Человек-Фёдор: заметки с тегом рабство

📖 Утопия

Mon, 12 Aug 2024 11:55:29 +0800

Текст

Чтобы аргументированно обсуждать проблему утопии и так называемой антиутопии, прочёл ту самую книгу, что дала название этому жанру. С жанром вообще, конечно, был знаком, читал и смотрел разное, но всегда лучше ознакомиться с первоисточником, а потом уже с фанфиками и критическими статьями.

«Золотая книжечка, столь же полезная, сколь и забавная о наилучшем государстве и о новом острове Утопия», Томас Мор, (перевод с латинского Александра Малеина), Москва, Эксмо, 2019 (Великие личности). 160 страниц. ИСБН 978-5-04-093545-1. Тираж 3000 экземпляров.

Самый известный перевод названия государства Утопия — «место, которого нет». Речь не идёт о качестве, только о бытии. Это не «прекрасное место, которого нет» и не «ужасное место, которого нет», потому что хорошее оно или наоборот, зависит от точки зрения. Некритично рассматривая описание как бы справедливо устроенного общества (где на первый план автор выставляет всё, что с его точки зрения, скорее положительное, и не акцентируя внимания на всём неприглядном), читатель может поверить, что это место хорошее. Может быть, даже если поначалу покажется, что он имеет дело с приятным до идеальности миром, стоит присмотреться, тогда вдруг окажется, что не всё так радужно.

«…Утопия» состоит из двух частей и надо ещё разобраться, всерьёз ли Томас Мор писал вторую, где, собственно, было описание острова, или же он хохотал, описывая идеальное общество с рабством и золотыми унитазами. Обычно считается, что две части противопоставляются друг другу следующим образом: в первой даётся критика существующего положения дел в реальном диком феодальном островном государстве, а потом — как пример, к которому надо стремиться, показывается другое островное государство, фантастическое. А что если автор действительно противопоставлял две части, но иронично, высмеивая саму идею идеальной жизни здесь, на земле (ведь она для фанатичного христианина Бэкона возможна только в Царстве Божием)? На возможность такого замысла намекают имена персонажей первой части и топонимы во второй.

Место, которого нет — не означает, что в его сторону нельзя двигаться. Горизонт — тоже виртуальный объект, концепт, его как бы нет, но шоссе к нему ведёт. Можно ехать к горизонту на запад, можно — на северо-запад, но это всё пути к горизонту. И за горизонтом будет на западе одно, а на северо-западе — чуть-чуть другое. Всё человечество движется к утопии, но прибудет к утопиям.

Пока вся история показывает, что построить стабильную утопию (в смысле идеального устройства общества) на Земле не удалось. Хотя попытки были, да и сейчас все государства продолжают создавать собственный утопический проект. Где-то — более религиозный, где-то — технократический, где-то — левацкий. Так что, в каком-то смысле, каждый из жителей планеты сейчас живёт в утопии, только они везде разные и идёт борьба этих систем за влияние. Будущее наступило, только оно неравномерно распределено, вот и тут что-то такое же: где-то масштабно внедрены некоторые технологии, а где-то они только пробуются (система социального рейтинга); где-то вовсе лишены субъектности женщины, а где-то — частично и так далее. Подумайте, в сторону какой утопии смотрит та страна, из которой вы меня сейчас читаете.

Когда готовился к этому эссе, решил посмотреть, а что на эту тему имеют сказать другие. Встревал в обсуждения «антиутопий» по чатам, дожидаясь от оппонента апелляции к авторитету (а потом читал, что этот авторитет по теме пишет или говорит), ходил по Киберленинке и читал научные статьи по сравнению утопий и антиутопий (в том числе и о великом азербайджанском поэте, предвосхитившем Мора), прослушал несколько лекций на Ютубе по теме. В основном, люди несли пургу. В лучшем случае, они прочитали несколько утопических («антиутопических») текстов или посмотрели несколько фильмов в этом жанре, почитали других таких же критиков по этому же вопросу и получается пересказ пересказа. В худшем случае — выступление Нины Феликсовны Щербак.

Но бывали и интересные, последовательные материалы. Мне больше нравились те, в которых подтверждалась моя позиция, что никаких антиутопий нет, любая утопия и есть антиутопия. И это не потому что я сильно подвержен когнитивному искажению «склонность к подтверждению своей точки зрения», а потому что мне не встретился ни один достойный внимания материал, где бы аргументированно рассказывали, что, вообще-то, утопия и антиутопия — разные вещи, найдёте — поделитесь, обсудим. (А в одной лекции мне попалась анти-антиутопия, её мы обсуждать не будем.) Лучшее объяснение этой моей позиции — дал Дмитрий Евгеньевич Галковский во вводной лекции цикла «Что такое коммунизм» (о коммунизме мы тоже потом поговорим, я нашёл на полке «Манифест коммунистической партии», он небольшой, когда-нибудь прочту).

Фрагмент с 06:50 до 11:40

Единственная разница, какая есть в утопии и «антиутопии» — структура повествования, точка зрения автора, а общество описывается одно и то же. Если говорить о художественном произведении, а не о философском трактате, в нём должен быть персонаж, как говорил в лекциях по литературе Константин Анатольевич Крылов, а по Проппу главное в художественном произведении — действие. Ни того, ни другого в утопии-«утопии» нет, а в утопии-«антиутопии» — есть.

В утопии-«утопии» не может быть настоящих, не картонных действующих лиц, потому что как только герой начнёт действовать в предложенных обстоятельствах, окажется, что не всё-то в идеальном мире идеально. Потому что если героя всё устраивает и он действует так, как положено действовать персонажу его уровня, то есть, как все остальные, он перестаёт быть героем и становится декорацией или, в лучшем случае, массовкой. И развития сюжета не будет: декорация не может влиять на ход события. Поэтому персонаж будет делать что-то поперёк тому, как заведено. Но он должен не просто действовать поперёк, его поперёк — что-то правильное (потому что читатель, зритель должен ассоциировать себя с этим персонажем). А раз персонаж делает что-то правильное, но оно вступает в противоречие с укладом жизни этого общества, значит, уклад неправильный. А когда уклад общества неправильный, то это уже утопия-«антиутопия».

Пока в произведении нет действия, это утопия: форма изложения — как в энциклопедической статье: описываются узлы социального механизма, как они между собой связаны, и как должны работать. Какие протоколы безопасности включаются, если случаются сбои, например, человек, прописанный в одном городе, решил сам, без спроса, поехать в другой (такую технологию держать народ под контролем советские не сами придумали, а взяли у Томаса Мора). Начинается действие — обнаруживается, что у людей есть свобода воли и личные интересы, которые вступают в противоречие с предложенной схемой. И тогда начинается «антиутопия» и гулаг.

В первом чате русскоязычных корректоров «Корректорская» как-то я полемизировал со всеми остальными, и мне привели пример хорошей, правильной утопии, в которой описывается идеальное общество без недостатков. Это — Александр Розов «Созвездие эректуса». Я её ещё не читал, но допускаю, что действительно может показаться, с первого взгляда, что ничего там ужасного нет.

Может быть, так и есть — утопия Розова, в отличие от утопии Мора настоящая. Но нужно смотреть не только на то, что автор описывает, но и на то, про что он не говорит — вот в этом умолчании всё и кроется. Вот, например, совершенно утопический мир коротышек в Солнечном городе (невольно вспоминается «Город Солнца»). Подумайте, откуда у маленьких человечков маленькие музыкальные инструменты берутся и из какого металла они плавят маленькие гаечные ключики. У добываек с ресурсами проще было: они их у людей воровали. Но если в этом и других случаях ещё разбираться надо, то есть и уже готовый пример такой работы. Михаил Харитонов в серии фанфиков по миру Стругацких (например, в «Факапе») посмотрел на то, про что молчат братья-сталинисты и проявил неприглядное.

Анастасия Владимировна Митрофанова, «Деконструкция утопии Стругацких в творчестве Константина Крылова», 12’50”

Книга

Издание

Обложка оформлена так, что вызывает у меня смешанные чувства. Сама идея набрать полное название и заполнить им вместе с именем автора всю лицевую сторону обложки пусть и декоративным шрифтом, контрастными зелёным и белым на чёрной плашке — мне нравится. Что дополнительно впихнули название серии — это можно пережить. Но что там делает платононеугодная фраза «У государей нет места для философии»?

А существование маркетингового блока (штрих-код и резюме книги) на задней стороне обложки вообще немного подбешивает. Об этом блоке, кстати, ещё. Он свёрстан псевдокапителью и псевдожирной капителью при этом: символам дана тонкая обводка. Это видно и само по себе (в залипах букв вроде Е), а ещё об этом сигнализирует поехавшая запятая, что почти уже залезает на корешок: сперва только из обводки и полая внутри, а потом — обычная, без обводки.

Корешок в русской традиции

Текст издан малоформатной брошюрой с дополнениями. Издательство решило добавить ценности этой книге и кроме самой «Утопии…» включили афоризмы Томаса Мора. Кроме этого ценность добавлена работой редактора и метранпажа: появился раздел «Главные мысли этой книги» (назначение его остаётся для меня загадкой) и оформление авторского текста средствами вёрстки: тут курсивчик, там — втяжечка, здеся вот жирненьким. Чтобы управлять вниманием читателя, сам не справится. В результате всё выглядит как среднее между конспектом первокурсницы-зубрилы-отличницы и американской бизнес-книгой.

На разворотах, у линии сгиба, напечатана псевдотень газетным растром. Визуально глубина сгиба увеличивается и линия разделения полос становится более чёткой. Я такой приём видел в каком-то комиксе, но не очень понимаю, зачем это нужно, может, отсылка к какой-то традиции, я не знаю. На некоторых разворотах этот приём вывернут наизнанку: тень перемещена изнутри разворота на левый и правый обрезы. Это развороты с цитатами Мора из этой книги и вообще. Если согнуть книгу, чтобы боковой обрез стал более широким, то становится видно, как объём её делится на части вертикальными линиями из точек: это те места, где цитатные блоки. Такой приём мог бы иметь навигационную функцию, если бы они находились в конце частей, например. Но они расположены как попало.

Крепление — не просто склейка, а с шитьём, это отлично.

☉

Понравился текст — делитесь, комментируйте или жмите на кнопку в форме ниже (потребуется регистрация в Юмани).
Для ежемесячной подписки — заходите на Бусти, выбирайте любой тариф. Начиная с «Перекати-поле» и выше, будет ещё и доступ в редакторский чат, сможете определять политику этого блога, видеть черновики и некоторые записи, что я не публикую открыто.
И для всех всё ещё бесплатен Телеграм-канал.

📖 Хижина дяди Тома

Thu, 01 Apr 2021 16:33:26 +0800

Во время самых больших протестов Блек лаивс меттеров прочёл книгу, которая, по легенде, спровоцировала гражданскую войну в США, потому что утверждала, что негры заслуживают большего.

Гарриет Бичер-Стоу. «Хижина дяди Тома». Перевод Наталии Волжиной. Государственное издательство художественной литературы. Москва. 1960. Тираж 200 000 экземпляров

Книга рассказывает о тяжёлой жизни замечательных, добрых, простых людей, которые вынуждены трудиться не покладая рук ради красивой и богатой жизни европоамериканцев.

Написана книга по-девятнадцативековому и я не только про бесконечные предложения. Бичер-Стоу старается живо, детально нарисовать каждую сцену и при этом ещё использует приёмы, которые погружают и автора, и читателя в происходящие события. Как будто они оба перемещаются от локации к локации и перебрасываются друг с другом фразами (смотрите, чем закончится абзац).

По такой-то дороге путешествует сейчас и наш сенатор, предаваясь на досуге размышлениям на этические темы, насколько это возможно при данных обстоятельствах, ибо коляска его то и дело подскакивает на ухабах, утопает в грязи, а ему самому и женщине с ребёнком приходится кое-как приспосабливаться к тряске и принимать самые неожиданные позы, когда их швыряет из стороны в сторону. Вот, кажется, окончательно застряли!

Произведение написано несбалансировано. В начале повествование разделяется на две сюжетные линии. И раза два идёт переключение с одной на другую. Потом же всё внимание сосредотачивается только ветке с Томом и лишь в конце обе ветки соединяются, причём это сделано поспешно, топорно, и слишком хеппиэндно. Мне это не понравилось. Но это лишь моё мнение и оно только о Бичер-Сноу, прошу не считать, что я тут каким-то образом выступаю против негров и как будто я тут не считаю, что их жизни имеют значение. Я только про текст.

Также я против рабства, даже, простите, против современного рабства в российском Дагестане, например. Но новая этика ставит меня в этой ситуации в тупик. Есть ли консенсус в обществе, что нужно и правильно поддерживать — многовековые культурные традиции малого коренного горного народа или современные либеральные права человека?

Или вот ещё какой вопрос. В рабство афроафриканцев продавали другие афроафриканцы. Это общее место, всем известно. И теперь что получается, что какие-то негры неправильные? Даже страшно об этом думать, давайте лучше обсуждать тех, кто формировал спрос и покупал бедных людей: европейцев (преимущественно — португальцев и англичан). А не американцев, как можно было бы подумать, глядя на волнения прошлого года. Интересно, что и большинство рабов приходило не в США! Вот и как вы думаете, где, если смотреть на исторические факты, в прошлом году должны были проходить народные волнения с борьбой за прошлое — в Нью-Йорке, Лиссабоне или Лондоне? Я ни к чему не призываю, я только запутался и прошу помощи, чтобы разобраться, как правильно понимать то, что было.

Серия про рабство из ускоренного курса всемирной истории

В общем, не время сейчас всерьёз обсуждать текст «Хижины дяди Тома», надо подождать, пока настоящее разберётся в себе, прежде чем лезть в прошлое. Поэтому я только чуть-чуть отвлечённо поговорю о рабстве. Как писал раньше, иногда полезно прочитать статью в Википедии не только на русском языке, а посмотреть, о чём пишут на других. И вот что интересно, в статье на английском есть главка о рабстве в современном мире и в ней три части: СССР, нацистская Германия и Северная Корея. В статье про рабство на русском языке ничего не говорится о Гулаге, как будто Гулаг — сам по себе, а рабство — само по себе и они не пересекались. Но это же не так.

«Архипелаг ФСИН» — статья в «Секрете фирмы»

И сколько людей прошло через лагеря нацистской Германии все знают и воют на весь мир по этому поводу, даже комиксы рисуют. А мы же стесняемся говорить и думать о геноциде в собственной стране, хотя масштаб его был много больше, чем Холокост и не меньше, чем устроенное в своё время в Африке. Я не отрицаю Холокост и не поддерживаю Трансатлантическую работорговлю, не надо меня кэнселить, я о другом. Я отрицаю отрицание геноцида русского народа.

В той же статье на русском языке сказано, что крепостничество — разновидность рабства. И не написано о крепостническом и бесправном положении советских крестьян. Мне кажется, что, конечно, что и
Black Lives Matter, и חיי היהודים חשובים.
Но нам здесь, в России, нужно сперва вспомнить, что жизни русских имеют значение.

Оформление

Обложку оформлял Николай Шишловский, известный в узких кругах, художник. Название книги набрано шрифтом, судя по всему, и его эстетика отсылает к Америке тех лет, когда происходило действие. Фамилия автора — леттеринг, в нём каждая буква отрисована отдельно, кроме, возможно р. Косые рифмующиеся линии в заглавных выглядят слишком манерными. А вот на корешке имя и фамилия сделаны более гармонично.

Обложка в твёрдом тканевом переплёте. Изображение в три краски двумя технологиями. Чёрный — вероятно, шелкография, коричневый — высокая печать (ощущается, как буквы вдавлены), золотое тиснение на корешке. Цена (76 копеек) выбита в картонке, мне кажется, это делали каким-то отдельным инструментом-пробойником вручную.

Бумага — простая офсетка. Вёрстка — обычная унылая советская вёрстка. Шрифт — гарнитура «Литературная» (как будто был выбор). Есть странность — в книге нет аннотации и, кажется, это не потому что лист утерян. Книга бедно проиллюстрирована гравюрами художника — Юдовина, но не Соломона Борисовича, а некоего Б., о котором ничего не нашёл. Это вполне может быть Борис, сын того Соломона, которого он назвал в честь своего отца. Соломон Юдовин — художник-гравёр, так что, вполне может быть, что это его сын.

Форзац белый. Каптал коричневый, в тон обложке.

Книгу жена взяла в Книжном приюте — была такая в детстве, хотела перечитать. Состояние ещё не очень, но уж что есть. У меня дома, кстати, подобие Книжного приюта — обращайтесь.

☉

Единоразово поддержать выпуск книжных рецензий — форма ниже, для регулярных автоматических подарков — Бусти (нужна регистрация). Для доноров есть бонусы.