— Constantine (@CKonovalov) 17 января 2020 г.

Константин Коновалов, настоящий дизайнер

☉

У читателей этого блога членских взносов нет. Но всегда можете поддержать отдел расследований через форму ниже. А можете подписаться на ежемесячную автоматическую поддержку редакции, члены этого клуба получают некоторые бонусы, не пропуск в музей, а кое-что иное.

🧠 Прогрессивная деградация

Fri, 08 Nov 2019 01:22:02 +0800

Для вёрстки одного издания мы с Умной Машей ходим в Молчановку, изучаем книги из редкого фонда. В подводке к анонсу поста о походе в библиотеку в Телеграм-канале Маша написала:

Мы часто ошибаемся, считая себя умнее тех, кто жил раньше.

У римлян не было анимированных стикеров в телеграме и песен Муси Тотибадзе, но люди гораздо лучше нас разбирались в вопросах свободы, веры, права и много ещё чего.

В Российской Империи не было цифровой печати и вариативных шрифтов, но это не мешало людям входить в такие тонкости, до которых нам ещё расти.

Соглашусь и проиллюстрирую деградацию в двух постах. Первый (этот) — про герб города (и области), второй — про одну конкретную книгу.

С гербом Иркутска не так всё просто. Не совсем ясно, какой зверь там изымает соболя. Не так давно прочёл книгу Владимира Гасельника «Детектив с бабром, или Новый взгляд на историю иркутских печатей и гербов», и мне стало понятнее.

Оформление самой книги (обложка, вёрстка, выбор бумаги), к сожалению, посасывает

Тираж издания — всего 500 экземпляров. Найти книгу может быть сложно, но работу стоит изучить всем местным краеведам и гидам: автор проделал титанический труд по анализу и систематизации изображений герба Иркутского наместничества, Иркутской губернии, Иркутской области и самого Иркутска. Некоторые факты меня обескуражили. Как, например, то, что раньше в ведении Иркутска было Бобровое море, в котором в изобилии водились морские бобры, почти полностью истреблённые нашими купцами (в частности, Трапезниковым).

В этом посте будет несколько иллюстраций из книги Гасельника, большинство — просто из поиска по картинкам Яндекса. Цель материала — сравнительная демонстрация изобразительных способностей художников и квалификации заказчиков в разное время, а не анализ изменения форм и размеров животных на гербе. Но совсем обойтись без такого экскурса нельзя, потому что бабр или бобр требуют внимания.

Официальные бабры 1696, 1697, 1721, 1764, 1778, 1790, 1787, 1833, 1857, 1859, 1903

Предложенные бабры 1969 (первый) и 1996 годов

Кусь за Русь!

Всё действительно было сложно, посмотрите на изменяющегося зверя в губернских ведомостях 1864, 1889, 1890. Посередине животное, больше похожее на морского бобра, а не на кого-то из кошачьих. На иллюстрации в книге это видно ещё заметнее.

И ещё до кучи значки с изображением герба. Почти все, думаю, сделаны в 20 веке. Да, у литья есть ограничения, сложно порой что-то особенное сделать. Но иногда исполнители совсем не старались. Никто же имени автора не узнает.

Гербы

Теперь, когда вы получили небольшое представление о гербе Иркутска, позвольте представить вам официальные гербы Иркутска и Иркутской области.

Официальные изображения гербов Иркутска и Иркутской области

При подготовке макета дизайнер допустил несколько небольших и несколько серьёзных ошибок. В целом работа показывает, что ему было наплевать. Как и принявшим эту работу чиновникам. На картинках выше видна эволюция: вот люди не умели рисовать, вот научились, вот — в конце 19 века красивый герб, а потом — всё хуже и хуже. Вот появились векторные редакторы — казалось бы, можно сделать на голову выше, чем у предков, да только получается какая-то бледная тень былого.

Оригинал 19 века и пародии 21 века

Бабр

Самый главный недостаток — всё плоское. Нет ни теней, ни переходов, ничего. Есть технические ограничения? Да ну, миллионы цветов в распоряжении оператора ПК. Гравюры делались в одну краску, но насколько тонкие там переходы полутонов!

Первая попавшаяся гравюра с «Пиксельхира»

У нынешнего бабра головогрудь плавно переходит в брюхоноги. Это сплошная клякса. С соболем не лучше. Но что мешало сделать в векторе полутона? Вектором можно сделать изображение фотографического типа. Было бы желание, был бы квалифицированный заказчик с хорошим вкусом, был бы исполнитель, которому не всё равно.

Бизнес-линч, 22 февраля 2007 года

Посмотрите на каркас у этих яблок и на каркас гербов Иркутска и области. Одно — работа в портфолио, другое — всего лишь значок, который всего лишь демонстрируется не на школьном выпускном, а на всех официальных мероприятиях крупного города. Всегда и навсегда.

И так сойдёт

Одно из преимуществ векторной графики — возможность масштабировать изображение без потери качества. То есть можно приблизить его во время работы, рассмотреть внимательно все недостатки и поправить. Если есть желание и чувство ответственности.

Неряшливость

У бабра серьёзные проблемы с анатомией. Ближние к наблюдателю ноги отличаются по строению от дальних ног. А передние — существенно длиннее задних. Можно как-то объяснить разницу в длинах передних и задних конечностей, возможно, скелет химеры бобра и тигра должен быть похож на скелет орангутанга, но почему такая существенная разница между левыми и правыми лапами, не объясняет ничего, кроме низкой квалификации художника.

Соболь

На нынешнем гербе города изображён не соболь. Скорее всего — это лиса.

Дело не в том, что здесь длинная морда. Скорее всего, это ещё одна передняя лапа — из-за неряшливости исполнителя нет полутонов. Обратите внимание на уши, они острые.

У соболей уши округлые

У лис уши острые

Форму ушей в один цвет могли изобразить штриховым рисунком в позапрошлом веке, могли и нарисовать в середине прошлого века. Но с приходом цифровых технологий этот навык исчез. Вместе с ответственностью заказчика, которому «и так сойдёт».

twitter.com/luciuscenturio/status/1193465229021196288?s=21

Ответственность и репутация

18 октября я отправил в мэрию запрос

Прошу сообщить имя дизайнера (художника), который создал цифровую версию герба Иркутска, использующуюся сейчас в качестве официальной.

15 ноября получил ответ, в котором была ненужная информация, но не было имени.

Мне дважды звонили из мэрии в течение месяца и пытались узнать, почему это я вдруг заинтересовался таким вопросом. Ответ, что это мне нужно для исследования, Ольгу Ивановну не устроил. Она сказала, что поняла, для чего мне это нужно, и сказала, что не сообщит имя автора, сославшись на закон о персональных данных.

А зачем скрывать имя? Может быть, автор был бы только рад такому пиару. Или же гражданка Михеева подозревает, что герб — халтура. А человек, который его рисовал в те далёкие годы, сейчас уже, например, заслуженный член, и такое бросит тень на его авторитет.

Почему имя прораба, ответственного за замену трубы во дворе, пишут на здоровенном щите, а имя человека, сделавшего самое тиражируемое в Иркутске и самое известное за пределами области изображение — герб города, — тайна?

Имя автора герба 1878 года, например, известно — это «выдающийся герольдичесий художник, коллежский асессор Александр Александрович Фадеев» (цитата из книги Гасельника).

В одной из каруселей с фотографиями есть проект бабра 1970 года. Это проект художника Суворова и Лебединского, его подписали также Н. Ф. Салацкий, профессор Ф. А. Кудрявцев, художник В. С. Рогаль и ещё не менее пяти уважаемых иркутян. Авторы не боялись публично заявить, что это — их работа. Другие люди не побоялись репутационных потерь и поставили свою подпись в поддержку.

Кто тот художник, кто «в рабочем порядке» нарисовал герб города?

Алексей Гуськов предполагает, что художника к работе и не привлекали

Я продолжу искать человека из МАУ «Праздник», который создал этот герб, и попробую взять у него интервью. Даже если не получится, о бабре будет ещё один пост. А пока — вот вам ещё из статьи в Большой Российской энциклопедии.

Конечно, мне тоже приходилось делать вещи, которыми не горжусь, то есть сам не рассказываю о чём-то, но если меня спросят, какое я имел отношение к тому, к чему я имел отношение, отпираться не буду. Иногда такие проекты — вопрос выживания, иногда — дискоммуникация с клиентом. Но чтобы я согласился делать что-то хуже, чем это делали до меня полтора века назад — ну нет.

Alexander Andrews — автор фото с лисой.

☉

🧠 Доступность транспорта Иркутска

Sat, 10 Nov 2018 00:57:17 +0800

Пока транспортной системой пользоваться неудобно, люди будут выбирать автомобили. Городу выгоднее развивать общественный транспорт и он должен для этого стараться что-то делать.

Один из критериев — удобное расположение остановочных пунктов. Чем дальше человеку идти до остановки, тем быстрее он захочет купить себе машину.

При этом слишком часто натыканные остановочные пункты — тоже плохо. Если остановки будут через каждые 200 метров, то транспорт будет больше стоять на посадке и высадке, чем ехать. Если остановки будут на параллельных улицах, чтобы немного увеличить охват, то по каждой из них пойдёт меньшее количество маршрутов и привлекательность сети опять уменьшится.

Поэтому в России есть норматив, это регламентирующий: СП 42.13330.2016. Сеть общественного пассажирского транспорта и пешеходного движения, цитата:

«Дальность пешеходных подходов до ближайшей остановки общественного пассажирского транспорта следует принимать не более 500 м; указанное расстояние следует уменьшать в климатических подрайонах IА, IБ, IГ и IIА до 300 м, а в климатическом подрайоне IД и IV климатическом районе до 400 м.

В общегородском центре дальность пешеходных подходов до ближайшей остановки общественного пассажирского транспорта от объектов массового посещения должна быть не более 250 м; в производственных и коммунально-складских зонах — не более 400 м от проходных предприятий; в зонах массового отдыха и спорта — не более 800 м от главного входа.

В условиях сложного рельефа, при отсутствии специального подъемного пассажирского транспорта указанные расстояния следует уменьшать на 50 м на каждые 10 м преодолеваемого перепада рельефа.

Примечание. В районах индивидуальной усадебной застройки дальность пешеходных подходов к ближайшей остановке общественного транспорта может быть увеличена в больших, крупных и крупнейших городах до 600 м, в малых и средних — до 800 м.»

Иркутск относится к климатическому району 1В, зато он рельефный, поэтому расстояние между остановками будет обычно в районе 450 м. Но кроме указанного снипа ещё есть местный норматив, который регламентирует расстояние между остановками. Примерно зона покрытия будет выглядеть вот так (картинка кликабельна):

Но то, что формально остановка находится на подходящем расстоянии от домов, не означает, что пользоваться сетью удобно.

Поясню на примере района Провиантской улицы.

Ещё в 2010 году это был частный сектор. То, что здесь не ходил транспорт — нормально. В частном секторе остановки по понятным причинам могут находиться на большем расстоянии. Когда десятерым нужно пройти лишние 200 метров — совсем не то же самое, когда это расстояние нужно проходить тысяче человек.

Уже в 2014 году видно, как этот район начали застраивать многоэтажками.

Представьте, сколько людей живёт здесь сейчас и сколько ещё будет жить, когда сдадут соседние жилые комплексы!

Теперь посмотрим, насколько удобно в этом районе пользоваться общественным транспортом.

Вроде бы требования соблюдаются, людям должно быть удобно: каждая часть района попадает в зону влияния как минимум двух остановок.

Но это всё формально. Сейчас на схеме круги расходятся от каждого остановочного павильона. Ясно, что всем не может быть нужно только в одну сторону: если с остановки можно уехать только направо, то этой остановки просто не существует для людей, которым нужно налево.

Поэтому правильнее остановку рассматривать не как один остановочный павильон, а как совокупность двух или более остановок, находящихся непосредственно через дорогу друг от друга или на разных сторонах перекрёстка. Вместо двух, трёх, четырёх окружностей оставлю одну с центром где-то посередине между этими двумя, тремя, четырьмя.

Пока ещё я оставляю как две отдельные остановки далеко раскиданные, а не находящиеся сразу через дорогу (как Музыкальный театр).

Теперь, когда остановки мы объединили в логические кучки, стало видно, что с доступностью вдали от основных трасс (Советская, Байкальская) не очень-то хорошо.

Сделаю следующий такт. Объединю в одну остановку далеко раскиданные, типа Музыкального театра.

Ещё — уберу с карты все остановки, на которых останавливается только маршрут 11. Это автобус малого класса, ходит каждые 15...30 минут (это частный маршрут, поэтому никакой стабильности). Очевидно, что он не сможет удовлетворить потребности всей этой массы людей, которые здесь живут. Даже если бы у нас работал электронный билет по времени и люди могли бы не переживать о количестве пересадок, они бы просто не влезли в микроавтобус.

Теперь ущербность маршрутной сети стала очевидна.

По большому счёту, можно убрать нижнюю левую окружность. Хотя она объединяет остановки, с которых транспорт возвращается с Академического моста или уезжают через него на другой берег, но идти пешком по такому рельефу и через такие противопешеходные дороги без адекватных переходов невозможно, мне не верится, что кто-то так будет делать.

Так получилось, потому что маршрутную сеть своевременно не корректировали. Это — не единственное место в городе, где на месте частного сектора (в котором остановки могут быть расставлены редко), появились плотная многоэтажная застройка. Где раньше жили десятки человек, сейчас — тысячи. И если не обеспечить их транспортом, они сами себя им обеспечат и дороги опять забьются машинами.

Сейчас город обновляет маршрутную сеть, надеюсь, что подход к размещению остановок будет не формальным и пользоваться общественным транспортом будет комфортнее. А если ещё электронный билет по времени введут — заживём как в европах!

Сделать интерактивную схему со второй страницы помогли сделать Илья Черников (он помог откуда-то выдернуть данные с координатами нескольких сотен остановок), и Ирина Пахомова (она всё это заверстала).

Если поблагодарите Ирину рублём — будет здорово: я хочу продолжить эту работу и развивать карту дальше. Сейчас нужно отловить и вручную добавить не попавшие в выгрузку остановки, а в новом году — обновить данные по перенесённым после изменения маршрутной сети остановкам: хочу посмотреть, что сделает город для повышения привлекательности общественного транспорта.

Ещё хочу каким-то образом на схеме показать значимость остановок: та, через которую проходит меньше транспорта (или он ходит реже), вовсе не то же самое, что Художественный музей, через который проходят невероятные 35 маршрутов. Как об этом собрать данные и как это визуализировать, я пока не придумал. Будут предложения — пишите в комментариях или лучше давайте обсудим в телеграмовском Фёдор-чате.

В 2020 году развился использовавший те же идеи о радиусах доступности остановок сервис Трансметрика (адекватно работает в «Хроме»). Сегодня к Трансметрике подключено около полутора десятков городов, Иркутск тоже есть.